The Apprentice becoming Master

Завершался еще один день, проведенный в реабилитационном центре для душевно больных. После завершения очередной операции, Софии было поручено перебрать документы, касающиеся больных, которых прооперировали, и отправить бумаги с делом в архив. Ночная смена проходила без всяких проблем. Сидя за столом в довольно плохо освещенном пункте приема, где на деревянных полках тесно ютились папки с документами, София под настольной лампой составляла характеристику очередного пациента. Перед ней было застекленное окно в коридор, в данный момент пустовавший. По окончанию работы девушка аккуратно положила бумаги стопкой и отправила их в белую папку. Судя по надписи на белой обложке это было уже трехтысячное дело в архиве. Подойдя к одной из полок, девушка поставила папку перед недавними работами. — Уже закончила? София оглянулась на голос. У приоткрытой деревянной двери стоял Фред, которому каким-то образом удалось бесшумно открыть дверь. — Да, — коротко ответила София. — Ты есть хочешь? — Нет, сегодня у меня нет особого аппетита… — Знаешь, у меня тоже. Поговорим? София кратко кивнула. Прикрыв за собой дверь, Фред подвинул к столу еще один стул и сел перед лампой. — А ведь ты работаешь как самый настоящий профессионал, хоть и это твоя первая практика, — заметил хирург. — Правда? — София провела пальцем по переплетам документов, проходя у полки. — Я ведь почти ничего не сделала. — Это ты так думаешь. Ты планируешь строить карьеру в медицине? — Не думаю, что у меня будет так много времени, чтобы посвящать свою жизнь работе. Проходя мимо очередной полки, София заметила одно дело с довольно интересным номером и осторожно вытащила его. На белой обложке красовались три шестерки. Открыв дело, девушка замерла. — Фред, послушай, тебе приходилось проводить операции детям? — спросила она. — Да. Что-то интересует? — Одно дело, — подойдя ко столу, София положила старую папку на деревянную плоскость под свет лампы. — Вот это. Подвинув бумаги к себе, Фред сделался задумчивым. У ребенка, делу которого принадлежит отчет, было крайне мало информации, но было фото. Это был хмурый мальчишка с отрешенным взглядом и белой, как снег, кожей.

«Имя: — Фамилия: — Дата рождения: — Дата прибытия: 01.08.1988 Дата выписки: 25.12.1988 Попечитель: Куилш Вамми Врач: Фред Смит»

— Да, был любопытный случай, — задумчиво произнес Фред. — Никто не знал, кто он, хоть и лицо его было смутно знакомым. Когда он появился в этой больнице, на нем была довольно богатая одежда. Такую в то время было трудно достать, явно из состоятельной семьи… Вытащив бумаги, София начала просматривать историю болезни. Без сомнений, этим ребенком был ни кто иной как L. — Позволишь мне скопировать эти бумаги? — Если тебе это так необходимо, то можешь, — Фред пожал плечами. — Хоть это и запрещено. София догадывалась о том, что с прошлой жизнью L все не так уж ладно, но даже не могла представить, что представится настолько удачное стечение обстоятельств.

