Отношения

В то время как Малфой доблестно противостоял Ивэну Розье, Нарцисса принимала душ. Она старалась не смотреть на свое обнаженное тело, потому что тогда ее сразу же одолевали мысли о Люциусе. Нарцисса сомневалась, что ведет себя с ним правильно. Все ее представления о правилах приличия противоречили тому, что она позволяла Люциусу делать с собой. Да и в книжках «о настоящей любви» героиням зачастую приходилось дорого расплачиваться за совершенные в порыве страсти безумства. Но в присутствии Люциуса Нарцисса каждый раз забывала обо всех своих сомнениях. «Другие девушки тоже разрешают своим любимым намного больше, чем положено, – мысленно оправдывалась Нарцисса. – Фэй Трэверс, например... Ах, только ведь Фэй Трэверс – это совсем не то же самое, что и Нарцисса Блэк!» – она отбросила расческу и в полной растерянности закрыла лицо руками. Нарцисса всегда считала себя особенной. Она была из Блэков, и одно это делало ее чище, лучше и благороднее, чем многие из ее окружения. Но принадлежность к семье Блэк накладывало на Нарциссу и определенные обязательства. Она должна была вести себя безупречно, в соответствии с многовековыми традициями. «А если обо всем узнают родители? – жаркая волна обдала ее лицо и шею. – Тогда лучше будет умереть!» – Нарциссе стало дурно, при мысли о том, как отреагировал бы отец. Сигнус Блэк, при всей своей любви к дочерям, никогда бы не простил Нарциссе бесчестья. «Но, в конце концов, мы не делали ничего такого... непоправимого, – продолжала объяснять своей совести Нарцисса. – Люциус просто... просто касался меня там, где не должен был. Об этом никто и никогда не узнает... Хотя некоторые наверняка уже догадались... Нет, надо что-то делать, как-то прекратить это безумие!». Тут Нарцисса представила на миг, что расстанется с Люциусом, и ее охватила не меньшая паника, чем при мысли о возможном гневе отца. «Я не смогу без него жить. Я просто не смогу без него жить... Ох, мне надо немедленно посоветоваться с Андромедой. Она умная, она всегда знает, что делать» – Нарцисса вскочила, наспех складывая учебники, тетради и письменные принадлежности в сумку. Она лавировала по коридору, огибая подтягивающихся к столовой учеников, когда заметила сестру. Андромеда озабоченно крутила головой и явно кого-то высматривала. – Меда! – кинулась к ней Нарцисса. Андромеда вздрогнула. – Меда, ты кого-то ждешь? – Э-э-э... Вовсе нет, – быстро возразила Андромеда. Нарцисса нахмурилась: – Правда? А мне показалось... Андромеда прервала ее: – Тебе показалось. – Ну, может быть, – неуверенно согласилась Нарцисса. – У тебя есть немного свободного времени? Мне необходимо с тобой поговорить. – М-м-м... Слушай, Нарси, а может отложим до вечера? – Андромеда, нервничая, бросала взгляды в сторону. Нарцисса краем взгляда уловила чью-то фигуру, показавшуюся было из-за угла и тут же вновь скрывшуюся, когда Андромеда сделала резкое движение рукой. Нарцисса удивилась: – Меда, в чем дело? – Что? О чем ты говоришь? – Андромеда явно притворялась, и Нарциссе это не нравилось: – Там кто-то был. Ты кого-то ждала, ведь так? – Нарси, не выдумывай! Никого я не ждала! – Андромеда раздраженно дернула плечом. – И вообще... Мы опаздываем на завтрак. Так что, поговорим уже вечером? Нарцисса обиделась: – Не хочешь рассказывать – и не надо. Не нужны мне твои секреты! – и, развернувшись, пошла прочь. Сестра тут же бросилась следом: – Нарси! Нарси... Нарцисса! Постой! Ну что ты... Нарси! Нарцисса позволила Андромеде себя догнать. – Ты мне не доверяешь, да, Меда? При виде печальных голубых глаз, Андромеда расчувствовалась: – Нарси, милая, ну что ты?! Слушай, – решилась