Гори все синим пламенем

**от автора** как и обещала... немного о днях в экспедиции :) День 1. Глубокой ночью… - Твою мать! Опять ты это сделал, - злой шепот… чмокающий звук поцелуя и тяжелый вздох. – Ладно, я тоже хорош, раз ведусь… Кто ж мог знать, что я гей… да еще и снизу… вот задница-то! Вновь поцелуй и негромкий смешок. - Да прекрати ты себя пилить, нашел причину! – Миха шептал негромко и довольно, продолжая прерывисто и невесомо целовать несопротивляющегося Славку. – Может, не гей, а би, если уж на то пошло, у тебя ж были девушки? - Как будто это должно меня сразу успокоить… - еще один вздох. – Проехали, чего уж теперь… Спать давай, а то сил уже никаких… Эээ, Кудинов! Я сказал – спа-ать, а не… - Слав, мне мало, - искренне и без тени сожаления. – Опять же, сам и виноват. Не надо было так долго меня мучить. - Да никто тебя не мучил, не прибедняйся! Харе уже, Мих, не смешно… ммм-аах… блин, куда руки?! – тихие стоны, перемежающиеся с яростным шепотом, приносили пока мало эффекта. – Прекрати, мне и раза хватило, уже опять все болит! Ммм, Кудинов, эгоист чертов! Хотя… ты ж меня никогда не слушаешь… ладно… - Ауч! – удивленно зашипел теперь уже Миша. – Ты че так больно кусаешься?! - А что еще делать, если ты только так меня и слышишь? И потом, пусть уж тогда не мне одному больно будет, - радостное хихиканье несколько обескураживало. - Ну ты и зараза, Слав… Я ж не виноват, что тебе больно… Не, ну точнее – виноват, но я ж не специально! Я и так аккуратно старался, даже смазку использовал! - То, что ты ее привез, особенно настораживает, - задумчиво пробормотал Белов. – То есть, ты и ехал сюда с намерением меня трахать, извращенец хренов?! Жесть, куда мир катится и ты вместе с ним? - Но… - А аккуратно – не аккуратно, толку мало, чудило. Моя задница на это не рассчитана, неужели не понятно? А не веришь – давай я тебе наглядно покажу, хочешь? – шепот перерос в несколько угрожающий. - Эээ, учитывая твой настрой, лучше не сейчас. Что-то мне подсказывает, что сей радостный момент лучше перенести на потом, - Миха улыбнулся, хоть в темноте и было не видно, и, рискуя жизнью, тем не менее, снова полез обниматься. - Ну да, конечно, еще б ты добровольно на такое согласился… Ааах… Бля, ты опять? Эй, не смей держать мне руки! Кудинов, животное, ну сколько можно?.. Ммм… блин… хоть не наваливайся так… День 2. Утро. Утром Славка принципиально не желал будиться, мычал и отворачивался на попытки его растормошить. Не помогал даже намек на скорый завтрак. После того, как его в очередной раз потрясли, Белов психанул: - Да дашь ты мне хоть утром поспать, скотина?! И тут же повалился обратно, даже глаз не разлепил! Кудинов справедливо рассудил, что на рожон лучше не лезть, и тихонько отвалил, как и просили. Выполз из палатки, окунулся в воду и как раз успел к завтраку. Уплетал за обе щеки макароны, даже не думая удивляться – почему утром именно они. Уж больно аппетит разгулялся, со всеми своими любовными и прочими похождениями он даже не помнил, когда последний раз ел. Судя по синхронному молчанию, остальным тоже было не шибко важно, что лопать. Выгреб остатки еды и, довольно жмурясь, задрал голову, подставляя лицо утреннему ветерку. Потом спохватился и вспомнил про спящего в палатке Славку. «Он же тоже голодный!» - услужливо подсказала вконец проснувшаяся совесть. Когда Миша сунулся в палатку с полной тарелкой еще горячих макарон, Белов соизволил-таки открыть один глаз, покосился на тарелку и хмыкнул. - Вау, а вот и завтрак в постель! Ну, еще бы, я ж все-таки заслужил. Ты только одну вещь забыл… - Какую? – на автомате спросил Миха, все внимание которого в данный момент было приковано к обнаженному торсу Серенького, показавшемуся из-под спальника, когда тот потянулся за едой. Славка заметил направление взгляда, замер на какое-то время, но не выдержал и все-таки усмехнулся. - Как это – какую? Завтрак – это, конечно, зашибись. А где мой романтичный букет розовых розочек? – улыбнулся беззлобно