Ray of my life. Dead bat.

удачи мне хх ________________________ POV Evelyn. - Гарри, сколько раз тебя просила относить вилки на кухню, а не прятать под матрас! – кричу я парню со второго этажа, вытаскивая четвертую вилку из-под матраса. - Тебя сейчас не это должно волновать! – кричит мне парень с первого этажа. Мысленно проклиная Гарри, я ставлю вилки на стол и нафиг скидываю матрас на пол, ибо мне интересно, что туда еще кроме вилок Стайлс прятал. - Твою мать. Потому что я вижу очень много своих фломастеров и карандашей, кроме вилок, примерно три ложки, блокнот, свою пудру, которую я искала около месяца, очень-очень много фантиков от конфет и также много «фантиков» от презервативов. Через пару секунд в проеме двери появляется перепуганный Гарри, потому что еще двумя секундами ранее я очень громко крикнула его имя. Хазза смотрит на меня, потом на матрас, валяющийся на полу, и на сам диван, потом снова на меня, и на его лице появляется глупая улыбка, я же хочу его ударить, по большей части из-за пудры. - Может, найдем еще один презерватив и сразу же его используем? – и снова его похотливая улыбка. Но! Сразу же после его фразы в Гарри летит подушка. К сожалению, он уклоняется, и подушка летит куда-то за пределы комнаты. Стайлс бежит ко мне, как мне кажется, только Гарри хватает меня за талию, и мы вдвоем падаем на матрас, находящийся на полу. Он же звонко хохочет, а я не понимаю, что происходит. - Ты курил? – находясь на Гарри, спрашиваю я. - Я просто очень сильно люблю тебя, - он переворачивает меня и целует, словно это последний поцелуй в его жизни. Так нежно, но так грубо, мм… Естественно, я отвечаю на поцелуй, а мои руки перемещаются ему на затылок. - Сколько раз я говорил тебе надевать носки? - Мне не холодно, - мы все еще продолжаем сказочные прикосновения губами. - А мне все равно, - Гарри «отпускает» меня и, встав, ищет чемодан, в котором, по его предположениям находятся носки. К моему сожалению, они находятся в том чемодане, и Гарри, взяв мои нелюбимые вещи, принимается надевать их на мои ноги. Закончив свое дело, он хватает мои ноги и резко тянет на себя, таким образом, оказывается, у меня между ног, следовательно, глаза Стайлса горят похотью. - Нам нужно собрать вещи, - в моем же взгляде полно хитрости. - Самолет через три часа, - Гарри ложиться на меня и принимается целовать шею. - Если все сделаем быстро, - я беру его лицо в свои ладони, - то у нас останется время для того, чего сейчас не будет, - быстро целую Хаззу в нос и, выбравшись из-под него, иду к шкафу. Гарри же падает лицом в матрас и недовольно стонет. - Милый мой, убирай все то, что скапливал несколько месяцев. И Гарри снова недовольно стонет, но, все-таки, надутый поднимается и принимается убирать. - Эви, я нашел пачку презервативов, - Стайлс играет бровями, а я лишь закатываю глаза, - по-любому пригодятся. ** Я сижу на чемодане, пытаясь его застегнуть, в то время, пока Гарри возится с другими чемоданами внизу. - Ну же, давай, - бубню себе под нос. - Милая, этот чемодан уже лишний. - Нет, там все самое нужное, - молния сдвигается на сантиметр, а у меня появляется надежда, что все получится. - Ты это говорила про прошлые три. - В этом тоже все ну-жно-е! Я уже прыгаю на этом чемодане, а он никак не хочет застегиваться. Через секунду я отдаляюсь от причины моей раздраженности, не сама, а меня поднимает Гарольд. - На протяжении тура у тебя будет куча новой одежды, а эта никуда не денется. - Там часть твоей одежды, - обиженно мямлю. А Гарри просто парoдирует меня с улыбкой на лице, и моя улыбка сама просится наружу. Он держит меня на руках, но я чувствую себя защищенной настолько, словно нахожусь в титановой комнате, сквозь которую ничто не сможет мне навредить и так, надеюсь, будет всегда. С Гарри я нереально счастлива, нереально живая, рядом с ним все нереально. Хазза тот самый луч жизни, без которого жизни для меня просто не будет, он – луч света, освещающий мою поляну, на которой до сих пор царит радость, спокойствие, свобода. Не то, как было до встречи с ним, надо мной витали тучи, шёл дождь, был мрак и летали гадкие летучие мыши, уничтожив всю красоту, которая сейчас вновь свойственна для меня. Мы соприкасаемся лбами, и дышим так, словно нам больно, хотя нам самом деле все наоборот, мы бесконечно счастливы. Я касаюсь своими губами его и это словно глоток чистого воздуха… - У нас есть полчаса… - он целует мою щеку, - чтобы сделать то… - он целует мою скулу, - что не сделали два с половиной часа назад… - он целует мой висок, а я сжимаю его волосы. - Главное, не опоздать... на самолет… Мы нежимся, как два котенка, еще чуть-чуть и мы замурлычем, но сейчас у нас немного иные планы. «Главное, не опоздать на самолет»