Потерянная навсегда

POV Влад.

      Молча проходим с Аней мимо стадиона, на котором уже несколько лет никто не занимается. Дети по уши погрязли в интернете, реальная жизнь стала для них неинтересной. Каждый лучше посидит несколько лишних часов за компьютером, чем возьмёт в руки мяч и пойдет играть в футбол. Сейчас, в большинстве случаев, подростков даже не вытащишь из дома. Они даже не умеют общаться в живую. В интернете каждый герой, а в реальной жизни кто? Правильно, никто.       Этот мир гниёт на глазах.       Неожиданно, девушка, что шла всю дорогу рядом и глазела по сторонам, останавливается и, хватая ртом воздух, падает мне на руки. Её глаза закрыты, а губы еле-еле двигаются. Она что-то пытается сказать, но вместо этого лишь шевелит губами, будто пытается схватить воздух. Согнув ноги, всё ещё держа девушку на руках, медленно сажусь на асфальт и осторожно кладу её голову к себе на колени.       — Ань, — осторожно начинаю хлопать ей по щекам. Нулевая реакция. — Аня, — склоняюсь к девушке ближе.       Резко открывает глаза и удивленно смотрит на меня. Между нами всего несколько сантиметров. Быстро поднимаю голову, увеличивая расстояние. Девушка нервно сглатывает и пускает мокрую дорожку по щеке.       — Из-за меня погиб человек, — тихо прохрипела зеленоволосая и закрыла глаза.       Боже, почему это со мной происходит? Она потеряла сознание, а буквально через минуту вновь открыла глаза и начала утверждать, что из-за нее погиб человек. Какого чёрта?       — Что? — удивленно смотрю на неё.       Аня снова открывает глаза и переводит взгляд на один из фонарей, что освещают стадион. Одной рукой вытирает слезы и приподнимается с моих коленей. Садится рядом и хватает меня за руку чуть ниже локтя. Что ты делаешь?       — Ты должен мне помочь, — с надеждой смотрит мне в глаза.       — Что?! — даже боюсь снова встретиться с ней взглядом.       О чем ты думаешь? Что произошло? Почему ты свалилась ко мне на руки посередине тропинки?       — Пойдем, — поднимается на ноги и срывается с места в обратном направлении.       — Аня! — кричу девушке в след, но она даже не обращает на это внимания.       Поздравляю, Владислав, ты нашел приключения на свою задницу.       Поднимаюсь с асфальта и бегом отправляюсь за девушкой.

POV Аня.