она, – давай так: мы поговорим вечером, и я расскажу тебе все. А ты поделишься со мной своей проблемой. Договорились? – она с любовью пригладила волосы сестренки. Нарцисса серьезно кивнула: – Договорились. – Ну вот и славно. А теперь иди в столовую. – А ты? – насторожилась Нарцисса. Меда провела пальцем по ее лбу: – Не хмурься, морщины будут. Кто тебя полюбит такую, морщинистую? Ну, беги на завтрак, я тоже скоро подойду. Нарцисса встревоженно вздохнула. Но следить за сестрой казалось ей некрасивым поступком. Поэтому она присоединилась к идущим на завтрак ученикам и постаралась переключиться на мысли о предстоящих школьных занятиях. Уроки в этот день выдались сложные, да еще и расположение классов было неудачным, так что Нарциссе с однокурсниками пришлось немало побегать по школе, чтобы не опаздывать. К вечеру, вконец уставшая Нарцисса так и не успела подготовиться к разговору с Андромедой. К тому же, она уже не была уверена, что вообще имеет смысл заводить этот разговор. Уж слишком личными и постыдными были вещи, произошедшие между ней и Люциусом. В момент, когда Нарцисса решила, что не стоит этого ни с кем обсуждать, она и наткнулась на Андромеду. – О, Нарси! А я как раз думала о тебе! – заулыбалась сестра, заботливо поправляя Нарциссе воротничок школьной блузки. – Меда... Знаешь, наверное, сегодня не... Однако Андромеда уже схватила Нарциссу за руку: – Пойдем, я знаю одно укромное местечко! – Но... – шагая за сестрой, Нарцисса выискивала подходящие аргументы для отказа. Голова внезапно стала совсем пустой, не считая глупой мысли «Я не смогу ей рассказать!». Андромеда вела Нарциссу каким-то запутанным путем, затем вдруг остановилась перед стеной и постучала по ней палочкой, пробормотав что-то. Перед ними материализовалась дверь, в которую Андромеда без колебаний вошла, а изумленная Нарцисса последовала за ней. Оглядывая небольшое помещение, забитое по большей части старыми вещами, Нарцисса почти забыла, зачем они здесь, а Андромеда, веселясь над растерянностью сестры, не мешала ей. – Что это за место? – наконец спросила Нарцисса. – Просто комната. Правда, удобно? – довольная произведенным эффектом засмеялась Андромеда. – Что значит «просто комната»? – не отставала Нарцисса. – Ну, понимаешь, она появляется, когда нужна. – Ах, эта... Я думала, это просто выдумки, – Нарцисса почти дотронулась до какого-то предмета, но вовремя отдернула руку: с магическими вещами осторожность никогда не мешала. – Я уверена, у нашей школы еще много секретов, – Андромеда улыбалась так счастливо, словно эта комната являлась ее родным домом. – Ну, Нарси, давай, выкладывай, что ты хотела мне сказать? Нарцисса медлила: – Право, я уже и не знаю, стоит ли... – То есть как, не знаешь? – Андромеда растерянно и негодующе заглянула ей в глаза: – Ты не хочешь мне говорить?! – Нет, нет, Меда, я не это имела в виду! – поспешила заверить Нарцисса. – Просто... просто все так запутанно, что я и сама ничего не понимаю. – Ну-ка, иди сюда! – Андромеда опустилась на стоящий неподалеку диванчик и похлопала ладонью рядом с собой. Дождавшись пока Нарцисса сядет, она приобняла ее и, положив голову на остренькое плечико сестры, потребовала: – Говори. Я слушаю. – Меда... – Нарцисса сделала неопределенный жест рукой. – Ах, это все так сложно. Хотя не то, чтобы сложно, просто... Я даже не знаю, с чего начать. – Для начала, попробуй описать одним словом твою проблему. – пришла ей на помощь Андромеда. – Одним словом? Ну... Тогда – «Малфой»! – выдохнула Нарцисса. – И еще его поведение, и то, как он со мной... Нет, мы с ним не спали! – поспешно прибавила она, вспомнив упреки Беллатрикс после