и начал уплетать за обе щеки, изредка задорно поглядывая на впавшего во внеочередной ступор брюнета. - Ну, ты… блин… - выдать что-то более внятное Михаил уже не успел, так как их окликнули снаружи. - Михаил! Святослав! Господа, не соблаговолите ли встать и вылезти из палатки? А то время уже одиннадцать, и мы все нижайше собрались поработать, если вы не возражаете, конечно… - Степаныч с утра был ну просто само остроумие. - Да, сейчас… Я доем только, - поспешно ответил Славка, инстинктивно пытаясь прикрыться спальником. – Ну, и помоюсь. Но я быстро, не переживайте… кхе-кхе-кхммм?! Последние невнятные звуки были вызваны тем, что бессовестный Кудинов в это время наклонился к его по-прежнему обнаженной груди, лизнул и слегка прикусил сосок. Вроде нехитрая ласка, но от неожиданности Белов поперхнулся и зло уставился на брюнета. - Ладно, постарайся побыстрее, - беззлобно проворчали снаружи, уходя от их палатки. - Сцука, - припечатал Славка, глядя на довольную лыбу Михи и, как ни странно, продолжая дожевывать. - Да неужели? – притворно удивился тот. После чего подвинулся и прикусил второй сосок, на этот раз уже посильнее, вырвав у Белова негромкий стон. – Вот тебе! Чтобы уж не зря обзывался. Удерживая одной рукой тарелку, второй Славка несильно прихватил его за волосы и заставил подняться вверх. - Успокойся, полудурок, - ласково пробормотал ему с полным ртом. – Нам вылезать надо, не забыл еще? - Да, помню, - вздохнул Кудинов. – А что я могу сделать, если тебя хочу? - Кха-кха-кха, - Славка закашлялся уже второй раз за утро. – Хотя б не ори об этом, потише, блин! И как ты вообще можешь это говорить парню? - Сам не знаю… Как-то вот могу, - улыбнулся Миша. Помедлил… и навалился на Серенького, уронив того обратно на пол. – Хочу тебя… - и лизнул беззащитную шею, потерся и слегка поелозил, довольно подмечая, что Белов задышал чаще. - А я вот пить хочу, - упрямо выдохнул Слава, прикусывая губу. – Извращенец ненасытный… аккуратнее… тарелка… - А она уже все равно пустая, - хитро промурлыкал брюнет и потянулся за поцелуем. Белов ответил, на какое-то время позволив себе выпасть из реальности. Потом отстранился, внимательно глянул в мутные карие глаза. Сжал неожиданно руку в кулак и резко поднес ее к лицу Кудинова, остановив в последний момент… усмехнулся. - За все, что ты ночью сделал, следовало б все-таки вмазать! – притворный вздох. – Но почему-то не могу, жаль тебя, идиота! - Дело не в жалости, просто тебе тоже понравилось, - ответно ухмыльнулся Миха. Помедлил, но в итоге с неохотой начал сползать со Славки. Не стоило совсем уж наглеть в самом начале экспедиции и выводить Степаныча из терпения. Не удержался и добавил напоследок. – Признай это… - Облезни, - тут же среагировало его чудо, уже почти совсем придя в чувство. – И выметайся. Мне одеться надо… и даже не смей мечтать, что я это буду делать при тебе! - Почемууу? – против воли вышло несколько обиженно. - Да потому что у тебя силы воли ваааще нет! Ты ж не сдержишься, - Славка поднял руку, затыкая ответный праведный вопль. – И даже не спорь, потому что это правда. Так что, вали, отвлеки Степаныча, пока я себя в порядок приведу. … Через несколько часов все уже изрядно устали, вдоволь наползавшись вдоль берега с лопаточками и кисточками в руках. Объявили обед, и все радостно ломанулись к костру. Белов притулился на кусочке бревна. Жрать хотелось дико, поэтому первые несколько ложек он вообще ничего не видел и не слышал. Затем, когда мозги хоть чуточку заработали, впереди в трех шагах от себя он с удивлением обнаружил Ефремову. - О, Карин… ты тоже приехала? Привет, - промямлил, отмечая для себя, что больше как-то и сказать ей нечего. - Хм… ну да, - слегка ошалело ответила ему девушка. – Только что тебя удивляет? Мы же вчера с тобой разговаривали уже… Неужели не помнишь? - Ээ? Когда?! - Вечером, после того, как ты за водой сходил. Хм, я еще тогда заметила, что ты какой-то странный и не в себе, но не думала, что все настолько