Гори все синим пламенем

- Какого ты меня лапал сегодня в палатке? От этого вопроса Славка подскочил так, что чуть не сверзился в воду. Вперил взгляд себе под ноги и впал в молчаливый ступор. Только мысли лихорадочно метались в поисках пути спасения. - Хм… мне еще раз вопрос повторить что ли? - Ты не спал… - прошептал немного отмерший Белов. - Гениальная догадка, - засмеялся Миха. – Ну, так почему? Ты что – из этих?.. - Да нет, блин! - неожиданно даже для себя рявкнул Славка, очнувшись от последнего вопроса окончательно. – Все не так было! - Угу, ори громче. Дождемся, пока все наши сбегутся, при них и договорим. - Так и будешь продолжать глумиться? Или дашь, наконец, ответить? - уже более спокойно спросил Белов, понизив все-таки громкость издаваемых им звуков. - Да я уже пять минут жду твоего ответа. Вместо этого ты то молчишь, как партизан, то вопишь, как потерпевший. Ну? Если ты нормальный, тогда зачем? - Да сон мне снился… с Ефремовой, - пробурчал Слава. – Во сне ее и обнимал, очнулся – а рядом ты. Я сам чуть в осадок не выпал. Но ты вроде спал, я и успокоился слегка. Поднял глаза и увидел, как Кудинов молча сгибается от хохота. В итоге того прорвало, и он просто заржал. - Хахаха, Белов, ну ты даешь! Хотя… мне еще, пожалуй, повезло, что тебе какая-нибудь расчлененка не привиделась, хаха… - Значит, ты не сердишься? И бить морду не полезешь? – с некоторым облегчением выдохнул Славка. - Да нет, живи уж, повеселил зато. А я, прикинь, просыпаюсь и понимаю, что ты мне в затылок дышишь и трогаешь везде. Да я охренел просто, но пока думал, как среагировать, ты хоть сам отстал… - Блин, может, без подробностей обойдемся, а? Не надо мне это напоминать, придурок. Как будто тебя это прям реально забавляет, - с некоторой злостью пробормотал Белов, которому было дико стыдно. - Э, придурок – это ты, не забыл еще? А меня – да, действительно забавляет! – тоже слегка психанул в ответ Михаил. - Да как такое может забавлять?! Я бы, наоборот, предпочел забыть побыстрее. Хватит уже, - Слава недобро глянул на парня. И вдруг аж замер на несколько секунд – настолько странная мысль его посетила. Но предугадывать вперед он еще не научился, а потому, не долго думая, тут же ее и ляпнул. – Кстати… Ладно, я - дебил, признаю и не спорю. Но… почему ты возбудился-то? Может, «из этих» как раз ты сам?! - Чего? – Кудинов аж опешил. - Ну, я рукой когда проводил, почувствовал твой стояк! И после этого ты ко мне доматываешься со своими вопросами?! Да ты похлеще меня еще будешь! - Славик, - ехидно произнес Миха. – Будешь так говорить – огребешь точно. К тому же – щедро и от души. - Ха, ну кто от кого огребет – еще вопрос, - Славка не выдержал и усмехнулся. – Но сейчас речь не об этом. Просто, если ты у нас такой правильный, то какого хрена возбудился от того, что я тебя трогал? - Я вообще-то спал до того, как ты полез. Хоть это и странно: ночью и вдруг спать, - продолжал иронизировать Михаил. – А пока ты меня лапал, проснулся не сразу. Мне из-за твоих действий тоже успело что-то присниться, заметь, с участием женского пола, а не тебя, извращенец малолетний! Любитель, блин, шейных поцелуев! Белов сначала зло зыркнул на него, потом не выдержал и сам рассмеялся. - Но все равно не понимаю – как ты можешь так спокойно об этом говорить, да еще и юморить… - А я пофигист по жизни, многие вещи проще воспринимаю, - протянул неожиданно Миха, как-то слишком задумчиво глядя на Славку. Хмыкнул сам себе и развернулся, собираясь оставить Белова в покое. - Ну, чего еще-то? – не выдержал тот. - Да так… У меня есть одна мысля, но я пока ее один думаю. Если надумаю – узнаешь. Кстати, обедать уже зовут. Хватит в ступоре сидеть, пойдем к костру. Обед, ленивая дневная болтовня за костром, да и следующие несколько часов, как это обычно и бывает, пролетели очень быстро. Перед ужином Славку отрядили поднабрать еще дров. Он охотно согласился: все лучше, чем час-полтора у костра над котлом колдовать, большую часть времени уговаривая его хотя бы закипеть. Миша неожиданно подвизался ему помочь. Парни взяли с собой небольшой топор и направились глубже в лес, в