первой прогулки с Люциусом в Хогсмид. – Но, Меда, то, как он себя ведет, а я ничего не могу с этим поделать... И он меня целует везде... – То есть как, «везде»? – обеспокоенно переспросила все еще мало что понимающая Андромеда. – Ну, везде... – Нарцисса залилась румянцем. – Кругом... В таких местах... – она закрыла лицо ладонями. Андромеда сдвинула брови: – Нарси, постой. Еще раз: что у вас происходит с Малфоем? Давай по-порядку. Нарцисса изнывала от смущения. – Я с ним не спала, – вновь, на всякий случай, уточнила она, – но он меня везде целовал, и это было, конечно, приятно, но ведь так же нельзя, правда? И я знала, что так нельзя, но ничего не могла с этим поделать! – Он тебя принуждал?! – быстро спросила Андромеда. – Нет, о, нет! То есть... Нет, в общем нет. Просто... Я не могу устоять, когда он так смотрит и говорит... Меда, я его люблю! – призналась Нарцисса. – Так, – Андромеда старалась сохранять спокойствие, хотя больше всего на свете ей сейчас хотелось пойти и наложить на Малфоя пару «непростительных» заклятий. – То есть этот павлин тебя... ммм... «целовал везде»? Что еще он делал? – Еще? – Нарцисса поняла, что не сможет рассказать Андромеде о том, что произошло ночью. – Он... он меня гладил... И я его... И нам было хорошо, но я знаю, что так нельзя. – Конечно, нельзя... – потрясенно подтвердила Андромеда. – Ох, Нарси! Она еле сдерживалась. Ей хотелось накричать на сестру, хорошенько отругать ее и навсегда запретить общаться с Малфоем. Андромеда была уверена, что Нарцисса не отдает себе отчета в том, чем все может закончиться. От Малфоя, по мнению Андромеды, можно было ожидать чего угодно. Андромеда представила на миг его руки на теле ее сестренки и скривилась от отвращения. Она считала Нарциссу еще совершеннейшим ребенком, и то, что Малфой соблазнился ею, казалось Андромеде достаточным доказательством его извращенности и испорченности. Услужливое воображение без устали подсовывало ей Малфоя, целующего ее сестру, забирающегося ей под блузку... Андромеда готова была убить его. Но, так как Нарцисса взирала на нее с откровенным испугом, то пришлось взять себя в руки и попытаться размышлять спокойно и рационально. Если обычно держащаяся на расстоянии от мальчиков Нарцисса действительно позволяла Малфою столь многое, значит, она была сильно влюблена. И резкими словами о нем Андромеде вовсе не хотелось оттолкнуть от себя сестренку. Поэтому Андромеда сделала глубокий вдох и прижала Нарциссу к себе покрепче: – Послушай... Нарси... Должна признаться, что я терпеть не могу этого твоего Малфоя, его манеру держаться, его самодовольство, его идиотскую чистокровную гордость, все в нем! И я ужасно, невероятно боюсь за тебя. Ты же знаешь, есть эти бессмысленные и болезненные брачные обряды, для которых абсолютно необходимо быть девственницей... Нарцисса закивала и попыталась было вновь сказать, что у них с Люциусом «этого не было», но Андромеда прервала ее: -– Я поняла, я все поняла, Нарси. Но, зная Малфоя... Нарцисса, ты должна понимать, что... Ах, как же сложно все объяснить! Ты еще совсем малышка... А он, Малфой... Он манипулирует тобой, как и всеми. Да кто угодно знает, как он непостоянен со своими «подружками». Ты не должна ему верить. Ты это понимаешь? Нарцисса только жалобно скривила губы, и Андромеда вздохнула: – Нет, я прекрасно понимаю, что ты без ума от него, он видится тебе восхитительным и идеальным, и все такое. Нарцисса, пожалуйста, ты только не позволяй ему перейти все границы! Эта брачная церемония, о которой я говорила... Я лично считаю такие ритуалы отвратительными, – она сжала кулаки, ее голос зазвучал звонче: – Сохранять