Второй (не) лишний

«Всё идёт нормально, не беспокойтесь», − Альфред отослал сообщение и горестно вздохнул. Да уж, всё шло просто лучше некуда. Похоже, единственное, на что ему оставалось надеяться — это на нежелание других представителей подписывать этот чудовищно несправедливый договор. Европейцы ничего не смогут сделать без помощи Штатов! Казалось, что на него пялилась добрая половина участников. Сочувствовали или осуждали? Скорее всего, и то, и другое. Но один взгляд особенно выбивался из остальных. Альфред поднял голову, чтобы заметить, как англичанин, ставший всего за пару часов его заклятым соперником, преспокойно наливал себе чай. Он делал это так сосредоточенно, что у Альфреда почти не осталось сомнений: Кёркланд тоже следил за ним. Вот только — и в этом американец был почти уверен — тот едва ли делал это из-за какой-то личной заинтересованности. Джонс отвернулся, когда Артур щедро плеснул в кружку молока. Мерзость какая. И что не так со вкусами у этих жителей туманного Альбиона? Чёрт с ними, со вкусами, но что не так у них с характерами? Он, конечно, слышал, что британцы — вредные и придирчивые, но этот экземпляр был прямо-таки выдающимся в этом смысле. Наверное, именно поэтому он и был выбран их представителем. И неужели он действительно подпишет сегодня свой отказ? Стоило признать, он действительно выглядел как человек, готовый сделать это и даже нечто похуже. А Альфред так и не сумеет ничего противопоставить. Почему он ничего не знал о, как нелепо высказался Артур, махинациях собственной фирмы? Джонс, может быть, и производит впечатление разгильдяя, но он хороший работник! Он тщательно изучает все документы и контракты, он не мог пропустить выпуск такой крупной партии. Значит, оставалось только одно-единственное объяснение: всё это грубая фальсификация, несостоятельность которой он обязан доказать на следующей половине собрания. Хорошо, когда имеется чёткий план. Альфред снова повернулся к Артуру, и на сей раз тот не успел изобразить занятость; их глаза встретились, и Кёркланд не попытался прервать контакта, наоборот, уставился с ещё большим вызовом. И сам Альфред, конечно, не сплоховал. От усердия он даже поправил на себе очки. Англичанин ещё несколько секунд буравил его взглядом, а потом резко нырнул назад, прямо в толпу коллег, и ненадолго скрылся из вида. Джонс подавил в себе желание немедленно броситься следом, и, помедлив, неспешно направился в ту же сторону. Несмотря на то, что он уже вовсю вырабатывал стратегию будущей защиты перед всей аудиторией, оставлять попытки наладить контакт почему-то не хотелось. Впрочем, Альфред был не таким уж дураком. Такие, как Кёркланд, не поддаются чужим попыткам понравиться, особенно настолько неприкрытым. Следуя за ним по пятам, Джонс отчётливо понимал, что только разозлит его больше своим поведением, но… разве не могло случиться так, что ему приспичило в туалет именно в это же время? Заметив, как Артур скрылся за дверью с табличкой, Альфред вошёл следом чуть позже и чуть не споткнулся на пороге. Британец уже поджидал его, скрестив руки на груди, и, несмотря на то, что смотрел снизу вверх, выглядел довольно зловеще. − Боюсь предположить, как это можно понимать, − ого, а он всё-таки был не промах. − Я хочу поговорить, − решительно ответил Альфред, судорожно соображая, что именно сказать дальше. − Не самое подходящее место, кажется?.. — он сделал шаг к двери, но Джонс покачнулся и окончательно загородил собой вход. Это было верхом наглости, за которую он чувствовал, что поплатится, но если уж рисковать, то до конца. Кроме того, у него создалось отчётливое впечатление, что Кёркланду куда больше нравятся несгибаемые соперники, чем мямли, одним из которых он выставил себя поначалу. − Что бы вы ни задумали, я сумею это парировать. А когда вскроется ваша неудачная подставная операция, Англия потеряет куда больше, когда вылетит из членов компании. Неожиданно Артур улыбнулся снисходительно и злорадно. − Послушай. Я вижу тебя первый раз в жизни и очень надеюсь, что в последний, − похоже, он уже отбросил все формальности. — И я почти уверен, что ты просто балбес, который ничего в этих делах не смыслит, будь ты трижды заместителем директора. Так или иначе, я не имею ничего против конкретно тебя… в профессиональном плане. Я просто сделаю то, что обязан сделать, и не исключено, что твои бестолковые попытки разобраться во взрослых проблемах только подтолкнут меня к этому. Что ещё за «взрослые проблемы»? Альфред, может быть, действительно самый младший из собравшихся, но и Артур явно недалеко ушёл! Насколько он старше, лет на пять? И когда только успел обзавестись в таком возрасте подобной нетерпимостью? Наверняка уже заработал себе нервный тик и язву желудка. Британец