Гори все синим пламенем

За окном электрички мелькал типичный межгородской пейзаж центральной полосы: деревья, поля, редкие домики и снова деревья-деревья… Слава задумчиво смотрел на проносящееся море зелени, чувствуя себя крайне счастливым. Он любил дорогу, не важно – какую, не важно – куда. Любил природу и ставшие уже привычными ночевки в лесу. Неудивительно – стал бы он иначе туризмом заниматься и ходить в турклуб при универе. Треть вагона, занятая его одноклубниками, радостно гудела. Только недавно у народа закончилась сессия, и это был их первый долгожданный выезд за почти два месяца. Все пребывали в легкой эйфории и предвкушении беззаботного отдыха на озерах в течение нескольких дней. Кругом слышался смех, на соседнем сиденье Кира бренчал на гитаре одну из главных песен всея туризма – «Что такое осень? Это небо…».(**) И пофигу, что начало июля на дворе. Славка купался в этой атмосфере, попросту – кайф ловил. Он мог так ехать вечно, наверное. Дорога – это движение, перемены, ожидание чего-то нового и бесконечно хорошего, дорога – это жизнь. Кроме того, радовала даже просто возможность слинять из дома на это время. Нет, с родителями у него все нормально было, просто их забота порой выходила за рамки того, что можно вытерпеть без появления желания убиться об стену. Все никак не осознают, что сын уже вырос и школу закончил. Парень задумчиво повертел в пальцах длинную черную прядь. Даа, родители... При всей своей любви к ним, за некоторые вещи он ну никак не может им спасибо сказать. Взять хотя бы его дражайшее «ФИО». Святослав Романович Белов… е-мое, это надо было умудриться, конечно. Даже к двадцати годам он так до конца еще и не привык. За имя и отчество, обладающие явным, невооруженным глазом видимым, намеком на некую «царственность», его всю начальную и среднюю школу обзывали «прынцем». Если додумывались объединить с фамилией – «Белоснежкой». Те, кто обращали внимание на фамилию и истинно блондинистый от природы цвет волос, величали просто «Белкой». В общем, благодаря родителям и наследственности проблем с придумыванием ему прозвищ у одноклассников не возникало. Смириться с этим парень не мог, потому приобрел язвительный характер и привычку «давать на орехи» в случае чего. Слава довольно усмехнулся. Да, заработав своим поведением образ чуть ли не хулигана, своего он все же добился. Обзывать почти перестали, теперь это позволялось лишь лучшим друзьям, остальным же – лишь в крайнем случае. Дольше всех продержалась «белка», но и тут он придумал, как быть. Отрастил немного волосы и через двоюродную сестру стал красить их в пепельный, почти седой, цвет, добавив у висков по две черные пряди. От его нового вида поначалу выпало в осадок полшколы вкупе с родителями. Но последние его слишком любили, а у остальных не было выбора. Девчонки, те и вовсе почти визжали от восторга. К старшим классам все благополучно устаканилось, правда, язвительность никуда уже не делась, но это и к лучшему. Полное свое имя он тоже не любил, так что всем пришлось называть его «Славой». В университете, конечно, все было иначе. Никто и не думал доматываться к нему с его именем или прозвищами. Но менять образ Славка уже не стал – уж больно к нему привык, к тому же, он на самом деле добавлял ему привлекательности в женских глазах. Тут Белов вздохнул. Привлекательность привлекательностью, но угораздило ж его «запасть» на главную красу группы. Карина была девушкой, избалованной мужским вниманием, а потому не очень его ценила. Не отталкивая Славку с его ухаживаниями, она тем не менее не много ему и позволяла, да еще и подкалывала постоянно. Парень терпел, хотя бесило его это все изрядно. Он и в турклуб то сначала за Ефремовой поперся, чтобы чаще ее видеть. Это потом уже на самом деле любовь к туризму «накрыла». Покосился вправо. Карина сидела почти рядом, смеялась с подружками, подпевала Кире. Красивая и такая чужая до сих пор… Но совсем уж долго грустить Слава не умел. Объявили их станцию, и вся компания стала шумно и с грохотом выдвигаться к выходу, вызвав у остальных пассажиров облегченный выдох. На перроне было людно. Из многих вагонов вываливались такие же, как они, поклонники отдыха на природе, безошибочно узнаваемые по одежде, гитарам и рюкзакам. Ну да, озера – место популярное, сюда в любой выходной едут. И парня опять завлекла эта атмосфера некой общности и всеобщего увлечения, объединявшая и делавшая его родным с любым из стоящих рядом людей. Перед тем, как выдвигаться, зашли в местный магазин. Прикупили по мелочи еды (все равно все основные запасы каждый нес с собой из дома) и взяли ящик пива – надо же окончание учебного года как следует отметить. Маршрут до места Белов помнил уже наизусть. Сначала