девственность только для того, чтобы брак нельзя было расторгнуть, это такая же дурость, как и все старые традиции! Тем более, что все равно есть разные лазейки... Но, Нарцисса, ты же знаешь, как это важно для наших родителей! И жениха тебе, уж конечно, подберут «правильного», который чтёт все эти дурацкие требования. А если что-то пойдет не так – может случиться грандиозный скандал. Твоя жизнь будет испорчена навсегда. К сожалению, этот обряд задействует сильную магию и обойти его не удастся, – Андромеда задумалась. – Нарцисса, я даже не знаю, что тебе еще сказать... Хотя, постой, Малфой... Он же не говорил тебе о женитьбе? – Что? О, нет... Мы совсем не думали о таком, – Нарцисса еще сильнее покраснела, вдруг осознавая, что, вообще-то, они с Люциусом слишком быстро перешли от стадии «разговоров о любви» к практическим занятиям ею. – Меда, я уже ничего не понимаю! – почти плача сказала она. – Когда я с ним, я не могу думать, я просто делаю, что он скажет! Это так ужасно, да? – Милая, – Андромеда достала платок и подала его Нарциссе, – знаешь, в жизни иногда все довольно странно. Я бы предпочла, чтобы ты рассталась с Малфоем и никогда больше его не видела. Я очень, очень сильно боюсь за тебя. Ты же наша маленькая, наивная Нарси, которая всерьез думает, что в орешках находятся платье и карета! – напомнила она сестре эпизод из детства, когда Сириус Блэк уверил ее, что обычные орехи – это те же самые, что и в книге сказок. Нарцисса улыбнулась сквозь слезы. – Но, Нарси... Я знаю, что в жизни наступает такой момент, когда надо решать самой. Когда ты сама должна понять, чего ты на самом деле хочешь. Значит, ты его любишь? Нарцисса неистово закивала. – Тогда ты должна определиться, любишь ли ты его настолько сильно, что готова рискнуть всем: репутацией, положением... Но, пожалуйста, сохраняй хоть какой-то здравый смысл! Подумай о своем будущем, – Андромеда погладила сестру по щеке. – А если что, то ты всегда можешь обратиться ко мне, хорошо? – Спасибо, – Нарцисса обхватила ее руками, утыкаясь сестре в плечо и вдыхая приятный аромат идущий от каштановых волос. – Меда-а-а... – вдруг тихо и лукаво протянула она. – А... кто это был там, в коридоре, утром? – Узнаю мою настойчивую сестренку! – с некоторым облегчением рассмеялась Андромеда.– Ох, Нарси... Не у тебя одной проблемы на личном фронте. Нарцисса восхищенно уставилась на нее, раскрыв рот: – Меда! Ты тоже влюблена?! Андромеда состроила веселую рожицу: – Кажется, да. – Меда! – Нарцисса захлопала в ладони, слезы тут же исчезли из ее глаз: – Рассказывай, рассказывай, кто, зачем, почему, как? Кто этот счастливчик? Ну же! – затараторила она. – Постой, ты мне слова вставить не даешь, – резонно заметила Андромеда и Нарцисса замолчала, демонстративно закрыв себе рот руками и выжидательно глядя на сестру блестящими глазами. Андромеда набрала побольше воздуха: – Он очень хороший. Тебе бы понравился. Его зовут... – она замялась на мгновение. – Теодор Тонкс. Тед. – Тонкс? – Нарцисса глянула чуть в сторону, припоминая. – Тонкс... Он со Слизерина? – Нет, – покачала головой Андромеда. – Ах, ну поэтому я его и не знаю! – поняла Нарцисса. – Откуда он? – С Рэйвенкло. – Ну хоть не с Гриффиндора! – хихикнула Нарцисса и дернула сестру за рукав мантии: – Ах, Меда, и ты ничего не говорила! Как давно? – Мы встречаемся уже больше года. – Больше... И ты это скрывала! Меда-а-а... – укоризненно протянула Нарцисса. – А Беллатрикс знает? – Беллатрикс знает, – посерьезнела Андромеда. – То есть, она знает, а я – нет? – скрестив руки на груди, Нарцисса выпятила губки. – Это так гадко с твоей стороны! – Нарси... – сказала Андромеда