Потерянная навсегда

POV Аня.

      Оглядываюсь по верхушкам домов. Вдыхаю этот пропитанный суетой воздух. Снежинки, кружась в легком вальсе, спускаются с неба и падает на ветки деревьев. Мороз пробирается сквозь куртку и сковывает кости ледяными цепями. Даже тёплый свитер Влада не спасает. Холодно. Но это моё. Я люблю эту погоду и холод под тридцать.       Опережая Влада, забегаю в подъезд. Не сказать, что стало теплее, но ветер уже не проникает в это тёмное помещение. Хм, а разбитые лампочки будто преследуют меня везде. Хоть в Киеве, хоть здесь.       Медленно направляемся к лифту. Парень нажимает на кнопку вызова и, закрыв глаза, облокачивается на стену.       У него идеальный профиль.       Прилетели всего час назад, а уже стоим в подъезде дома. Сколько раз за полёт мне казалось, что это последняя минута, и мы сейчас упадём вниз. Разобьёмся, и останутся от нас только имена и позабытый смех. Очень боюсь летать, но вновь и вновь сажусь в самолёт.       Бедный парень, натерпелся со мной. Его правую руку покрывают царапины от моих ногтей. Сквозь сон хваталась за спасательную верёвку, которой постоянно оказывалась рука Владислава. Хочется поскорей залезть в тёплый душ и смыть всю грязь переживаний и страха.       Двери лифта медленно разъехались в стороны. Молча заходит внутрь. Нажимаю на кнопку десятого этажа. Двери лифта закрываются и он, немного шатаясь, начинает свой путь вверх. Влад облокачивается на стенку лифта.       Чёрт, а я ведь ему совсем поспать не дала. Чувствую себя виноватой перед ним. Хотя, если бы не мысль о парнях и Стелле, которые ждут нас в квартире, я бы уже свалилась от усталости где-нибудь по дороге.       Почему мне так сложно стоять сейчас здесь и не думать об отце? С ним всё будет хорошо. У него есть самая настоящая семья и он счастлив вместе с ними. Какой же я была глупой, сбежав от него тогда. Глупая малолетка, думавшая только о себе. Неужели он не мог заново влюбиться? Мама была бы только рада за него. Я тоже должна была поддержать папу, а вместо этого доставила лишь новую порцию проблем.       Поднимаю голову вверх. Лампа мигает.       Наверное в первый и последний раз попрошу тебя о чём-то… «Пожалуйста, пусть он будет счастлив рядом с ними. И мои сестрички не станут такими, как я. Не нужно быть мной».       Тем временем лифт приехал на нужный этаж. Выходим наружу. На лестничной площадке пахнет сигаретами и одеколоном парней. Да нет, даже не пахнет, им тут несёт. Неужели флакон разбили?       Парень открывает дверь ключом и пропускает меня вперёд. Улыбнувшись, прохожу внутрь. С первых секунд становится понятно, что здесь живут четыре родных раздолбая. Вещи нашли своё место на полу в коридоре, а скейт около входной двери. Влад заходит следом за мной и чуть не спотыкается об этот самый скейт.       — Блять, опять Женя свою доску в новую комнату переселил, — протянул Влад, закрывая за нами дверь.       — В смысле переселил? — удивлённо смотрю на него.       — Этот скейт самый настоящий путешественник. Когда я уезжал, он на балконе «жил», — усмехнувшись, стаскивает с ног кеды и, сбросив с плеча гитару, проходит на кухню.       В свою очередь снимаю обувь и неспеша делаю шаг в одну из комнат. Как же я люблю этих свинок, разбрасывающих свои вещи даже на люстру. Предположу, что это комната Тоши. И точно: в углу стоит барабанная установка и на полу, около кровати, валяются сломанные барабанные палочки.       — Ты что, решила в этой комнате жить? — оборачиваюсь на голос Влада.       Парень стоит в дверном проёме и с интересом наблюдает за мной.       — А где мне, кстати, жить? — наклоняю голову вбок.       — Ну, как я понимаю, мы теперь вместе жить должны?       — Да нет, конечно. Я могу и на коврике около двери поспать. Думаю, что будет мягко, — усмехаюсь.       — Ладно, на коврике, так на коврике, — улыбается.       — Влад, — ласково обращаюсь к парню.       — Ну если ты так настаиваешь, то проходи в комнату прямо по коридору, — разворачивается и скрывается в коридоре.       Выхожу из комнаты и направляюсь в нашу спальню. Вот она, уютная атмосфера, в которой я так нуждаюсь. Зашторенные окна и серые оттенки. Это моё. Вот она, моя жизнь.       