      Я не помню дороги, но ноги сами несут меня к заброшенному дому. Постоянно прокручиваю эту сцену с начала до конца в своей голове. Парень по имени Паша шагнул из-за меня в окно. Что он сделал мне? Почему я сказала, что все кончено? Почему мы встречались именно в этом заброшенном доме?       Я вспомнила момент из прошлого, но он ничего не дал мне, кроме того, что я несусь в заброшенку со всех ног. Почему именно эта сцена всплыла в моей голове? Боже. Вроде я узнала о себе что-то и, по идее, вопросов должно стать меньше, но их количество только увеличилось.       Влад бежит позади меня. Я больше, чем уверенна, что он сейчас кроет меня трехэтажным матом. Ничего не объяснив, я сорвалась с места. Почему я попросила его о помощи? Ответ прост: мне страшно.       Резко останавливаюсь и поднимаю глаза на десятиэтажное здание. По всей видимости оно пустует уже не один десяток лет. Парень тем временем подбегает ко мне и, хватая за локоть, разворачивает к себе лицом. Его взгляд не означает ничего хорошего.       — Что происходит? — задыхаясь, спросил он.       Ещё несколько секунд и он бросится на меня. Владислав взбешен. Я уже не уверена, что нахожусь в безопасности. Если бы около меня сейчас стоял Фредди Крюгер, и то я была бы в большей безопасности, чем рядом с Зайченко.       — Я вспомнила, — тихо отвечаю на заданный вопрос и выбираюсь из цепкой хватки гитариста.       Разворачиваюсь и неспеша направляюсь в здание. Зайченко тяжело вздохнул, а после направился за мной. На стенах дома было много надписей, таких как: «Цой жив!», «Игорь лох», «Людовик 21» и «Нервы», просто «Нервы». Кстати, последняя надпись меня немного отвлекла от пятого этажа дома. Но не надолго, буквально через минуту я шла по деревянной лестнице вверх. Ступеньки давно прогнили, и я не была уверена, что следующая ступенька не провалится подо мной. Всегда оставался риск спуститься на этаж ниже, не используя лифт. Хотя, в этом доме его уже нет. Давным-давно его сдали на металлолом, а шахты так и остались пустовать. Шахты выглядят, как короткий путь в самое пекло ада. Если долго смотреть вниз, то может почудиться, что там что-то горит.       А вот и заветный пятый этаж. Здесь всего две квартиры. Пятое чувство подсказывает, что нужно идти направо. Поворачиваю и вхожу в небольшую квартиру. Как мне показалось, эта двухкомнатная. Ноги сами несут меня в ту комнату, где всё произошло.       С того времени, как он шагнул из окна, по всей видимости, прошёл год. Но в комнате ничего не изменилось. Все те же голые стены с обрывками обоев на них. Я неуверенно иду на середину комнаты. Дальше не могу. Боюсь наступить на осколки стекла, что валяются около того места, где раньше было окно. Теперь там просто огромная дырка в стене.       Лунный свет освещает комнату, и я спокойно могу разглядеть даже маленькие детали. Замечаю в углу ту самую гитару, на которой играл Паша. Опускаю взгляд вниз и невольно замечаю старую фотографию, на которой запечатлены два беззаботных ребенка. Мальчик и девочка. Она улыбаются. Замечаю на щеке девочки родинку, такая же как и у меня. Провожу рукой по своей щеке. Значит, это я и… Паша? Наверное. А кто он вообще?       Тем временем Влад уже несколько минут наблюдал за мной, облокотившись о косяк, и молчал. Поворачиваю голову в его сторону. Он стоит с каменным лицом. Я уже говорила, что он, кажется, готов на меня бросится? Да? Тогда подтверждаю, что с того момента ничего не изменилось.       Нервно провожу пальцами по волосам и, немного помедлив, иду к тёмному углу, где находится гитара. Парень не отводит от меня взгляда. Постоянно чувствую, его напряженный взгляд. Осторожно беру в руки инструмент и вновь возвращаюсь в середину комнаты. Рассматриваю гитару под лунным светом и замечаю нацарапанную надпись на ней: «Monsters inside of you». Опять эта надпись. Почему я встречаю её уже второй раз? Смотрю на своё запястье. Абсолютно одинаковые надписи. Что бы это могло означать? Что за секретные символы?       — Эм, Ань, — тихо начал Влад. — Я, конечно, не хочу нарушать твоё уединение со своими мыслями, но ответь мне пожалуйста на вопрос, — он подошел ближе. — Что мы тут делаем?       — Из этого окна из-за меня шагнул человек, — кивком показываю на дыру в стене.       — До этого момента я тебя хоть как-то понимал, — он глубоко вздохнул. — А сейчас… О чём ты вообще? — осматривает комнату. — Где мы?       — Влад, я обещаю всё тебе рассказать. Но не сейчас. Я сама ничего не понимаю. Это, как ком снега на голову в знойное лето. Я просто не знаю, что мне делать. Всё так запутанно и странно, — смотрит на меня, взгляд а-ля «ты идиот». Не отрицаю, кстати.       — Ладно. Но всё-таки, что мы тут делаем? — вновь обводит взглядом комнату.       — Я вспомнила это место. Я будто видела сцену из фильма, где главной героиней была я, — поворачиваюсь к парню лицом. — Мне страшно, — шепчу, будто нас могут подслушать, и сильнее сжимаю гитару в руках.       — Знаешь, я рядом с тобой себя героем фильма и ощущаю, при чём я не очень умный в этом фильме, — усмехнулся парень.       — Влад, можно я заберу гитару с собой? — кивает.       — Ань, ты себя нормально чувствуешь? — неожиданно спрашивает он.       — Да, а почему ты спросил? — удивленно смотрю на него.       — Почему? — улыбается. — А не ты ли сорок минут назад мне на руки без сознания свалилась? — улыбка пропадает с его лица, и я вновь чувствую себя жертвой, которую вот-вот разорвут на маленькие кусочки.       Глубоко вздыхаю и сажусь на пол. Влад смотрит на меня сверху вниз и качает головой. Да, я сумасшедшая. И я уверенна на счет этого на 90%.       Перебираю пальцами по струнам и начинаю петь.