запущено. Что с тобой, Славик? - Если бы я знал… - задумчиво проговорил Белов. «Вечером, когда воду принес… это ж после того, как Миха меня там повалил и… пипец, я ее реально не помню… почему, бля?!» - ответ напрашивался только один, но такой, что страшно становилось и даже додумывать его не хотелось! За всеми этими мыслями Славка настолько ушел в себя, что не замечал уже ни удивленных взглядов Ефремовой, так и не дождавшейся от него хоть чего-то вразумительного, ни того, что она пару раз пыталась его окликнуть. - Слав, блин! – Карине пришлось повторить громче. – Где ты витаешь? - Не знаю… - посмотрел в пустую тарелку. – А, я доел… Ну, пока, потом поговорим, ок? - Как? – против воли вырвалось у Ефремовой, привыкшей к несколько другой реакции на нее парней в целом и Белова в частности. – Ты больше ничего сказать не хочешь? Эээ?.. – последние слова неслись уже в сторону удаляющейся спины парня, и не факт, что он вообще их слышал… День 2. Ночь. - Ннн… ммм-аххх… почему… хаа-ахх… так хорошооо? - Может, потому что я стараюсь? – отвлекся ненадолго Кудинов от своего занятия. Именно, что ненадолго, потому что Славка сграбастал его за волосы и твердо притянул обратно к своему паху, ненавязчиво так намекая продолжать. – Кхм… ты сегодня поразительно немногословен, Белов. - Помолчи, хватит с тебя и того, что ты слушаешь мои стонныы… ммм… - парень опять не вытерпел, почувствовав, как головку обхватывают влажные губы. Миша не стал больше прерываться и вобрал глубже, одновременно помогая себе рукой. Славка заметался и закусил губу, чтобы не закричать. Его ладонь сильнее надавила на Михин затылок, удерживая, не давая отстраниться. Брюнет не сопротивлялся, свободной рукой гладя живот Серенького и продолжая насаживаться ртом… быстрее… глубже… и вот уже по Славкиному телу проходит волна мелкой дрожи… он сильнее сжимает пальцы, выгибается, заставляя вобрать еще глубже и кончает, не сдержав все-таки негромкие стоны. Михаил проглотил терпкую на вкус сперму, как ни странно, не испытывая по этому поводу никакого негатива. Наоборот, это только сильнее заводило, наравне с хриплым дыханием лежащего под ним Белова. Кудинов сглотнул, пытаясь не поддаться возбуждению с головой. Сам же дал себе слово с утра, что сегодня ночью позволит Серенькому отдохнуть от чересчур активных упражнений… приходится терпеть. Перевел дыхание и переместился в сторону, укладываясь справа от Славки. Обнял того за голову, прижимая к себе, положил руку на все еще рвано дышащую грудь. Парень не сопротивлялся и был податлив, расслаблен, пребывая пока в легкой прострации. Прошла пара минут… Михаил ласково ерошил волосы Белова – этот жест уже прочно вошел в число любимых привычек. Наконец, Славка завозился и довольно простонал. - Что это было вообще? С чего такая щедрость? – удивленно вопросил Белов и благодарно погладил Михино плечо. – Оу, поверить не могу, что это спрашиваю, но почему остановился? Я-то не против, но у тебя ж стояк! - Когда ты утром сказал, что тебе опять больно, я подумал, что надо сегодня воздержаться от непосредственно секса, - со вздохом проговорил Кудинов. – Но, блин, да, теперь у меня стояк… надо что-то с этим делать… Слааав? - А что я? Могу подрочить, что еще-то? – недоумевал Белов. - А можешь… также, как я тебе?.. - Также, как ты мне… Чего?! – Славка аж задохнулся. – Ну, уж нет! Прости, но я не могу. Я не такой извращенец, как ты! - Хм, значит, получать удовольствие от минета ты можешь, а вот сам сделать – хрена? Ты эгоист, Белов! - Кто бы говорил! И потом – я тебя не заставлял! Ты сам захотел и даже вырваться не дал! Так что, не прикидывайся! - Тогда что? Блин, не хочу я просто рукой… этого мало… - не удержавшись, Михаил потерся о бок Славки, невольно задевая головкой. От этого поплохело еще сильнее, на глаза как пелена опустилась. Мало что соображая, Кудинов крепче обнял Белова и потерся снова, простонав сквозь сжатые зубы. – Серенький… не могу… хочу… - Бля, вот что с тобой делать? – недовольно