сторону, противоположную озеру. Некоторое время оба молчали. Что до Белова – он просто наслаждался природой, хрустом иголок под ногами, одуряющим запахом сосновой коры и шишек, бликами солнца, свободно проходящими сквозь хвойные кроны. Он так и шел, озираясь по сторонам, что не преминул заметить Михаил. - Ты как ребенок! – улыбаясь, проговорил Кудинов. - Просто я природу люблю… и свободу тоже, хоть тут никто достать не может, - Славка задумчиво посмотрел на небо и с удовольствием потянулся, аж до треска в костях. Так и постоял в неестественной позе, подняв подбородок и закрыв глаза… и не видел, как странно смотрит на него Миха, не отводя взгляд и не мигая… Кудинов же пытался понять, что с ним. Окидывая взглядом замершего перед ним парня, он вдруг с удивлением для себя отметил, что у того красивое и стройное тело… и волосы эти серые… их неестественный цвет почему-то притягивал… и лицо с правильной формы губами, на нижнюю сейчас как раз прыгнул «солнечный зайчик»… Эхх, не зря ж он сегодня днем почувствовал что-то непонятное при разговоре с Беловым, теперь вот опять… «Твою дивизию… да он мне нравится, походу! Вот тебе на, приехали…» - наконец, определился с выводами брюнет. И завис окончательно, размышляя, что теперь с этим делать дальше. Гомофобом он не был никогда, считая, что каждый сам за себя может решить, кого любить и, простите, трахать. За собой он, правда, раньше ничего такого не замечал, обращая внимание только на девушек. Но кто ж знал, что это чудо ходячее к нему ночью само полезет! Да еще так, что возбудит до звездочек перед глазами, пусть и во сне… Неизвестно, как долго длились Славкины прикосновения, но когда Миша очнулся, его едва не затрясло от полноты ощущений. Хорошо, что быстро сориентировался, смог сдержать и дрожь, и стон. Черт, а у этой серой заразы хорошо получалось! И руками, и губами, и языком… блин! Интересно, Белов правда такой наивный? Довел парня до эрекции и думает, что тот просто через пару минуток все забудет? Ага, конечно. Утром он попробовал уснуть снова, но это было бесполезно. Рядом с уже посапывающим Славой возбуждение не проходило, так что, промучившись какое-то время, Кудинов выполз из палатки в рассветную бодрящую прохладу. Час пришлось вокруг озера бродить, как дураку, пугая спящих комариков своим неожиданным появлением, прежде чем успокоился. В течение этого часа и было решено, во-первых, переговорить все-таки с утренним маньяком, во-вторых, выкинуть потом все из головы. Переговорить – переговорил, вот со вторым сложнее. Воспоминания упорно лезли назад. Славкины непосредственность, эмоциональность и некая стыдливость подливали масла в огонь. Даже злиться на него не получалось – на самом деле ведь не виноват. Миша даже не знал, зачем сейчас в лес за парнем подорвался. Сначала сделал, потом подумал… Но добил его окончательно Белов своими «потягушками». Чего творит?! Ведь ясно же, что не специально... Но теперь брюнет передумал. Не будет он ничего забывать, ему, черт возьми, интересно и хочется еще. Хм, и это еще мягко сказано! Стоило только подумать о близости с ним, как стало возвращаться возбуждение. А ведь он всего лишь ласки и поцелуи представил! «Да, попал я конкретно. И с каких пор я к себе такой терпеливый?! Тянет к парню – а, подумаешь…» От мысленного самобичевания его отвлек сам виновник торжества. - Ну, ты чего там застыл? – Славка, оказывается, отошел уже довольно далеко. Стоял теперь, полуобернувшись в Михину сторону, являя тому заодно прекрасный вид на свою пятую точку, неожиданно вдруг ставшую весьма соблазнительной и притягательной… «ох!!» - Кудинов мысленно аж слюной подавился. «Белов, твое счастье, что ты не знаешь, о чем я думаю. И мое – что не знаешь, иначе давно сбежал бы, не оставив мне шансов. А так…» - Слав, поговорить надо, - решился Миша. Сказал и почувствовал себя, как на краю обрыва, один неверный шаг – и все потеряно. «Чего ж я волнуюсь-то так сильно??» Безмятежность в голубых Славкиных глазах тут же сменилась настороженностью. - О чем? – спросил он подозрительно. - О нас… - до невозможности оригинально ответил брюнет, сам себя проклиная