Семейные страсти

Возвращаясь домой после отличного свидания с любимой девушкой, я насвистывала весёлый мотивчик, думая о том, что жизнь начинает тихо налаживаться. Во-первых: произошло то, что я думала никогда не сможет случиться со строптивой оторвой, вечно ищущей приключений на свою пятую точку - я влюбилась. Точнее не влюбилась, а полюбила, испытав на себе те самые, так воспеваемые великими и не очень поэтами - дрожь внутри, вспышки беспричинной радости и вечное желание находиться рядом с НЕЙ. А главное я не только влюбилась, но и добилась взаимности объекта своего обожания и составила с ней неплохую влюблённую парочку. Во-вторых: Аринка, моя весьма навязчивая одногруппница, наконец, перестала караулить бедную меня около подъезда, слёзно клянясь в любви до гроба. Ну, отчасти я сама виновата, «заморочила голову бедной девочке», как охарактеризовала сложившуюся ситуацию моя сердобольная матушка. Но зато, получив от жизни пару раз по морде, я выучила ценный урок под названием «думай о том, с кем спать». В третьих: у моего блудного папочки, сбежавшего из семьи лет десять так назад с какой-то шалавой, опять же по словам матушки, проснулась совесть, и он выслал мне кредитку с приличной суммой. Короче, входила в подъезд я в приподнятом настроении, но стоило мне выйти в тёмную прихожую своей двушки, как в сердце тут же закрались неприятные подозрения. А всему виной были странные шорохи, доносившиеся из маминой спальни. Тут же отметав неуместные догадки о том, что, выглядящая точно моя ровесница, матушка привела в дом любовника, я вооружилась прочнейшей на вид китайской вазой и бросилась в комнату, намереваясь убить наглого грабителя. - Ки-йа, - с диким криком влетев в комнату, я застыла и схватилась за косяк, так как мой внутренний мир слегка пошатнулся. Как оказалось, любовник у моей матушки, до этого вечера честно ведшей тихий монашеский образ жизни, таки имелся. Точнее… Наклонив голову чуть в бок я протёрла глаза, очень надеясь, что зрение меня подводит. Но нет, страшное видение не исчезло, и я всё так же ясно продолжала видеть обнажённую родительницу, взасос целующую на кровати юную деву. А если быть точным, то и не деву вовсе, а мой персональный кошмар – липучку Аринку. - Мама? – трагическим голосом произнесла я, так как коварные прелюбодеи умудрились не заметить моего триумфального появления. - Мила, это не то, что ты думаешь, - всё же соизволив повернуть голову в мою сторону, строго произнесла родительница. Ну, конечно, а что ещё может подумать юная лесбиянка, увидев обнажённую родительницу в кровати со своей бывшей. - Да я вижу, что вы в шахматы играете, - ляпнула я первое, что пришло в голову. - Мы нижнее бельё меряем, - пропищала Аринка, тихо уползая с головой под одеяло, чтобы скрыться от моего праведного гнева. - Тогда совет вам, да любовь, тьфу, - смачно плюнув на пол и перекрестив воздух, чтобы избавить его от образовавшейся заразы, я отправилась на кухню, испытывая единственное логичное в данной ситуации - желание нажраться. Выплыла из омута страсти мамочка удивительно быстро и, вбежав в узкое помещение, вырвала у меня из рук бутылку коньяка, с которым я намеревалась разделить свою тоску. - Мама, ты лесбиянка? - всхлипнув, спросила я, поднимая на родительницу печальные глаза. - А что такого? – беспечно пожала плечами блудная мамочка, опускаясь на стул напротив. - Я же тебя понимаю, твоей личной жизни не мешаю, на ориентацию не ругаюсь... - Да я всё могу понять, - перебила я. - Если бы ты притащила к нам соседа или своего симпатичного директора, я бы за тебя порадовалась. Но Аринка... Я не продолжила и, пустив слезу, опустила буйную голову на холодную столешницу. Представить маму и Аринку вместе даже в собственных мыслях было выше моих сил, а видеть... Эх, одной бутылкой тут явно не отделаешься. Но коварная совратительница юных дев накапала мне пять капель корвалола, чтобы так не болело разом разбитое сердце. - Но тебе же она уже не нужна, - ничуть не смутилась мамочка. - И потом, бедная девочка так плакала, так убивалась, что ты её бросила. - И ты её утешила таким образом? – зло хихикнула я. «Что может быть ещё хуже?» - внутренне сдыхала я, но как оказалось, сглазила. - Мы с Аринкой любим друг друга, - странно улыбнувшись, выдохнула мама и, решив добить меня окончательно, добавила: - И хотим жить вместе. Но, не успела я отправиться от второго жизненного потрясения, как в кухню вплыла сияющая Аринка и радостно завопила: - Мила, это значит, что я буду теперь твоей мачехой! Кинув в обнаглевшую девчонку стакан с успокоительным, я схватилась за голову и тихо застонала, на что добрая мамочка-таки налила мне стакан коньяка. А я, опрокинув его залпом, в полной мере осознала, что мой кошмар только начинается.