***

6 ноября. Проходя мимо ветхого здания под покровом ранней ночи, одетая в темную утепленную одежду, София начала оглядываться по сторонам. В этот день она смогла найти в Интернете довольно интересную информацию о пожаре, который спалил особняк известного ученого Адама Лоулайта, жившего практически на окраине города. Впоследствии этот инцидент вызвал множество споров в обществе о том, был ли этот пожар чьим-либо заговором или же несчастным случаем. Так или иначе физик и его семья были мертвы. Сам особняк был закрыт на реставрацию, но из-за слухов о том, что в здании видели призраков, дом остался нетронутым, а металлические решетки ворот — закрытыми на замок. Но запертые ворота не остановили Софию. Она была слишком любопытной, чтобы воздержаться от своей затеи. Вооруженная фонарем, ломом и рюкзаком, она смогла перелезть через забор, тем самым проникнув на закрытую территорию. Тонкий слой снега красовался то на местами прогоревшей крыше особняка, то на тротуаре. Подойдя к невысокой лестнице, София начала осторожно подниматься по каменным ступенькам, покрытым льдом. Так как дверь была заперта, потребовался лом, чтобы открыть ее. Раздался щелчок и скрежет, после которых двери особняка с грохотом распахнулись. Когда София включила фонарь, перед ней открылся вид на обгоревшие стены, обвалившиеся местами деревянные перилла у ведущей на второй этаж широкой лестницы и испорченная мебель. На некоторых участках лежал снег, некогда осыпавшийся с крыши. София продолжила свой путь по скрипучей лестнице. На втором этаже было разветвление в две стороны, образующие коридоры. Девушка решила первым делом осмотреть правый коридор. Шагая по дряхлому полу, София заметила красные пятна, которые, судя по всему, являлись запекшейся кровью. Неподалеку от пятен располагалась дверь, ведущая в одну из комнат. Открыв ее, София оказалась в довольно просторной комнате с высоким окном и большой кроватью, которая, судя по лежавшим металлическим прутьям, до пожара была зашторена. Было много обгоревшей древесины, казалось, будто в этом доме и вовсе ничего не осталось целым. Выйдя из комнаты, София отправилась дальше. Следующая комната оказалась бывшей библиотекой. Такой вывод девушка сделала на основе полок на всю стену и высоких потолков. Осмотрев все последующие комнаты, София решила пройтись по комнатам левого коридора. Пройдя в одну из последующих комнат, гостья увидела лишь заваленный досками кабинет. Доски эти были старыми и обугленными, что выглядело довольно опасно. Тем не менее София принялась убирать доски, расчищая путь. После того, как девушка убрала несколько толстых обломков, оставшихся от полки, перед ней оказался серый, металлический сейф. Вытянув его из-под пыли и опилок, София попыталась открыть, но ничего не вышло. Немного поразмыслив, она спрятала подозрительный чемоданчик в рюкзак, после чего покинула комнату.

***

По возвращению в дом родителей, где она ночевала, София первым делом достала из рюкзака тот самый сейф, найденный в выжженном дотла особняке. Пожалуй, это единственное, что осталось невредимым. Не помыв руки и не сняв грязную одежду, девушка прошла в зал, включила свет и положила старый чемодан на пол. Сейчас ее голова была забита лишь мыслями о том, что может храниться в плотно закрытом сейфе и о том, что она сможет поведать L, если ей удастся открыть замок. Через несколько минут усердных попыток взломать замок с помощью шпильки София, наконец, услышала щелчок. Массивная крышка со скрипом раскрылась, ударившись о плинтус. Все, что увидела София в этом сейфе — документы. Но это были не просто документы, это было именно то, что София и собиралась увидеть: свидетельства о рождении, удостоверения, справки и даже старые фотографии. Странно, что такие ценные бумаги все еще лежали нетронутым грузом под кучей щепок. Удостоверение личности Адама Лоулайта и его жены, свидетельства о рождении двух сыновей — Джека и Лекса. «Неужели… — пронеслось в голове Софии, — Я угадала? ..» Лекс Лоулайт был самым младшим ребенком в семье. Судя по фотографии, сделанной незадолго до пожара, он был окружен родительской заботой, как и его старший брат. На фото Джека держал Адам, а Лекс находился на руках Евы, в чистой рубашке подходящего размера. Было любопытным и то, что в семье этой все были крещены. Скорее всего, они были протестантами. Однако было не ясно, куда пропал крест с шеи Лекса, когда он стал именоваться как L. Если бы пожар не случился, и L был бы вовсе не L, то сейчас бы он наверняка был совершенно другим человеком. Неизвестно, как повернулась бы жизнь ребенка, если бы его родители были бы живы. Наверняка парень был бы куда счастливее, чем сейчас. В свидетельстве о рождении было написано черным по белому, что Лекс родился 31 октября, в канун Дня всех святых. Это был довольно интересный факт. Вытащив все документы, девушка переместила их в белую папку с копиями отчета, взятого из архива клиники, и упрятала в черный пакет. Когда вся ценная информация была сложена, София наконец смогла уйти в ванную и расслабиться. Почти вся работа позади, совсем скоро она окажется в Аризоне.