Вторая Надежда

      Тёплым маем стройные девушки в широких штанах, кофтах, шарфах и перчатках выглядели странновато, но им было вполне комфортно. В костюме не бывало ни жарко, ни холодно. Кира то и дело подносила камеру к лицу, фотографируя всё подряд. Хоть она не любила костюм, но нуждалась в свободных руках.       - Нет, Поля, ты должна будешь освободиться, - убеждала Надежда.       - Но если будет большое вторжение, не лучше ли быть к нему готовой?       Девочка говорила не по годам взросло, Кире и Надежде немало пришлось потратить времени, чтобы убедить в необходимости освобождения.       - Если начнётся крупное вторжение, ганцеры будут на передовой, - Кира хотела продолжить, но писк вызова застиг их врасплох.       - В кусты! - Надежда схватила обеих за руки и потащила к относительно густым зеленеющим зарослям. Они ещё не свыклись с мыслью, что отныне Ганц не будет наказывать за раскрытие тайн.       Так они и переместились – лежащими и скорченными.       - Живот свело? - скривил бровь Геннадий, увидев испуганные лица.       Их переправили одними из последних. Когда они поднялись, то заметили уже толпу в чёрных костюмах. Сегодня не было ни одного новичка.       - Новых не будет? - удивилась медсестра.       - Первый раз на моей памяти, - Надежда посмотрел на Киру.       - И на моей, - ответила она на невысказанный вопрос. - Когда подбирались устойчивые команды даже больше, чем сейчас, Ганц всё равно копировал двух-трёх смертников.       Ганц врубил гимн Союза и открыл доступ к оружию. На экране было показано три босса без кратких характеристик. Сверху слева – очертания женского лица с длинными волосами. Сверху справа – непонятно что в чёрном квадрате. А внизу в середине внезапно герб Российской Федерации. По крайней мере двуглавая птица у всех вызвала именно такую ассоциацию. Ганц назвал их «Гестия», «Тараканище» и «птица Рокк».       Переправили команду к серому вытянутому двухэтажному зданию с парой освещённых окон. Вокруг было много высоких деревьев и однообразные коробки зданий в два-пять этажей.       - Это психиатрическая клиника, - со странным выражением сказал Геннадий.       В скудном освещении уличных фонарей ганцеры увидели таблички на углу здания, рядом с которым шла телепортация - «приёмное отделение», «лечебные корпуса».       - Бля-а-а, чё отсюда полезет щас, - мент-Ёж с отросшими тёмными волосами, всё равно стоявшими торчком, сжал импульсное ружьё, предчувствуя сложный бой.       - О, а это кто? – его коллега рыжий мент указал на то, как недалеко от их группы стали телепортироваться незнакомые люди в чёрных костюмах. – Целая толпа!       Неизвестная команда ганцеров появлась несколько позже московской. В другой части довольно широкого двора с небольшой пустующей стоянкой стала появляться третья группа.       - Это Москва? Шариков сказал, что переправит туда, - рослый круглощёкий бритоголовый парень с гравитационный пушкой встретился взглядом с Барком. – Ты тут главный?       - Э-э, да, - Барк прочистил горло. После двух миссий вместе с навыками стали возвращаться и куски стёртой памяти. Но пока он не был уверен, что станет хорошим командиром. Однако он – самый опытный игрок после Киры, амнезия навыки слабо притупила. Но Кира совершенно не подходила к роли капитана. А Надежда, хоть и умела организовывать людей, с нескольких миссий не могла стать настоящим боевым командиром. Да и возлагать ответственность на волейбольную капитаншу при бывшем военном нелепо. Барк прочистил горло. – Да, у нас шестнадцать человек. Правда, один ребёнок и только три грави-пушки.       - У нас двенадцать бойцов, восемь с грави-пушками. Ещё два новичка, не надевших костюмы. Есть один укреплённый костюм, - лаконичный бритоголовый командир кивнул в сторону. – Я Аркадий. Наша команда из Краснодара.       - Барк, - представившись, он посмотрел на человека в «укреплённом костюме». Лишь приглядевшись, можно было понять, что это женщина, по крутым бёдрам и броне, очерчивающей грудь. Капсул по всему телу насчитывалось в несколько раз больше, чем у стандартной модели. Огромные руки толщиной с колонну доходили до земли. Голову закрывал шлем, как у космонавтов. – Это девушка?       - Ага, - Аркадий усмехнулся. Обладательница усиленной брони включила невидимость и исчезла. – Совершенно сумасшедшая сучка. Зовут – Машенька. Действует самостоятельно.       - Тогда сумасшедший дом – её миссия, - пошутил Барк.       - Это дурка? Серьёзно? – напрягся краснодарец.       - Кеш, вот те пацаны из Питера, - к бритоголовому подошёл высокий крепкий мужчина с короткими чёрными волосами. