Сердца трёх

д) Владимир Мошкович Семья, где рос Владимир, была, нельзя сказать, чтобы плохой, но занятой, и ребёнок, на которого часто не находилось времени, фактически воспитывался и рос сам, благо он был самостоятельным и спокойным. С детства он отличался рассудительностью. Обо всём, что он видел или слышал, мальчик стремился поговорить. Его никто не понял. Детям было интереснее бегать по улицам и бить коленки, чем обсуждать, что бы то ни было. Он потянулся ко взрослым, но люди деревеньки, где он жил, желали слышать от четырёхлетнего мальчика детский лепет, а не совершенно взрослые рассуждения. К тому же у родителей вечно не было времени, а соседям нужны были сплетни и карты. Поэтому он замкнулся в себе. Игрушки его никогда не интересовали. Всегда он слонялся по дому или по улицам, бормоча что-то сам себе. Надо ли объяснять, что со стороны это смотрелось весьма странно? В шесть лет Владимир отправился в школу. Ему нашлось занятие, как только он научился читать. Это так поразило мальчика, что он впервые в жизни вышел из того спокойного образа, он, радостный, примчался домой, практически прокричал родителям о книгах, которых в доме никогда не видел и с надеждой спросил, не пора ли купить хотя бы несколько. Это предложение не произвело ни на кого впечатления, а отец и вовсе разнервничался и сказал: «У нас нет денег на такие развлечения, как книжки. Мы недавно купили телевизор, это не менее интересно — развлекайся». Но телевидение не очень интересовало Владимира. Тогда он отправился в библиотеку. Художественные произведения не впечатляли его, зато учебники и энциклопедии, причём вовсе не для первого класса, он не читал, а глотал, как волк. В конце концов на него обозлились даже учителя. «Это неприемлемо — говорили они родителям — ребёнок знает больше учителя. Ему не место в нашей школе. Для таких умников есть специальные заведения. Хотя бы «Центр наук» в Петербурге». На «Центре наук» всё и решилось. В одиннадцать лет Владимир уехал в Петербург. Как ни странно, то ли контингент был не тот, то ли стоящих людей среди молодёжи осталось мало, но единомышленников он там не отыскал. Да, казалось, ему этого и не нужно было, всё, интересовавшее его — была учёба. По окончанию обучения ему даже предлагали перейти в физико-химический научный комплекс. Это предложение Владимир принял с радостью, и тут же помчался домой, чтобы сообщить свою радость родителям, но те уже не узнали о его триумфе. Юноша вообще не застал их там. Соседи сообщили, что они погибли уже несколько месяцев назад, оставив при этом ребёнка. Сдавать брата в интернат ему совсем не хотелось, и он решил взять опеку на себя. Все мечты о научном комплексе пришлось забыть. Владимир с Женей на руках поехал в Москву в надежде обустроиться там. По дороге, остановившись на ночь в какой-то гостинице, он увидел страшную аварию. Машина взорвалась, три человека погибло, удалось вытащить только двухлетнего ребёнка, и то сильно покалеченного. На благо рядом оказался Владимир, который сумел оказать ему первую помощь. Если бы не он, «Скорая» не успела бы спасти ребёнка. Но всё равно он остался сиротой, к тому же не мог больше ходить и почти ничего не видел. Сначала маленького Яшу хотели отправить в детский дом, но с его беспомощностью нельзя было прожить и недели там, где живёт ещё тысяча детей. Однако дома для Яши не нашлось, оно и верно, кому охота опекать какого-то ребёнка-инвалида? Владимир решился взять его на себя. В Москве жизнь всё-таки сложилась. Втроём они поселились в старом особняке, Владимир пошёл работать в школу. Так и пролетело почти семнадцать лет. Женька к тому времени взбунтовался и сбежал из дому, Владимир и Яша остались вдвоём. Только в последние месяцы всё начало рушиться. Сразу после того, как его перевели работать в другую школу, никто не мог понять, что произошло, но что-то было не так. До этого он занимался с совсем детьми, и что они только не вытворяли, ничто не могло вывести его из себя. А здесь он стал вспыльчивым и раздражительным, возненавидел почти всех учеников, и, конечно, страшных сказок о нём пошло ещё больше. е) Женя Мошкович Да, Женька был совсем не то, на что рассчитывалось, но, по сути своей, это был обычный школьник, который по молодости творит неизвестно что, даже не думая, зачем. Таково большинство людей. В этом мальчишке не затихала энергия, веселье и находчивость, за что его любили окружающие. Вначале природная харизма и ангельские глаза смягчали все шалости, но Владимир и представить себе не мог, что он — настоящий сорванец. Сбегал с уроков, разбивал стёкла вместе с такими же малолетними балбесами. Никакие наказания на него не действовали. Учителя писали жалобы размером «Войны и мира». А Владимиру ещё и доставалось от директора. Подумать только, учитель, такой умный человек должен, безусловно, достойно воспитать ребёнка. Но что ж тут сделаешь, когда от природы в человека заложен маленький вредный чёртик, который никак не может успокоиться? ж) Яша Яша рос при Мошковиче. Первое время тот пытался заниматься его лечением: пытался выучить ходить, тренировал зрение, но из этого ничего не вышло, и это занятие пришлось оставить. Яша по натуре был тихим и спокойным ребёнком. На улицу он почти не выходил, но зато собственный дом знал как свои пять пальцев. Изучать там было что, а у Яши было много свободного времени. С раннего возраста он интересовался музыкой. Обучался он дома, свои любимые скрипку и флейту освоил самостоятельно, по книгам, и музыка стала его отрадой, его жизнью. з) Лёша Козлов Раньше Лёша жил в Твери. С вовсе не творческими и вообще не знающими ничего, кроме своего бухгалтерского дела, родителями у него были не лучшие отношения, ведь те надеялись на его рациональность и здравый смысл, а он выучил несколько аккордов на гитаре и увлёкся сочинительством. Правда, в этом деле ему не очень везло. Сколько он ни отправлял своё творчество на всякие конкурсы, сколько ни посылал видеозаписей и тетрадей с нотами во все студии, выбиться в люди ему никак не удавалось. Но это был человек, который так просто не сдастся, пока не добьётся того, чего хочет.