за такой тупой ответ. - Так поговорили уже днем… забыли, и точка. Чего еще? Хватит к этой теме возвращаться! Или ты мемуары собрался писать? – Белов ехидничал. - Для мемуаров пока рановато, но забывать я не хочу, - осторожно начал Кудинов, наблюдая, как удивленно расширяются глаза Славы. – Я еще хочу… попробовать… с тобой. Два парня в молчании смотрели друг на друга… Один ждал, второй слегка офигел и не знал, что сказать. - Попробовать что? – Славка спросил не потому, что не знал ответ, а чтобы чем-то заполнить внезапно возникшую между ними давящую тишину. - Да все ты прекрасно понимаешь, нечего строить саму невинность. Я после этой несчастной ночи в палатке на тебя весь день пялюсь… Наверное, ты мне нравишься... И когда ночью меня трогал – тоже нравилось, - выпалил, и даже как-то полегчало самому. - Эм… - Белов чуть не подавился от потока таких «откровений». – Ты же не гей вроде?! - Значит, я – бисексуал. И что с того? Вопрос ведь не в этом… - Миха поднял одну бровь и в ожидании смотрел на серенького. Кудинов неожиданно понял странную вещь – почему-то он вдруг становится очень спокойным, если Слава бесится и нервничает. Эмоции парня его… умиляют? - И что ты хочешь от меня?! Понравилось, как я тебя трогал?! Что, я должен опять к тебе полезть?! Не дождешься! - Тогда… позволь мне… - Что?! – офигевание, наконец, перешло в раздражение. Белов злился. - Позволить тебе? Да хрена лысого я тебе позволю!! Я нормальный, понятно тебе, извращенец?! - Ну… не хочешь ласк… дай хоть поцеловать. - Как будто это большая разница! - Блин, да что ты как маленький? Нечего из себя девственную гимназистку разыгрывать! - Кого-кого разыгрывать? Слушай, Кудинов, напоминаю тебе, что топор у меня, - прошипел Славка, отскакивая на всякий случай подальше. – И я тебя им точно пришибу, если полезешь. Хотя… по голове тебя можно и не бить, в любом случае ты с ней явно уже не дружишь… - Из-за тебя и не дружу, - хмыкнул Миша. – Я не виноват, что ты во сне такой любвеобильный. Неужели не любопытно? Неужели так трудно просто попробовать? Не понравится – забудем. - Нифига мне не любопытно, - Белов начал пятиться, поскольку Миха вдруг выдвинулся в его сторону. На всякий случай выставил перед собой будущее орудие нанесения тяжких телесных повреждений. – Отвали уже, наконец. Мы вообще ж по делу пришли… Ой! Отступая, Славка не заметил сзади большую кучу валежника, споткнулся и полетел спиной вниз. Пытаясь удержаться, взмахнул руками, даже зацепил какой-то сук… тот, правда, оборвался и упал на него сверху. - Твою мать, мой копчик! – прокряхтел бедняга, барахтаясь в хрустящей кучке. Взглянув на него, Кудинов не сдержал улыбки. Серое чудо, ругаясь, пыталось выбраться, упавший сук ему еще больше в этом препятствовал. В правой руке Славка почему-то неосознанно продолжал держать топор, сейчас только мешавшийся. Миша начал ржать, подходя ближе. - Давай помогу, - встал рядом, глядя сверху вниз… и неожиданно перестал смеяться, даже улыбка с лица сползла. Белов немного затих, глянул испуганно. А брюнет, не сводя с него задумчивого взгляда, переступил одной ногой через тело парня и… медленно сел на того сверху. Славка дернулся, но было уже поздно. Кудинов навалился всем телом, фиксируя руки. Приблизил лицо. - Миха, не смешно уже… - Я и не смеюсь. Просто не собираюсь упускать подвернувшуюся возможность, раз уж уговорить тебя не получилось. Да не дергайся! Я только поцелую… - последнее прошептал уже еле слышно и прижался своими губами к Славкиным, медленно, осторожно смакуя, продолжая удерживать взбрыкнувшего опять парня. Губы были вкусными, действительно сладкими и пахли малиной… Дурея, Миша прижался сильнее, краем сознания припоминая, что недавно все пили чай с вареньем. Да какая разница… Промычал что-то, надавил на слегка приоткрытый рот и протолкнул язык внутрь. Не удержавшись, потерся всем телом. Простонал от переизбытка ощущений, почувствовав, как сбилось дыхание Славы и тот сам начал отвечать на поцелуй. Прижался еще сильнее, вжимая Славку в землю. Сопротивление рук неожиданно ослабло, и Кудинов отпустил одну, запустил свои пальцы ему в волосы, чуть