пробормотал Славка. Приподнялся и слегка коснулся губ. – Валяй уже… - Валять что? – от перевозбуждения соображалка работала уже не очень. Белов негромко ругнулся. - Я что – еще и вслух должен это озвучивать?! Хрен тебе, обойдешься! Допетри как-нибудь остатками мозгов! – и перекатился на спину, увлекая Кудинова на себя. - Эээ? Да быть не может, чтобы ты сам… - Заткнись… День 3. Утро. Когда Кудинов проснулся, обнаружил рядом с собой Белова, который сидел, подтянув колени к подбородку и обхватив ноги руками. Одеться он при этом не удосужился, что с утра подействовало на брюнета, как красная тряпка – на быка. Ощутив, что на все сто готов к труду и обороне, Михаил негромко вздохнул, мысленно сказав себе пару ласковых. Как ни странно, Славка никак не прореагировал, даже головы не повернул. Сидел, продолжая смотреть в одну точку и, похоже, просто глубоко задумавшись. Миша не удержался и погладил Серенького по спине. Тот слегка прогнулся, поддаваясь ласке, и удивленно обернулся. - Доброе… - и мягкая рассеянная улыбка, от которой у Кудинова, уже внутренне готового к любым воплям, ударам и прочим неожиданностям, аж дыхание перехватило. - Давно не спишь? И чего ты так сел? - Не, только проснулся… Я это… думал… - О чем, если не секрет? – улыбнулся брюнет. - О чем я еще в такую рань могу думать? Уж явно не о глобальном потеплении… - усмехнулся Славка. – О нас… как мы вообще умудрились… до всего этого дойти? - Я, наоборот, на этом не зацикливаюсь. Главное – то, что есть сейчас. И какая разница – почему? – рассудительно заметил Миша. – И вообще, ты как? - Философ тут нашелся, - поморщился Белов. Помолчал и добавил. – Как ни странно, терпимо. Лучше, чем в прошлые разы, что говорит о том, что я, бля, и правда, привыкаю! Твою мать! Я привыкаю! К чему?! - Так ты об этом думал? - Об этом я вообще предпочитаю не думать! И тебе не советую напоминать! Михаил привстал и просто обнял Славку за плечи, прижимаясь к его спине. - Я все понимаю… Слушай, давай сегодня ночью просто поспим? Ляжем спать и все… - Я только ЗА. Так ты ж опять не вытерпишь, - засмеялся Белов. - Ты за какое животное меня принимаешь?! Вытерплю! – обиделся Михаил. - Ха, посмотрим, - и Славка потерся о него волосами, от чего брюнет сразу же забыл про все обиды… «Да уж, волосы Серенького – это определенно мой фетиш, - усмехнулся Кудинов. – Что ж, еще не самый страшный вариант…» День 3. Ночь. Обещание свое Михаил сдержал… точнее, почти сдержал. Они действительно просто легли спать. Вот только, проснувшись с утренним стояком, Кудинов решил все-таки не мучиться и полез с поцелуями, пытаясь разбудить. Открыв глаза, Славка довольно быстро просек ситуацию и взглянул на Кудинова донельзя ироничным взглядом. - Не говори ничего, - попросил брюнет. – И так паршиво. В свое оправдание могу сказать, что ночь почти закончилась. - Почти не считается, - улыбнулся Белов. – Еще только очень-очень ранее утро. - Ну, и хрен с ним, - терпение Михаила было уже на нуле. Обхватив Серенького за бедра, он рывком потянул его ближе к себе… - Ай! – негромкий вопль был неожиданным, поскольку Кудинов еще ничего и не сделал. – Это че?! - Где? - Под спиной у меня! Мне что-то в позвоночник впивается! А ну, сползи с меня, я тебе не йог! – перевернувшись, Славка внимательно уставился на пол. – А… всего лишь окаменевшие ракушки… откуда только они посреди палатки? - Ну, они в пакете были. Наверное, мы задели нечаянно. Надо собрать. Парни принялись сгребать кусочки доисторических древностей обратно в пакет. Почти закончили, вот только кусочки перламутра ** собрать не представлялось возможным, поскольку они превратились в мелкую крошку. - Куда столько перламутра натащил? – недовольно спросил Белов. – Трахайся теперь с ним тут… - Грубый ты какой! – усмехнулся Михаил. Потом вдруг глаза его озорно сверкнули, и он погладил Славку по щеке. – А что такого? Может, я тебе принес? Настоящий перламутр для настоящей «принцессы»… - Бля! – мгновенно среагировал Белов, попутно