Стаскиваю с себя шапку и отправляю её в полёт на подоконник. Теперь там её место. А куртка пусть полежит на стуле. Шмыгнув носом, заваливаюсь на кровать. Так тепло и просто чудесно, что хочется петь. Вот только петь я не умею, а Влад петь сейчас не намерен. Слишком устал и всему виной я. А, знаете, он сам виноват. Не приезжал, не было бы проблем.       А вообще, всё чаще меня посещает мысль, что всё это было совсем не совпадение, а судьба. Если бы я не проснулась тогда с Тошей, то где бы сейчас оказалась? Точно на улице с бомжом Борисом.       Незаметно для меня в комнату проходит Влад. Облокачивается на дверной косяк и смотрит на меня.       — Ты в душ идёшь?       — Иди, я после, — закрываю глаза.       — Договорились, — развернувшись, выходит из комнаты.       Вскоре дверь в ванной захлопнулась.       Приехали значит, а дома никого. А они вообще знали, что мы сегодня приезжаем? А почему, собственно, мы? Шанс на то, что он вернётся со мной был 50/50.       Потянувшись, рывком сажусь на кровать и распускаю волосы. Как же хорошо.       В ванной послышался звук включённой воды. Снимаю с себя свитер и кидаю его на стул, к куртке. Следом полетели джинсы и майка.       Поборов желание залезть в тёплую кроватку, расстёгиваю лифчик и кидаю его назад, на подушку. Неужели я правда делаю это? Да, кому-то окончательно эндорфины отключили мозг и теперь полностью владеют мной. Ан нет, показалось, мозг исправно работает, ещё и подгоняет даже.       Нет, крыша всё-таки поехала.       Снимаю с себя трусы и бросаю их на пол.       Эм, Ань, тебя совсем не смущает то, что парни со Стеллой могут в любую минуту заявиться? Нет?       Точно что-то потеряла… Может… страх?       Медленно направляюсь к ванной. Всё так и должно быть, или сейчас, или потом. А потом меня не устраивает. Главное, чтобы парни не заявились. А то я их знаю, как обычно, в самый неподходящий момент…       Остался один единственный шаг. А нужен ли он? Может развернуться, одеться и лечь спать? А что решает шаг? Многое, очень многое. Порой одного единственного шага и не хватает для достижения своей мечты. А порой и шага слишком много. Никто никогда не сможет сказать, когда именно нужно сделать шаг, а когда остаться на месте.       Всего какой-то шаг. А ведь страшно его сделать, а самое главное — нелепо. Иногда шаг может стать ошибкой. Теперь мой мозг мечется из стороны в стону, принимая правильный выбор.       В конечном итоге не дожидаюсь решения мозга и, сделав шаг назад, открываю дверь. Как же здесь тепло.       Закрываю за собой дверь и неуверенно делаю шаг вперёд. Он даже не замечает меня. И от этого становится вдвойне приятно. Лучшее нападение, это нападение со спины.       В холодном душе не мёрзнут души. Давай нарушим?       Залезаю к нему. Всё ещё не замечает. Горячая вода стекает по его коже, каждая капля уносит за собой усталость. Медленно дотрагиваюсь до его плеча. Вздрагивает и оборачивается ко мне лицом. Смущенно улыбаюсь и отвожу взгляд.       Неожиданно Влад подхватил меня и прижал к стене так, что я обхватила ногами его талию, а руки завела за его шею.       — Ну и что мы здесь делаем? — от его голоса по телу пробежала не одна волна мурашек. Сердце словно кто-то зажал в тиски на несколько секунд, а после отпустил.       — Давай нарушим? — единственное, что нахожу ответить.       Улыбнувшись, накрывает мои губы своими. Медленно, словно боясь, что это окажется сном, проникаю рукой в его мокрые волосы. Вода, казалась, решила пойти к нам на встречу и попадала только на его спину.       Оторвавшись на несколько секунд от моих губ, заглядывает в глаза. Как бы спрашивая: «ты точно этого хочешь?» Молча провожу рукой по его шее.       Улыбнувшись, чмокает в губы и спускается ниже. Оставляет дорожку от поцелуев на шее и переходит на ключицы. По телу вновь пробегает волна мурашек. Он так близко, что крышу сносит. Хотя, нет, её снесло уже при первом же прикосновении Влада сегодня.       