вдоль станции, затем в лес, мимо карьеров и, наконец, через молодой ельник по песчаной дороге – красоты вокруг неимоверные. Весь путь примерно час нормальным шагом, даже толком не устанешь. Пока шли, обсуждали что-то беззаботно, смеялись. Под конец Славка почти погрузился в знакомое состояние «нирваны», отбросив все свои проблемы куда подальше в оставшийся позади лес. Озера. Для отдыха эта местность, и правда, подходила как нельзя лучше. Небольшие, с чистой водой, а вокруг сосновые леса. Ни жары тебе, ни полчищ комаров, которые в основном лиственные леса любят. Про запах вообще речи не идет – от него одного можно в обморок хлопнуться. Следующие несколько часов пролетели незаметно. Пока устраивались, назначали дежурных, ставили палатки, собирали дрова, разжигали костер и готовили ужин – начало смеркаться. Потихоньку все собрались вокруг костра, обнимая тарелки с неизменной гречей с тушенкой. Вот удивительно – дома такую еду под пистолетом в себя бы не впихнул, а на природе, да с усталости и голодухи – блюдо казалось вкусным неимоверно, как и всегда. И вот, наконец, один из самых прекрасных моментов. С едой покончили, Кирилл взял гитару, принесли и открыли пиво (некоторые «любители» - и чего покрепче). Темень опустилась окончательно, поглотив все пространство вокруг костра. Кира играл, народ подпевал, кто как умеет. Белов начал искать глазами Карину. Вообще, он очень надеялся на эту поездку. Рассчитывал, что на природе и при относительном отсутствии конкуренции девушка станет, наконец-то, более сговорчивой. Она обнаружилась чуть в стороне в окружении неизменных подружек. Подошел, присел сзади, начал слегка разминать плечи. Карина повернула голову: - Ой, Слав, приятно-то как, - и потерлась о его руку. (*Спокойно, яой это, яой, недолго потерпеть осталось, хех*) Славка разомлел и провел пальцем по ее щеке, девушка сразу вздрогнула. – Ну, ладно, побалдели и хватит, отпусти. - Карин, может, тебе нужно что-нибудь? – с остатками надежды вопросил Белов. - Нет-нет, спасибо, - почти отмахнулась Ефремова. Парню ничего не оставалось, кроме как отойти от нее. Взял пиво, вернулся на свое место. От легкой злости влил в себя сразу почти полбутылки. Решил не психовать пока и переключился на пение под гитару. Может, ей время нужно, чтобы расслабиться, в конце концов? Примерно через полчаса Слава попробовал подкатить снова, и опять был отправлен восвояси. Потом еще раз, и еще… «Да что ж такое-то? Ничего вообще не изменилось, все такое же безразличие. Я ей нужен или нет? Если нет – почему прямо не скажет??» - мысли накатывали одна на другую, настроение потихоньку падало, уже до лампочки была общая благодушная атмосфера вокруг. Так прошло часа два. Компания понемногу начала редеть. Кто-то ушел на соседние костры – знакомиться, кто-то – спать, несколько самых стойких – купаться на сон грядущий. Карина с девушками были в числе первых, утопали искать себе парней в других стоянках. «Ну да, своих-то маловато…» - Славик сидел совсем грустный. У костра остались только самые преданные фанаты гитарного пения. На Белова внимания никто не обращал: ну сидит себе человек, и ладно, может, он вообще релаксирует. - Слав? Компанию не составишь? – неожиданно окрикнули его. Пригляделся – звал Миха, парень с параллельной группы в универе. - Кудинов, не поздновато ли для компании? Спать уж скоро… - Белов, что-то вы совсем раскисли, - в тон ему парировал Михаил. – Ну, ничего, у меня есть универсальное средство для поднятия настроения, - и помахал перед носом небольшой бутылкой, о чудо, коньяка. - С каких это пор мы такие богатые? И чем я такое счастье заслужил? – подозрительно спросил Слава. - Ты мне сейчас собрат по несчастью, поэтому поднимай свою пятую точку и дуй ко мне в палатку, пока остальные не увидели это сокровище. Будем горе топить в стакане, - усмехнулся тот. Белов вспомнил, что Миша последнее время неровно косился на Аню, а девушка была как раз в числе тех, кто вместе с Каринкой ушел к другому костру. Понятливо усмехнулся в ответ, поднялся и поплелся вслед за Кудиновым. В палатке было темновато, но Миха зажег небольшой фонарик, и стало вполне терпимо. Достал неизвестно откуда копченую рыбу и пластиковые стаканчики, плеснул в каждый немного коньяка, протянул один. - Держи, я, правда, для Аньки это притащил, но, сам видишь, не судьба. Упорхнули наши бабочки на другую лампочку, - Кудинов беззлобно улыбнулся. - Нашел повод для веселья, тоже мне, - буркнул Белов. - Нет, ну не вешаться ж теперь, - в свою очередь удивился Михаил. – Так что, будем, - и чокнулся с ним стаканами. Выпили. Сразу как-то полегчало на душе. Поначалу сидели и почти молчали, перебрасываясь короткими фразами. Не то, что говорить не