Вольная птичка

- Кар-кар-кар… - донеслось из раскрытого окна. Опять эта старая мерзкая ворона, чтоб ей пусто было! Снова не даёт мне покоя… Я сидела на своём любимом широком подоконнике, подтянув к подбородку коленки, и наблюдала, как сгущавшиеся с каждой минутой сумерки летнего вечера окутывают наш милый уютный дворик. Мне всё нравилось в нём: величественные деревья с густо разросшимися кронами, которые делали дворик похожим на маленький волшебный лес, уединённый от прочего суетливого мира; одинокая печальная ива, под развесистыми ветками которой находилась старая дощатая лавочка, где мы с девчонками так любили болтать и обсуждать свои секреты; небольшой холмик, обраставший мягкой зелёной травкой летом и превращавшийся в снежную горку зимой… Мне нравилось всё, кроме этой ужасной вороны. - Тоня, отойди от окошка, а то простудишься, - заботливо велел женский голос. Слово мамы – закон. Я с сожалением вздохнула и слезла с подоконника. Надо же, взрослею… Раньше я помещалась на нём целиком и даже могла вытянуть ноги так, как мне захочется, а теперь приходилось сгибать их в коленках. Наверное, скоро этот подоконник и вовсе станет маловат для меня. Печально, ведь он – часть моего детства… Я залезла под одеяло и, не удержавшись, мельком глянула в окно. Дурацкая ворона! Почему она всё время на меня смотрит? Сколько я себя помню, она всегда прилетала в одно и то же время, когда я готовилась ко сну, садилась на одну и ту же ветку и буравила меня своими блестящими глазками, словно хотела что-то сказать. В детстве я до ужаса боялась и постоянно просила маму прогнать её, а теперь как-то привыкла. У неё были очень странные глаза. Как… как у человека! Так или иначе, я её ненавидела и хотела, чтобы она исчезла из моей жизни навсегда. Но она не исчезала… - Уже легла, золотко? Я сразу же забыла о глупой вороне с её странностями и улыбнулась. В комнату вошла мама. Какая же она у меня красивая, даже в обыкновенном домашнем халате и с тюрбаном из полотенца на мокрой голове! От неё шёл запах земляничного мыла и облепихового шампуня. - Расскажи сказку! – тут же попросила я. Мама придвинула к моей кровати стул. Это была наша традиция, и ничто было не в силах нарушить её. - Про что тебе рассказать? – ласково глядя на меня, поинтересовалась она. - Про птичек! - Ну хорошо, - на лице мамы появилось знакомое мне выражение. Выражение безграничной любви. Я натянула на себя одеяло и замерла в ожидании. – Жила-была птичка… Я украдкой хихикнула. Видели бы меня сейчас мои одноклассницы, и особенно эта задавака Алинка – самая популярная и модная девчонка в нашем классе! Сижу в кроватке и, как маленькая, слушаю мамины сказки. А что, спрашивается, в этом такого уж смешного? Да, мне уже почти тринадцать. В школе я – вполне взрослая и самостоятельная, но раз в день непременно наступает такое время, когда я вновь становлюсь пятилетним ребёнком. Как уже было сказано, это наша с мамой традиция, наша малюсенькая тайна, и в ближайшее время я её нарушать не планировала. - И было у этой птички четыре птенчика… - продолжала мама. Мои глаза прикрылись сами собой. Я живо вообразила эту картину: теплое гнёздышко, четыре крошечных создания и пернатая мамочка, держащая в клювике червячка. - Она обожала своих детишек больше жизни. Однажды один из птенчиков, самый маленький и самый слабый, упал из гнезда. - Ой! – вырвалось у меня. – Как же его угораздило? Мама печально улыбнулась. - Малыш раньше времени возомнил себя взрослым и вздумал полетать. С непослушными и своевольными детишками такое часто случается. - И… и что же? – мой голос против воли задрожал. – Он ведь остался жив?! - Остался, но его желание поскорее повзрослеть дорого ему обошлось, а его маме – и того дороже. Пока беспомощный птенчик лежал на земле, откуда ни возьмись появился голодный и прожорливый кот. Мама, конечно же, защищала птенца всеми силами, и в результате кот повредил ей крыло. - Она больше не смогла летать? – ужаснулась я. - Смогла, но очень медленно. Из-за любви к своим детям она осталась калекой на всю жизнь. У меня из глаз потекли слёзы. Конечно, это всего лишь история, выдуманная мамой. Не стоило воспринимать её так близко к сердцу. - А это правда, что птенцы, когда подрастают, покидают родное гнездо и уже больше никогда туда не возвращаются? - Правда. Когда они достигают определённого возраста, мамы сами выталкивают их из гнезда, приучая таким образом к самостоятельности, но до тех пор взрослые птицы заботятся о своих детях и делают всё ради их безопасности. - Значит… когда я вырасту, вы с папой выгоните меня? Мама рассмеялась и крепко обняла меня. - Глупышка! Ты всегда будешь с нами. Мой нос уткнулся в мамино плечо. - Даже когда я стану совсем-совсем взрослой? - А ты этого очень хочешь? – мама отстранилась, взяла меня за плечи и посмотрела в глаза. Лицо вдруг сделалось очень серьёзным. – Очень хочешь повзрослеть? - Ну конечно! – не подумав, воскликнула я. – Взрослые – как птицы. Они свободны и могут летать, где им вздумается. Мама погрустнела ещё больше. Я поняла, что словами причинила ей боль, и прижалась к ней. - Но от тебя я никогда не улечу, как тот непослушный птенец! Никогда-никогда! Мы всегда будем вместе! Повторяя эти слова снова и снова, я чувствовала, что мама улыбается. - Запомни, крошка: никогда не торопись повзрослеть, потому что… - Кар-кар! Этот отвратительный хриплый звук вклинился в нашу беседу самым бесцеремонным образом. Я отпрянула от мамы и увидела ворону. Она сидела на подоконнике. Моём подоконнике! Мама сильно вздрогнула. В следующий миг она вскочила и с треском захлопнула окно. Мерзкая птица исчезла в ночи. - Чего ей от меня нужно? – едва не плача, прокричала я. – Чего она хочет?! - Я не знаю… - прошептала мама. Взгляд, полный боли, был устремлён в сторону окна. И тогда у меня впервые появилось подозрение, что мама чего-то не договаривает. Она знает о вороне что-то такое, о чём не хочет мне говорить. - Мама! - Я действительно не знаю, доченька. Много лет тому назад эта ворона потеряла единственного детёныша и с тех пор оплакивает его, - мама взглянула на часы. – Что-то заболталась я с тобой, доченька! Пора спать. Она погасила свет. Я сердито насупила брови и попыталась поудобнее устроиться в кровати. - Сладких снов, малышка, - пожелала мама, прикрывая за собой дверь. В комнате стало темно. Сквозь неплотно задёрнутые шторы пробивался пока ещё слабый свет луны. Я улыбнулась. А ну её к черту, эту ворону! У меня – самая лучшая мама на свете. Что ещё нужно для счастья?