Покусывает ключицу. Твою мать, как он нашёл мою эрогенную зону? Издаю тихий стон. Слышу тихую усмешку. Вновь возвращается к шее и на этот раз оставляет на коже несколько засосов. Снова не могу сдержать стон. Когда-нибудь я поплачусь за эту сцену в душе, но сейчас мне совсем не хочется об этом думать.       Закрываю глаза, его прикосновения словно наркотик, который мне нужно вводить внутривенно каждый час. Спускаюсь руками вниз и теперь вывожу узоры на его спине. Отрывается от моей шеи. Вновь целует в губы.       Пусть этот миг длится вечно. Мне так хорошо сейчас.       Медленно проводит пальцами по ключицам и спускается ниже. Неожиданно он сжал пальцами мои бедра и нетерпеливо толкнулся вверх, сходя с ума от жара, который пронесся по телу и завязался тугим узлом внизу живота. Из груди вырвался очередной стон. Пожалуйста, не останавливайся. Подаюсь вперед.       Впивается губами и мои губы. Начинает медленно двигаться. Постепенно тугой узел начал развязываться и на его месте осталось только наслаждение, которое становилось только больше с каждой секундой.       Сама того не заметив, царапаю его спину. Вздрагивает и на несколько секунд прекращает, заглядывая в глаза. Кровь в жилах на эти несколько секунд словно остановилась.       И испугом смотрю на него. Прости. Медленно склоняет голову и утыкается носом в мою шею. Снова входит. Уже не контролирую стоны, которые становятся всё громче. Очередной толчок, и он начинает покусывать мочку моего уха.       От наслаждения закрываю глаза и сильнее прижимаюсь к стене. Капли воды ударяется о нашу кожу и медленно стекают вниз, разбиваясь о дно душевой.

Неделю спустя.

      — Ну ты идёшь? — в комнату снова зашёл Влад и нарушил моё уединение со своими мыслями.       За окном снова раздались хлопки салюта.       Комнату освещала лишь гирлянда. Полумрак настойчиво заставлял меня подняться с места и, обхватив шею Влада, утащить парня за собой на кровать. Может, к чёрту этот Новый год? Ведь можно и не праздновать, а провести вдвоём эти минуты.       — А может к чёрту этот праздник? — с надеждой смотрю на него.       — Пошли уже, Женя же нас веником из комнаты выгонит, — с усмешкой произносит парень и протягивает мне руку.       Хватаюсь за неё и встаю с кровати.       — И всё-таки мне хочется отпраздновать этот праздник немного иначе, — пошлая ухмылка.       — Знаю я твои мысли на счёт этого, — усмехается. — Осталось две минуты.       — Пойдём, — целую его в щёку и выхожу из комнаты первой.       На кухне уже давно собрались ребята. За окном в очередной раз раздался залп салюта.       Беру свой бокал с шампанским и перевожу взгляд на сидящего на подоконнике Тошу. А ведь ему я и должна быть благодарна за то, что сейчас стою на этой кухне. Именно он меня и привёл к ним домой. Благодаря ему, теперь в моей жизни есть человек, которого я чертовски боюсь потерять.       — Двенадцать, — неожиданно начал Женя.       — Одиннадцать, — взяв свой бокал, произнесла Стелла.       — Десять, — Тоша слез с подоконника.       — Девять, — с улыбкой произнесла девушка Ромы.       — Восемь, — Рома взял свой бокал.       — Семь, — прошептала я и посмотрела на Влада.       — Шесть, — Влад приобнял меня сзади.       — Пять, — в унисон заявили все. — Четыре… три… два… один!       Часы пробили двенадцать. Здравствуй, Новый год! Здравствуй, новый день.       Сделав глоток, ставлю бокал на стол и медленно подхожу к окну. Немного помедлив, Влад подходит ко мне и обнимает сзади.       Сейчас следует начать жизнь с чистого листа, а мне не хочется как-то, да и чистых листов не осталось. Я исписала всю тетрадь.       Как же я рада, что оставила в записке свой адрес.       Я люблю Влада до цифры восемь, что в падении.       Когда-нибудь мы точно сведём друг друга с ума. Может, уже через несколько недель мы расстанемся и, психанув, я снова уеду в Канаду. А может через несколько лет мы поженимся и у нас будут дети… Хм, я даже не знаю, что будет с нами завтра. Но сейчас я по-настоящему счастлива рядом с ним.       Я просто неугомонная истеричка, которая наконец-то нашла счастье. Просто зелёная Ёлка, которая не хочет, чтобы этот момент заканчивался.