хотелось, просто каждый думал о своем. Выпили еще, после чего Миха, приоткрыв полог палатки, курил, одновременно умудряясь комментировать красоты звездного неба. На этом фоне оба расслабились, и разговор потек более активно. Продолжая потихоньку выпивать, обсудили и небо со звездами, и прошедшую сессию, и даже глобальное потепление. Короче, парни постепенно пьянели, что неудивительно, при такой то закуске и общей усталости. Наконец, речь дошла и до девчонок. - Мих? Ну, вот чего они с нами так, а? – почти жалобно протянул Славка. - Да кто ж их разберет, что у них на уме. Забей ты уже. Но Белов не мог угомониться. Его понесло. В следующие пять минут бедному Кудинову пришлось выслушать все, что накипело на исстрадавшейся Славкиной душеньке. И про женское коварство и черствость, и про нечестное поведение, и про его чистые незамутненные чувства – парень вещал без остановки. Миша молчал и не перебивал, благоразумно считая, что несущийся локомотив проще переждать, чем остановить. Наконец, Слава успокоился. Последние фразы он говорил, уже лежа, да и голос его был все тише и тише. - Ты прав, Мих. Я решил, что надо с ней завязывать. Да вообще, с женщинами надо завязывать, лучше один буду… - пробормотал и замолк. - Неужели заснул? Кто бы мог подумать, что Белов настолько пить не умеет, - удивился Кудинов вслух. Затем, прокрутив мысленно последние сказанные Славкой слова, в очередной раз усмехнулся. – «Интересно, он завтра это хоть будет помнить? Если нет – обязательно напомню. Хочу на его физиономию посмотреть при этом». Сам Миша уже тоже порядком захмелел и устал. Поэтому, прикрыв Славу спальником, лег рядом, накрывшись еще одним, и почти мгновенно уснул.(***) ---------------------------- Белову снился шикарный сон. В его фантазиях Каринка, наконец, осознала, какой он красивый и замечательный, и сама полезла в его объятия. Славка ломаться не стал и обнял ее в ответ, правда, почему-то со спины... Боже, какое восхитительное чувство. И это тело, теплое и такое желанное, которое он теперь может ласкать, целовать нежную шею, ключицу, проводить руками по плечам и груди… Хм, а грудь до этого визуально казалась больше, чем на ощупь, ну да ладно, он не такой уж поклонник пышных форм. Рука погладила талию, сжала, провела по ягодицам, скользнула на живот, ниже… и наткнулась на какой-то непонятный бугорок… - Чтоооооо??? – Слава аж подскочил, весь сон как рукой сняло. В предрассветном полумраке он отчетливо разглядел рядом голову с темными короткими волосами. Миха… логично, кто ж еще тут может быть, если он заснул в его палатке. «Я что, сейчас обнимал и ласкал парня??? И даже трогал его... » - Белов аж за голову схватился. Нет, об этом лучше не думать. Это все во сне было, а Кудинов просто рядом подвернулся. Счастье еще, что не проснулся, и о своем позоре знает только сам Славка. Продолжая так себя утешать, парень снова лег. Отодвинулся как можно дальше от Михи, чуть ли не в стенку палатки вжался. Сон, как ни странно, сморил довольно быстро… ---------------------------- Когда Белов очнулся утром, в палатке уже никого не было. Вспомнил ночные события, простонал. Но тут же взял себя в руки – ничего ж страшного не случилось, никто не знает, а он никому не расскажет. Зато хоть от переживаний своих отвлекся, хорошо так отвлекся, причем. После такого сна, а главное, его последствий, парня слегка лихорадило, и думать о Карине не хотелось совсем. Успокоив себя, насколько это возможно, выполз из палатки. Погода была прекрасная, как и вчера, какая-то добрая душа уже приготовила завтрак. В общем, жизнь налаживалась. Следующие несколько часов пролетели быстро. Славка с народом успел помочь разобрать стоянку после завтрака, искупаться, познакомиться с соседями. Теперь же сидел на берегу и релаксировал, глядя на воду, приводя в порядок пока еще бегающие мысли. - Слав? – знакомый голос, и тело невольно вздрагивает. «Да, расслабься ты, блин, он же не знает ничего, не дергайся!!». - Как самочувствие? Похмелье не мучает? - Да нет, вроде, - как можно спокойнее ответил Белов, смотря, как Миха подходит и садится рядом. - Ну и вырубился ты вчера, аж смешно. Прямо на середине фразы, - улыбнулся Кудинов открыто и беззлобно, вызвав невольно такую же улыбку в ответ. – Я вот только спросить хотел одну вещь… - и замолчал. - Ну? – поторопил его Славка. - Все утро думал, надо или не надо. Решил, что надо, - путано начал Миша. – В общем, как говорится, стесняюсь спросить, но все же спрошу… Какого ты меня лапал сегодня в палатке? *Комментарии автора* ** ДДТ «Что такое осень?» *** Спальник – это такое туристическое а-ля «одеяло» с молнией, теплое очень, на синтепоне. Это вкратце, для более подробного описания всегда есть гугл)))