надавливая. Напряжение росло, поцелуй становился все глубже, все яростнее. Кто-то из них уже успел прикусить второму губу… Воздуха стало не хватать, и брюнет, наконец, отстранился. Посмотрел мутными глазами на Белова, лежащего неподвижно и пытающегося восстановить дыхание, и прошептал: - Все-таки, нам обоим это нравится… Славка не ответил. Он вообще еще толком в себя не пришел. Так и лежал, полуприкрыв веки, не ощущая уже ни веток под собой, ни неудобства позы. Миша посмотрел на него внимательно… и наклонился снова: - Думал отпустить тебя уже, но ты слишком меня притягиваешь. К тому же, ты вообще не сопротивляешься, значит, я могу попробовать кое-что еще… - и скользнул губами по открытой шее. Белов запрокинул голову и хрипло простонал. Кудинов одобрительно хмыкнул, продолжая целовать. Чуть сместился влево и провел рукой по телу Славы, остановив ее в районе паха. Парень, наконец, дернулся, приподнялся немного и глянул на Михаила необычайно яркими сейчас голубыми глазами: - Не надо, с ума сошел что ли? - Слав, вот смысл ломаться, если дураку видно, как тебе приятно? – погладил весьма ощутимую уже выпуклость под ширинкой и начал расстегивать пояс джинсов. Белов задышал чаще, сглотнул, но продолжил: - И тебе не противно? Я ведь парень… - А тебе разве противно? – хмыкнул Миха, в этот момент уже спускающий вниз собачку молнии. – Вот и мне – нет. Мне приятно и интересно… Это - как эксперимент… - Экспериментатор хренов, что ж ты делаешь? Мммм… - не сдержался, поскольку Кудинов уже просунул руку под резинку плавок и погладил кожу в опасной близости от самого сокровенного. – Пусти, зараза… - И не подумаю, - прошептал Миша и прикусил Славке кожу на шее. Немного помедлил и все-таки обхватил член… Белов забился, но брюнет даже не среагировал. Сжал зубы еще сильнее, явно намереваясь оставить засос, и задвигал рукой вверх-вниз. Сосны вокруг стали свидетелями офигенного стона его серенького, хриплого и беззащитного. От этого стона унесло самого Миху, и дальше он уже тоже мало что соображал, продолжая целовать шею и ключицу и двигая рукой под плавками. Общая усталость, необычность ситуации и окружающая обстановка, копившееся два дня напряжение или все-таки реально появившееся влечение – неизвестно, что сыграло бОльшую роль, но много времени Славке не потребовалось. Уже через полминуты он задрожал и прикусил свою руку, чтобы не закричать. Выгнул тело и застыл на несколько секунд, тихо постанывая… обмяк… Миша осторожно отпустил его и встал, огляделся и вытер руку каким-то листиком. Некоторое время постоял, жадно вглядываясь в измученное лицо парня и ласково улыбаясь. Потом все же очнулся и пошел собирать сухие ветки. Белов приходил в себя еще минут пять. Пока, наконец, не обнаружил себя черт знает в каком виде, лежащим на бог знает чем. Офигел, выругался негромко и начал собирать себя в единое целое, начав с одежды. Плавки были мокрыми, потому что он… «твою ж мать!!!» - окончательно очнулся парень и рискнул глянуть на Миху. Тот деловито набирал дрова в охапку, делая вид, что он тут просто мимо проходил. - Миш? – позвал все-таки его Славка. - Оклемался? – улыбнулся Кудинов спокойной улыбкой. - Вроде бы… Но как ты… мы… я… - Ты сначала мысли в кучу собери и себя в порядок приведи, после ужина поговорим, - засмеялся брюнет. – И хватит топор обнимать, как самое ценное в этой жизни. Славка озадаченно глянул на правую руку, которая до сих пор на автомате сжимала топор. Бросил его, злясь про себя на… да на все на свете злясь. «Стыдно… как же мне стыдно перед ним, он меня таким видел, дурдом…». - Я пойду назад, пожалуй, - решил пожалеть его Михаил. – Все равно диалог сейчас вряд ли получится. Тем более, я свою охапку собрал. А ты приходи в себя, и тоже хоть чего-нибудь набери, все-таки мы ж за дровами ходили, а не на птичек глядеть. - Ладно… - Белов начал подниматься, кряхтя. - М-да, учитывая твою скорость… Можешь заодно еще сразу подумать, как будешь народу объяснять, где тебя так долго черти носили, ха-ха. С этими словами Миха и слинял из поля зрения, оставив измученного Славку в шоке и бессильной злобе на эту заразу…