осторожно. – Я обиделась! Ты ничего мне не сказала! – Нарси... – Я тебе все говорю, а ты! Ей тут женихов подбирают, а она уже себе нашла одного – и молчит! – Нарциссы слегка стукнула сестру кулаком по руке. – Ты обязана меня с ним познакомить. – Нарси... Тут есть небольшая загвоздка, – Андромеда решилась: – Он... магглорожденный. – Что?! Грязнокровка? – в глазах Нарциссы отразились смятение и отвращение. – Ты... шутишь? – с надеждой спросила она, готовая с облегчением засмеяться, услышав положительный ответ. – Нет. Он и правда магглорожденный. Но, Нарси, он потрясающий – ты должна узнать его получше... – Андромеда, он же грязнокровка! – возмутилась Нарцисса. – Ты что, ты с ним... Ты целовалась с грязнокровкой?! – она отстранилась от сестры, презрительно морщася. – Не называй его так! – Андромеда выпрямилась. – Ты ничего не знаешь о нем! Какая разница, кто его родители?! Он такой же маг, как и мы, такой же человек – и прекрасный человек, куда как лучше твоего Малфоя! – Но он ведь грязнокровка, Меда! Они совсем другие, чем мы! Они просто примитивные, дрессированные... – Закрой рот, Нарцисса! – грубо оборвала ее Андромеда. – Я не хочу слушать твои оскорбления. Это, знаешь ли, как минимум невежливо с твоей стороны! Вместо того, чтобы хотя бы попытаться понять меня, ты тут же начинаешь вешать бредовые ярлыки. Нарцисса закусила губу. – Ах, Меда, как же ты могла?! – уже тише спросила она. – А папа с мамой... они... в курсе? – Ну конечно же, не в курсе, – раздраженно вскинулась Меда. – Как ты себе представляешь их реакцию? Если даже ты так взбесилась. – Я не бесилась, – чуть оскорбленно сказала Нарцисса, – но это просто сумасшествие. Меда, а ты уверена, что любишь его? – Абсолютно. – И... что ты будешь делать? – Ох, Нарси, не имею ни малейшего понятия, – Андромеда устало откинулась на спинку дивана, и Нарцисса последовала ее примеру. – Я же говорю – не только у тебя проблемы в личной жизни. Я тоже боюсь того, что скажут родители. И боюсь им признаться. Боюсь, что Тед вдруг решится и сам все им расскажет – вообрази себе, что они тогда сделают? Я не знаю, что мне придумать... И еще эти женихи, которых мне подбирают, эти придурки! – Меда, может они не такие уж и придурки? Например, Рабастан... – Рабастан?! – округлила глаза Андромеда. – Да он уверен, что существо женского пола недостойно целовать подошвы его туфель! Ему бы гарем рабынь, а не жену! – А этот, итальянский кузен... – Нарцисса, ну о чем ты говоришь? Ну представь – ты любишь своего Малфоя, а я тебе сейчас расписываю, какого чудесного итальянского кузена прочат тебе в мужья! Нарцисса примиряюще потерлась щекой о ее плечо: – Извини... Просто это в голове не укладывается: ты и грязно... магглорожденный. – Ты просто не знаешь его, – повторила Андромеда. – Вы все его не знаете... Нарцисса, я думаю, не стоит объяснять тебе, что ты не должна никому говорить. Ни маме с папой, ни Малфою. И с Беллатрикс лучше не говори об этом – она с ума сошла со своими Пожирателями Смерти, или как их там? – С кем? – не поняла Нарцисса, но Андромеда уже спохватилась: – Да неважно. В общем, никому, хорошо? – Ну конечно, – заверила ее Нарцисса. – Обещаешь? – Обещаю! – Нарцисса испытующе взглянула на сестру: – Но, Меда, может ты еще передумаешь, может ты на самом деле его и не любишь? Он же все-таки... магглорожденный. – Глупая ты. Какая разница, хоть бы в его роду акромантулы были! – нервно всплеснула руками Андромеда. – Главное – какой он сам, ты понимаешь? Нарцисса неуверенно кивнула и покрепче обняла сестру. Сейчас ей очень хотелось защитить Андромеду от любой напасти, включая это ее магглорожденное увлечение.