Ночные кварталы спят в тишине, Счастья так мало, Усталость во мне. Засыпай, мой малыш, Греет нас котельная, А пока ты поспишь, Сыграю я тебе колыбельную.

      Усаживается рядом и отбирает у меня гитару.       — Откуда ты знаешь эту песню?       — Если я скажу «не знаю», это тебя удивит? — качает головой. — Ну вот. Это как-то машинально произошло. Сажусь на пол и начинаю петь, даже не зная слов, — улыбаюсь и вновь перевожу взгляд на фотографию на полу.       — Кто это? — устремляет взгляд на фото и берет его в руки.       В следующую секунду вытирает с фотокарточки пыль и протягивает мне. Беру фотографию и ещё несколько секунд пытаюсь вспомнить хоть что-то знакомое в лице Паши, но не выходит.       — Я и парень, что шагнул из окна, — обратно протягиваю фото Зайченко.       — Кем он тебе был? — и почему я не удивлена, что он задал именно этот вопрос? Потому что всё очень предсказуемо. Каждое движение или слово человека можно предугадать. Если конечно, этот человек в своем уме.       — Влад, ответ на все вопросы все равно будет один — «не знаю». Я будто в вакууме. Теперь моя голова забита этим парнем. Кем он был для меня, и почему я вспомнила именно этот момент? — перевожу взгляд на Влада.       — Я знаю только одно: ты — сумасшедшая, — усмехается.       — Не отрицаю, — улыбаюсь и перевожу взгляд в окно, на луну, что освещает наши лица.       Мы замолчали. Минуты молчания казались целыми часами. В голове эхом отдавался шум машин, что постоянно проезжали мимо этого дома. Почему это здание до сих пор не снесли? Единственная заброшенка в центре города. Это немного странно.       Влад достаёт из кармана толстовки сигарету и закуривает.       — А курить вредно, — смотрю на тлеющую сигарету меж пальцев парня.       — Мы курим, вдыхая с этой смертью, те горькие минуты, те жалкие причины нашей лжи, — пропел гитарист и снова сделал затяжку.       — Но мы курим, хотим, чтоб было круто, умирая по минутам, ведь вместе с этим дымом, мы не вдыхаем жизнь, — проговорила я в ответ, даже не помня слов. Машинально.       Влад усмехнулся.

      Подходим к дому. Зайченко останавливается и поднимает взгляд на окна квартиры.       — Как думаешь, спят? — смотрю на гитариста.       — Если только ложатся, — усмехается.       — Сколько сейчас?       — Четыре утра, — смотрит на наручные часы. — Давно я в такое время домой не возвращался, — смотрит на меня.       — Прости, — виновато опускаю взгляд вниз.       — Да ладно, мне даже понравилось полночи в заброшенке торчать, — улыбается и делает шаг к подъезду, но я хватаю его за руку, парень поворачивается ко мне лицом.       — Не рассказывай ничего парням и Стелле.       — Хорошо, — пожимает плечами и заходит в подъезд. Впервые не задает вопросов.       Через несколько минут поднимается на этаж. И перед нами открывается занимательная картина: по лестничной площадке в одних трусах разгуливает Ниженко.