снова предпринял попытку выйти, и Джонс, уже почти ничего не соображая, схватил его за запястье. Если он сейчас уйдёт, то всё будет кончено! Он поставит подпись из голого принципа, в этом Джонс был уверен. Кёркланд выдрал руку с яростью, граничившей с испугом. − Вот уж не думал, что зря оставил охрану на улице. Оказывается, участников конференции нужно защищать друг от друга, − ядовито сказал он и всё-таки умудрился обогнуть застывшего Альфреда. − А что вы имеете против меня… в личном плане? — не удержался Джонс. Спина уходящего англичанина дёрнулась. Альфред ошибся: самое наглое он сделал только что. Ничего не оставалось, кроме как следить более осторожно. Интересно, что случится, если Альфред силой не даст ему расписаться? Ему наверняка предъявят иск за такую попытку, но зато его компания не будет банкротом лишние несколько минут. От беспокойства Джонсу в голову лезли самые безумные мысли. Вдруг он заметил, как Кёркланд шмыгнул в дальний коридор, прижимая к уху мобильный телефон. До возобновления переговоров оставалось меньше десяти минут. Неужели и правда отправился выполнять угрозу?! Альфред незамедлительно последовал его примеру, но на этот раз куда более осторожно. Распластавшись за углом и изо всех сил стараясь не выдать себя лишним звуком, американец ловил обрывки чужого разговора, стараясь различить малейший намёк на то, что могло вот-вот случиться. Затаиваться было противно, но сдаться окончательно он не мог. − Я выйду на заднее крыльцо. Тут везде есть уши, − расслышал он голос Кёркланда, который был более чем прав, но едва ли подозревал, что «уши» отправились вслед за ним. На цыпочках Альфред спустился, отставая на несколько пролётов, дождался, пока британец вышел в безлюдный дворик и прислушался снова, досадуя на то, что больше не мог различить даже отдельных слов оживлённой беседы Артура. Кажется, всё это было в высшей степени бессмысленно. Он уже собирался потихоньку прокрасться наверх, чтобы не столкнуться с Кёркландом, когда тот повернёт обратно, как вдруг голос англичанина стал неожиданно громким. − Что вы собираетесь сделать?! — это было не слишком похоже на возмущённое рявканье, которым Артур отчитал его за опоздание. Не удержавшись, Альфред высунул голову из своего укрытия, чтобы увидеть одновременно занимательную, но в то же время нисколько не забавную картину. Откуда взялись эти двое парней в масках? И что это у одного из них — пистолет? Надо же, Кёркланд многим, похоже, успел досадить! Впрочем, Джонсу было совсем не до смеха. Англичанин больше не кричал: широкая лента скотча залепила ему рот, вторая такая же стянула запястья за спиной. Вот так запросто, оказывается, можно похитить средь бела дня высокопоставленного делегата, и ни одного свидетеля за многие метры! Впрочем, что значит, ни одного свидетеля? А как же сам Альфред? Он ведь не мог оставить в беде этого чванливого, но такого привлекательного по всем параметрам нового знакомого. Если он спасёт его сейчас, тот останется у него в долгу и уж точно пойдёт на попятную. Стоп, откуда такие корыстные мысли в неподходящий момент? А британец наверняка не уступит, даже если будет обязан ему жизнью… Ну вот, опять он думает не о том. Нужно скорее скрыться и позвонить в полицию! Но как его будут искать — преступники вот-вот скроются, а они наверняка на колёсах. Их двое, но… Альфред пару лет ходил на тренировки по боксу в своё время. Редко, правда, но этого вполне может быть достаточно, чтобы справиться. Их ведь всего двое! Он должен был помочь Артуру; он чувствовал, что обязан! Он станет его героем, и тогда всё наладится, и… Окончательно осмелев, он сделал ещё один шаг вперёд; каким-то чудом его до сих пор не заметили похитители, слишком заняты сопротивлением Кёркланда, который не собирался сдаваться, не пнув хорошенько своих врагов. А вот сам англичанин, не забывая бешено озираться в поисках помощи, его разглядел. И его жёсткий, вызывающий взгляд сделался сейчас таким умоляющим, что Альфред больше не сомневался. Разумеется, он не останется в стороне, особенно если Артур просит его так! − Оставьте его в покое! — завопил он дурным голосом и прыгнул вперёд, занося сразу оба кулака. Через пару секунд в голову ему прилетел удар. Через пару минут он проморгался и обнаружил себя на полу чего-то, очень напоминающего движущийся фургон. Чужие руки вытаскивали у него из карманов телефон и документы, заодно обездвиживая точно так же, как товарища по несчастью. Товарища. Кажется, они с Артуром просто обязаны были подружиться теперь. Тем более, им явно осталось не так уж много дней. Серьёзно, неужели он думал, что напавшие — кто бы они ни были — оставят свидетеля. Одно всё-таки утешало: на этот раз неизменно пунктуальный британец всё-таки опоздает на собрание.