Сломать нельзя построить, или Дело в запятой.

А чего я, собственно, ждала? Что он выберет меня? Неужели я настолько наивная дура? Конечно, родное ему важнее, чем я. И снова осознание собственной ничтожности обжигающей ледяной лавиной упало на голову и заползло за шиворот. Ком в желудке заныл и стал предательски проситься наружу. Щёки вспыхнули, и рот приоткрылся в попытках хлебнуть воздуха. Организм был полностью солидарен с мозгом и стал бастовать. Привет, мой белый холодный друг… Я лежала без сил, глядя в потолок. Мне тошнило два раза. В желудке – пусто, а позывы не прекращаются. Голова тяжелая и грозит провалиться сквозь кровать прямо на пол, настолько она не подъёмная. Вокруг меня, как в тисках, чужие равнодушные люди, играющие мной, как бантиком на ниточке. Всем плевать, кто я, что я, зачем… Иногда кажется, что меня, конкретно меня, как личности со своими желаниями и страхами, просто нет. Есть тонкая невзрачная оболочка. А разве могут быть у оболочки желания? Отрывки снов… Мама с папой и я. Тао нет. Мы счастливы. Даже во сне я понимаю, что это – неправда. … Машины и мотоциклы… Всё гудит и грохочет. Мне хочется громко-громко кричать. Просто так, чтобы выпустить пар. Проснулась от собственного крика. А потом… Какие-то дома, я кого-то веду за руку, рассказываю о том, что моих родителей нет, но есть ты… Мне не видно лица… Мне спокойно… Проснулась на полу, завёрнутая в одеяло. Проснулась не от того, что твёрдо или я замёрзла, нет. Кто-то настойчиво звонил в дверь. Шагов Тао не слышно, значит, дома его нет, и надо вставать самой. Так и засеменила к дверям в одеяле. - Кто там? – глазок высоковат. - Сехун, - раздалось с той стороны. - Пошёл ты, - буркнула я и, развернувшись, потопала на кухню. Снова раздался звонок. Видимо, он просто нажал на него и держал. - Уходи! – пнула дверь. – Не открою! Не о чем разговаривать! И бумажку ту идиотскую порви! Если бы только знала, во что мне это обернётся, ни в жизнь не села бы к тебе в машину! Бросилась бы под колёса самосвала! - Открывай, - спокойный голос Сехуна. На него моя тирада не произвела ни малейшего впечатления. - Что-то случилось? – раздался любопытный голос соседки напротив. - Да вот, с любимой поссорился, - соврал Сехун, и у меня аж в глазах покраснело от ярости. - Чимини, детка, открой, - заскреблась в дверь соседка. – Такой милый молодой человек, а ты его на площадке держишь. - Ащ! – и резко распахнула двери, второй рукой придерживая одеяло. – Он – не мой любимый человек! – выпалила. – Я его практически ненавижу! - Практически – это ещё не полностью, - хмыкнул Сехун, подхватил дорожную сумку и вошёл в квартиру. Я захлопнула дверь перед любопытным носом вездесущей соседки. - У тебя пять секунд на объяснения, - нахмурилась, плотнее закутываясь в одеяло. - Я буду здесь жить, - просто ответил он. – Я уложился в пять секунд? Где-то с минуту мы в упор смотрели друг на друга. В его карих глазах ни тени сомнения или шутки, сплошная непрошибаемая уверенность. - На выход! – толкнула его плечом и снова распахнула двери. – Давай-давай! Ты уходишь! Ты и твой отец – психи, если рассчитываете на то, что можете с лёгкостью распоряжаться чужой жизнью! - Успокойся и закрой дверь, а то сквозит, - сказал Сехун и снял свои кроссовки, аккуратно пристраивая их на обувной полочке. – Думаешь, я сам в восторге? Пф! Закрой, закрой дверь, а то о наших с тобой отношениях скоро будет знать весь дом. - Если я закрою дверь, ты не уйдёшь. - А я так и так не уйду. Вот, - он полез в боковой карман и достал тонкую папку, - прочти, - протянул мне. - Не хочу. Там какой-нибудь бред, который я не понимаю. И ничего подписывать не буду, - упрямо сжала губы. - Поздно. Я, как глава нашей с тобой семьи, уже всё подписал. - Ч-что? – из ослабленных пальцев выскользнула дверь и с громким металлическим «дзынь!» захлопнулась. - Прочти, - помахал папкой перед моим носом. - Ты… не можешь распоряжаться моей жизнью… - как зачарованная, смотрела на бумаги. - Я знаю, я должен… - он замялся, опустив голову, - извиниться за неудобства… Я постараюсь всё исправить и уладить. Просто… Помоги мне, - посмотрел мне в глаза. - Почему я? У тебя мало знакомых? Мало девушек? Не верю! Найди кого-нибудь другого! - Поздно. Бумаги оформлены. - Бумаги… - предчувствуя полный пипец, слегка вздрагивающей рукой взяла протянутую папку. - Я постарался подобрать такие условия, чтобы ты не осталась в накладе! – тут же быстро заговорил Сехун. – Это – игра для моего отца. И если мы выиграем, то каждый получит то, что хочет. - Что это такое? – пробежалась глазами по тексту. – «Сторона А и В… А1, А2, А3…». Что это? - Давай сядем, - предложил он. Меня, и правда, немного потряхивало. - Суть в том, - начал объяснять Сехун, едва мы сели на диван, - что это договор, официально закреплённый у нотариуса. - Я ничего не подписывала! Он недействительный! - Успокойся. Я принёс его тебе на подпись. - Я не хочу… - Ты слышала, что будет, если ты откажешься. Поверь, мой отец – очень настойчивый и расчётливый человек. И своё состояние он нажил не совсем честным путём. - Но я… Мы… - Послушай, сторона А – это мы с тобой, наша новая семья О. В – это мой отец. По условиям договора я должен жить с тобой, не важно где, можно снимать жильё, но денег отец меня лишает полностью. Срок – пять месяцев. Я должен доказать, что чего-то стою без него. Твоё дело маленькое – просто играй мою жену. Отец будет следить, это тоже входит в условия: полноценная семейная жизнь с выходными, свиданиями и т.д и т.п. - Что будет в случае нарушения условий? - Пункты 16, 17, 18 – предусматривают это. Нормальным языком звучит, как возобновление судебного дела твоего отца. В итоге государство изымет бизнес и, возможно, квартиру в качестве уплаты долга. - Но как… Как такое может сделать человек?.. – мне не верилось, что люди могут быть настолько алчными. - Поверь, это довольно просто. Мой отец – влиятельный человек, и многие ему обязаны свободой и жизнью. - А что, если всё получится? - Вот это самое важное, сосредоточься. А1 – это я. Я получу свободу, квартиру, свою часть наследства и возможность заниматься своим делом. А2 – это ты. В конце концов ты получишь отдельное жильё в любом городе, где захочешь жить. Я от себя гарантирую, что помогу тебе с работой. - А кто такой А3? - Это твой брат. Надеюсь, он не будет вмешиваться. Я еле сдержалась, чтобы не брякнуть, что братец меня уже продал со всеми потрохами. - Когда ты уедешь в свою квартиру, он получит то, что хотел: жизнь без тебя и свой бизнес. Ну, что? Да, Тао этого и хотел. Если всё получится, он, наконец, избавится от чужеродной сиротки и станет свободным. А я… Кому какое дело, что будет со мной? Если всё получится, я начну сначала. Осталось выдержать пять месяцев в компании сумасшедшей семейки О.