Я тебя никогда не забуду

      Первый год после гибели Эм я жила у родителей. Просто не могла жить одна - пусть уж лучше они, чем никто.       Единственным моим развлечением была упорная учеба до позднего вечера, а после прихода домой крики пьяных гостей и придирки родителей не давали расслабиться, и, соответственно, думать о ней времени практически не оставалось. Я загоняла себя до изнурения, училась так, что она была бы горда мною. Потом устроилась на работу - на неполный рабочий день, конечно, но деньги выходили неплохие. Через год накопилась достаточная сумма, чтобы заплатить первый взнос за аренду квартиры. Собрала пожитки, оставила родителям новый номер телефона и уехала в соседний район, в новую квартиру.       В спокойном, рутинном режиме жила я в своем доме. Получила красный диплом филолога, пошла работать редактором в книжное издательство. За этот период у меня были две девушки. Первую я сняла в клубе от общей скуки, ночью получила посредственный секс, а утром ее сдуло, словно ветром, вместе с моими пятьюдесятью баксами, отложенными на крайний случай. Со второй девочкой я училась на одном курсе. Она пыталась ухаживать за мной, носила домой тортики к чаю... У нас не могло ничего получиться, очевидно. Жанна, так ее звали, ужасалась количеству фотографий Эммы, ее напрягали вещи не моего размера в шкафу, в общем, все в квартире раздражало ее. Мне было жалко эту девочку, она была влюблена в меня. Возможно именно из жалости я и переспала с ней. Чувствовала я себя тогда премерзко из-за того, что знала, что разбиваю чье-то сердце. К моему счастью, мне удалось удачно переключить внимание Жанны на мою знакомую, с которой они сейчас состоят в партнерстве и воспитывают вьетнамского мальчика.       Да, сейчас я понимаю, что ни одна нормальная девушка не смогла бы существовать здесь, в моем личном храме Эм. Повсюду ее вещи, перевезенные из старой квартиры: пуфики, столики, лампы с оливковыми абажурами, фотографии и несметное количество кактусов. Не знаю, с чем связана была ее необъяснимая любовь к этим растениям: хатиора, цереус, цефалоцереус, шлюмбергера, эхинокактус, эхинопсис - всем таким добром были уставлены подоконники. Эм говорила: "Они как маленькие детки. Я испытываю физическую потребность заботиться о них". Эта фраза всегда удивляла, пугала и умиляла одновременно.       Так как кроме кактусов дома никто меня не ждал, я решила скрасить свое одиночество котом. Мистер Джонатан вполне органично вписался в мою размеренную жизнь - растения не жрал и мимо лотка не гадил.       Мне уже стало казаться, что моя жизнь стала нормальной, что я зажила по-человечески, когда меня "попросили" с работы. Сначала меня не сильно это испугало - мало ли издательств и редакций в городе? После десятого отказа я всерьез забеспокоилась. Деньги, отложенные на черный день, заканчивались, за квартиру платить было нечем, да и одолжить не у кого. Отказы сыпались один за другим; после двух месяцев кормления "завтраками" объявилась хозяйка квартиры, покидала мои вещи в полиэтиленовые пакеты для мусора, а дальше вы и сами знаете. Мистер Джонатан был посажен в переноску, и я не смогла придумать ничего умнее, чем поехать к родителям на пару дней.       Мне повезло, потому что родители находились во временной завязке, и были рады меня видеть. Мама помогла мне разложить вещи в шкаф и принесла на ужин пригоревшую котлету, пока отец вычесывал белоснежную шерсть мистера Джонатана пуходеркой, нежно матеря его в процессе. - Анечка, что же ты теперь собираешься делать, дорогуша?- мать была удивительно мила и разговорчива сегодня. - Черт его знает. - А в газете ты смотрела? Может что-нибудь и появилось? - Да я все периодические издания перечитала вдоль и поперек. - Погоди-ка. Мать неловко развернулась на пятках и живо, что нехарактерно для ее телосложения, побежала в соседнюю комнату. Вернулась она, держа в руках одну из тех тоненьких газетенок, которые обычно бесплатно раскидывают в почтовые ящики. - Смотри-ка, эту только сегодня принесли, почитай. Может и повезет. Без особого энтузиазма я открыла ее. Типичные объявления: "фирма наймет бухгалтера", "в продуктовый магазин "Свежесть" требуются уборщицы", и все такое в этом роде. Я уже собиралась выкинуть бесполезное печатное издание, как мое внимание привлекло странное объявление: "Требуется няня для брата и сестры, кошки и сорока шести кактусов. Филологическое образование приветствуется. Мужчинам не беспокоить". Что-то в моей голове щелкнуло; руки похолодели и по спине пробежали мурашки. Я судорожно попыталась найти телефон рядом с собой, и, потерпев неудачу, закричала: - Мама! Мама! Срочно принеси трубку! Послышалось отцовское бурчание из серии "зачем же так орать, бля!", но через момент мать прибежала с телефоном наперевес. Я судорожно набрала на телефоне цифры, напечатанные в газете. Спустя мгновение, показавшееся мне вечностью, по ту сторону провода мне ответил по-детски звонкий голос: - Алло!