Кто, если не ты?

      «Помнится, журналы лежали в другом порядке», — рассматривая стопку рядом с каминной полкой, рассуждал про себя Шерлок, удобно развалившись в кресле. Его цепкий взгляд скользил по стенам, по стеллажам.       Медленно натирая канифолью смычок в привычной для себя манере и раздумывая над одним скверным делом, о котором ему напомнил звонок брата, Шерлок скользил взглядом по журналам. Поднявшись на ноги, он подошел к подозрительной стопке. Будто боясь оставить отпечатки пальцев, просунул смычок между журналами.       За окном грянули далекие раскаты. Прислушиваясь, Шерлок опустил взгляд, полагая, что слушает лишь отзвуки салюта в чью-то честь, и заметил, что с креслом что-то не так. Как?! Его любимое кресло прострелили? Когда? Кто? Этот мелкий паршивец, который развел кисельную лужу у холодильника? Джон!       Провидцем быть не нужно, чтобы сопоставить неровно сложенные журналы на полке, впопыхах припрятанный револьвер и дырку на уровне изголовья в спинке кресла — дело рук мальчишки, невысокого роста, с неровным прицелом. Шерлок вплотную припал к дырке, ковыряя ее мизинцем. На коже остались частички коричневой краски. Маркер. Ах ты, маленький негодник! Испортить кресло Шерлока — это все равно что…       — Дядя Шерлок, я есть хочу, — мяукнули за спиной, и Холмс обернулся, смычком тыкая прямо в грудь близко стоящего мальчишки.       — Ты когда это успел? — Шерлок хотел казаться грозным, но с мелким проказником, который невинно смотрел на него, хлопая светлыми ресницами, это было невозможно.       — Что успел? — потер глаза ребенок.       — Хм. Джон, давай я тебе расскажу, что в этой квартире трогать не следует, а от чего желательно держаться подальше. Экскурсия. Идем.       — А кушать? — снова жалобно мяукнул мальчик.       — После, — и, указывая путь смычком, как указующим перстом, Шерлок пошел впереди.       Показывая Джону квартиру, которую ребенок успел изучить до него, Шерлок рассказывал, что здесь общее, что трогать нельзя, а за что Шерлок еще и накажет, если таковое наставление будет нарушено. Джон кивал, как ослик, и шел за мужчиной, особо не вникая в подробности. Он уже решил для себя, где будет спать, где есть, где сидеть и что делать. Все равно ему пока непонятно, что именно он тут делает. Ведь дядя Шерлок не рассказывает. У него уже подозрения всякие в голову лезут.       — А это вообще трогать нельзя! — неожиданно резко сметая смычком журналы с полки, Шерлок подхватил падающий пистолет, наставляя на испуганного ребенка и уже тише добавляя. — Тебе понятно?       Джон быстро закивал, закрывая руками лицо.       — Ну ладно, надеюсь, ты понял, — Шерлок осознал, что перегнул палку: ребенок стоял как застывшая статуя. Воспользовавшись ситуацией, детектив переложил оружие повыше, а то мало ли что.       — Ты есть хотел, кажется, — подошел он к Джону, откладывая смычок в сторону, чтобы не пугать им зазря ребенка, который явно не знал предназначение этой вещи.       — Уже не хочу, — прошептал мальчик в ответ, разворачиваясь, чтобы уйти. На его штанцах расползлось мокрое пятно.       — Нет, хочешь. Только переоденься, и сходим с тобой в кафе.       Джон, сморгнув слезу, пошел в ванную переодеваться. Правда, во что?       Стоя в мокрых штанах у раковины и делая вид, что моет руки, мальчик про себя размышлял: «Значит, он не хочет меня усыновить. Зачем же он меня взял? Это так странно, очень странно. А, может, он маньяк? Да! И держит глаза жертв в холодильнике. А я случайно увидел, и теперь он меня убьет во сне, а перед этим покормит. Не буду кушать!»       В ванную постучали.       — Джон, ты идешь?       — Нет, я уже сказал, что не хочу кушать! — выкрикнул мальчик, защелкивая дверь на щеколду.       — Ты заперся? — удивленный голос Шерлока испугал Джона пуще прежнего. Ребенку казалось, что теперь он в ловушке — заперт в ванной. Нужно было придумать план побега.       — Джон, выходи, — попросил Шерлок, но получил в ответ лишь детский истерический визг.       — Джон, ты чего? — Шерлок навалился на дверь плечом, пытаясь высадить ее и спасти ребенка, который визжал так, будто его режут.       — Спасите! — визжал Джон.       — Я тебя спасу! — Холмс выломал-таки дверь. Джон в ужасе забился в угол ванны и визжал так, что соседи во всем доме повыскакивали из своих квартир. Общий переполох выдернул миссис Хадсон из собственной ванны, которую она принимала каждый вечер. Обернувшись в полотенце и сунув мокрые ноги в тапки, старушка прибежала на детские крики о помощи, доносившиеся из квартиры Шерлока.       — Шерлок, откройте! — хозяйка дома стучала в дверь детектива так яростно, что крики стихли. Дверь резко распахнулась — за ней стоял взъерошенный детектив.       Соседи толпились за спиной пожилой женщины.       — Что у вас происходит? Вы переполошили весь дом! — миссис Хадсон была в ярости. Оттесняя Шерлока, она вошла в квартиру, успев продрогнуть от прохладного воздуха, неприятно щекочущего не остывшее после ванны тело. Красноватая распаренная кожа выглядела так, словно старушку обожгли кипятком.