слегка краснея. – Ты сдурел так шутить?! Это мне в благодарность за все? Прибью! Замучаюсь, но прибью! - Да остынь! Не видишь, что я прикалываюсь? – заржал Кудинов. – Нравится мне реакция твоя на подстебы… - Скотина… День 4. Вечер. Кудинов пил пиво и задумчиво пялился в костер. Если б кто узнал, о чем он думает… Шок был бы сильным. Думал брюнет, конечно, о Славке, а точнее, о том, каково это – быть снизу? Белов постоянно напоминает, что и неприятно, и больно потом… но с каким жаром он при этом отдается! Что он чувствует при этом? Неужели ощущения настолько сильны, что заставляют забыть обо всем? Не то, чтобы Михаил прям так желал немедленно попробовать, но ведь реально интересно… У парня заканчивалась уже четвертая бутылка, вероятно, это и было главной причиной такого странного течения мыслей. Подошел Слава, присел рядом и поставил на землю две полные бутылки. Повернул голову и глянул на застывшего Кудинова. - Я смотрю, теперь твоя очередь подвисать? И чем же наши мысли заняты? – поддел он брюнета. - Не скажу пока… ик… я сам еще… ик… не уверен… - О-о-о, ты когда успел так догнаться? Тебя прям на час нельзя без внимания оставить, - усмехнулся Славка. - Вот и не оставлял бы, ик… - Мда, пошли уж спать. Толку от тебя, как от цыпленка табака… Поднимайся! Михаил привстал и неожиданно покачнулся. Белов вздохнул. - Вот за что мне это счастье? – и подставил Михе плечо. Собирая все окрестные ямы и ветки, с горем пополам они в итоге добрались до палатки. Забрались внутрь. В самой палатке было прохладно. Кудинов лег, чувствуя, что сознание немного прояснилось. Сразу же вспомнились все последние мысли. Попытки списать их на пьяный бред и отбросить успеха не принесли. Михаил покумекал еще какое-то время и решился… - Слав? - М? Спи уже давай, утром поговорим. - Нет, я сейчас хочу… Я спросить хотел… А утром… я, скорей всего, уже не решусь. - Ого! И что ж такое мы хотели узнать? – Славка аж заинтересовался. - Что ты чувствуешь, когда я тебя… ну… когда ты снизу? Интерес Белова после этого вопроса мгновенно перешел в офигевание. - Ну, ты даешь! Всего мог ожидать, но такого… Ну и мыслишки к тебе по пьяни приходят, - парень засмеялся, потом неожиданно посерьезнел. – Хорош прикалываться! Спрашиваешь так, как будто хочешь попробовать сам. - Может, и хочу… - Кудинов неожиданно подался вперед и прижался ладонью к паху Белова. – Не зря говорю, что утром уже не решусь… а вот сейчас хочу… сделаешь? - Нет, - твердо ответил Славка после секундного раздумья. - Какого? Ты ж сам мне вопил сколько раз, что твоя мечта – заставить меня почувствовать то же самое! Так в чем проблема? Я тебе даже сам предлагаю… - нетрезвый брюнет закусил удила. - Дело не в этом. Естественно, я б не отказался показать тебе все прелести сего процесса, - ехидно начал Белов. – Но! Во-первых, я хочу, чтобы при этом ты был трезв, как стеклышко. И, во-вторых, это явно надо делать не тут. А в нормальных условиях и со смазкой. Уяснил? - Эй, но я ж тебя и в первый раз в палатке… - То, что это сделал ты, не означает, что это правильно. У меня нет желания делать тебе плохо. Я, наверное, дебил, но не собираюсь приносить тебе все те замечательные ощущения, что подарили мне наши первые разы. - Слав… - Михаил был потрясен настолько, что даже начал трезветь. – Ты… - Вот только не надо на меня молиться, успеешь еще, - вздохнул Белов. Помедлил и, как и в прошлый раз, сам потянул на себя брюнета… День 5. Ночь перед отъездом. Краткая зарисовка. - Слав? А ведь белемнит по форме похож на член... только диаметр поменьше... и гладкий такой... не хочешь попробовать? - Попробовать что? Совсем рехнулся? - прошипел охреневший Белов. – Даже не думай… и вообще, отползи от меня метра на два, раз ты в неадеквате. Эээ, кому говорю-то? Только посмей… **Порой на окаменелостях бывает покрытие, действительно похожее на перламутр, радужное и цветное. Не спрашивайте меня о причинах его появления – я не палеонтолог)) Перламутр этот хрупкий и легко сдирается.