Сломать нельзя построить, или Дело в запятой.

Я записалась на приём к врачу на послезавтра. Стоит ли уточнять, на какую тему я хочу с ним поговорить? Из-за этой большой проблемы мы все совсем забыли об ещё одном немаловажном пункте. Этот «пункт» позвонил с утра и сказал: - Вы всё ещё играетесь в семью? Не надоело, а, сын? В любом случае, через час жду тебя в Восточном парке. Мистер Чо устраивает банкет по поводу выдвижения его персоны в Совет депутатов. Жду тебя одного или с этой… Я думал, что большего разочарования не испытаю после того, как ты выпустил свою книгу. Это бестолковое бумагомарательство! Но ты, надо сказать, со своей этой женитьбой просто все рекорды глупости побил. Из-за этого мне приходится объясняться с высокими людьми, почему мой сын не может присутствовать на собраниях и корпоративах. От одной мысли, что то недоразумение, которое ты называешь «женой», войдёт в высшее общество, у меня начинает колоть под лопаткой. Ты меня услышал? О, и не только он. Сехун разговаривал на громкой связи. Он думал, что я ещё не вернулась из больницы. Я вошла неслышно, пока он был в душе. А теперь слушала, стоя в коридоре, весь разговор. - Ты меня услышал? – грозно повторил мистер О. - Да, - ответил Сехун. - Тебе час на сборы, - и разговор закончился. - Пойдёшь? – вошла в зал. - Ты здесь? Давно? - Достаточно, чтобы услышать разговор. - Он… он мудак, согласен, - Сехун понуро опустил голову. - Собирайся, мало времени. До Восточного полчаса езды. - А ты? – посмотрел на меня. – Ты пойдёшь со мной? - Недоразумение, которое ты называешь «женой»? А стоит? Вдруг твоего отца удар хватит? – усмехнулась. - Давно пора, - скривился парень. - Не говори так… Смерть… Смерть – это страшно… - Прости, я не имел ввиду, что… просто… - Ему кажется, что он выбрал для тебя идеальную дорогу и судьбу, а ты, глупый мальчишка, всё делаешь наперекор. - Я – не он. Мне так это надоело, - Сехун устало закрыл глаза, зарывшись пальцами в волосы. - Осталось ещё чуть-чуть, и ты будешь свободен, - попыталась подбодрить. - Угу… Так ты идёшь со мной? – спросил, не открывая глаз. - Если надо, пойду, - согласилась. - Не хочу находиться там один. А с тобой… С тобой будет легче. Я, правда, не знаю, как ты… ну… - Я нормально себя чувствую, - оборвала. – И соберусь через пятнадцать минут. Можешь засекать. По зелёным лужайкам и высыпанным мелким гравием дорожкам расхаживали люди. Обычные такие люди, и не скажешь, что они какие-то высокопоставленные. Гуляли, улыбались, смеялись… Всё, как все нормальные земные люди, далёкие от больших денег и большой власти. - Как бы не было это противно, но придётся сначала показаться отцу, - проворчал Сехун. - Значит, давай улыбаться и вести себя так, чтобы он больше нас на такие мероприятия не звал! Он обернулся ко мне. - Что? – спросила, чтобы нарушить это молчание и рассматривание меня. – Мне плохо в этом платье? Это Чонин принёс и я… Я подумала, что… - нервно затеребила кружевной подол светло-бежевого наряда. - Тебе идёт, - сказал, наконец, Сехун. – Правда, идёт… А вот то, что его принёс Чонин, мне как-то не очень нравится, - тут же свёл брови. – Я бы тоже смог тебе его купить. - Я не просила его, честно слово! Он сам! Носит и носит мне всякое барахло! Мне скоро складывать его будет некуда. - Скажи, чтобы прекратил! - Я говорила! Но он за два дня принёс столько, сколько у меня за всю жизнь одежды не было. - Тогда я скажу, - Сехун поджал губы. - Только не ругайся на него, он просто… - Он просто подлизывается! В этом весь Чонин! Любыми способами добьётся, чтобы его любили, - сквозь зубы процедил парень. - А вот и вы! Не ссорьтесь, голубки! – всплеснула руками неожиданно подошедшая миссис О. – Вы такие красивые! Понимаю, вам хочется побыть вдвоём, а отец вытащил вас на свет божий, - она тепло улыбнулась. – Но потерпите, думаю, через пару часов он отпустит вас, и вы сможете вновь окунуться с головой в свою любовь! Мы с Сехуном испуганно переглянулись. - Отец в шатре, - женщина махнула в сторону разбитого на поляне белоснежного бунгало. – Идёмте! И мы послушно поплелись следом. Сначала рука Сехуна тыльной стороной дотронулась до моей. Потом он коснулся моего мизинца. Я покосилась на него. Он, как ни в чём не бывало, медленно собирал мои пальчики в свою ладонь. Почему-то я решила поступить, как он, и сделать вид, что ничего не происходит. А что тут такого? Ну, подумаешь, муж жену за руку ведёт. Эка невидаль! И чихать, что внутри всё замерло, и душа медленно сползла вниз, туда, к пересечению рук. Откинув полог шатра, не выпуская моей руки, Сехун пропустил меня вперёд. Там было ещё больше людей. Все столпились возле какого-то толстенького мужичка, восторженно размахивающего руками. Среди толпы был и мистер О. Он сразу же нас заметил и направился в нашу сторону. Сехун легонько сжал мои пальцы. - Пришли, - скривился мужчина. – А тебе не нужно носки стирать, готовить суп? – ехидно спросил меня. - Нет, для этого есть стиральная машина и доставка еды на дом, - улыбнулась ему. Мистер О недовольно поцокал языком. - И чего ты вцепилась в него? – кивнул на наши руки. – Здесь не детский сад. Здесь взрослые серьёзные люди собрались. - Тогда можно мы пойдём? – спросил Сехун. – Я в песочнице свой кулич не доделал. - Не смей дерзить отцу, - прошипел мужчина. – Сделай вид, что ты ещё не потерян для общества и поприветствуй мистера Чо и его семью. Обрати внимание на его старшую дочь. Очень перспективная. Недавно вернулась из Америки. - Зачем она мне? – насупился Сехун. - Затем, что я волнуюсь о твоём будущем и подыскиваю тебе удачную, подчёркиваю, удачную партию. Когда я умру, я должен быть уверен, что у тебя будет благополучная семья. - Ты, конечно, с высоты своей должности и самомнения мог и не заметить, - язвительно перебил его Сехун, - но я свою партию уже выбрал, мнение менять не собираюсь. И, прошу, не волнуйся, у меня отличная семья, - выпустив мою руку, приобнял меня за талию, прижимая к себе сбоку. - Пф, не смеши меня, - фыркнул его отец, - если она тебя укладывает спать, чтобы ты нюни во сне не распускал, это ещё не значит, что она подходит на роль следующей миссис О. Я покосилась на Сехуна. Он, бледный от природы, и вовсе слился со своей белоснежной рубашкой. - О, неужели она не знает? – он фальшиво вскинул брови, удивлённо глядя на меня. - Отец! - Ты не рассказал ей? Спишь и не рассказываешь? Или она ни разу не видела, как ты ревёшь во сне? - Отец, я прошу… - Я всё знаю! – выпалила. Это издевательство нужно было прекратить. Захочет – расскажет потом сам, а пока: – Всё знаю и всё равно люблю его! Ещё вопросы есть?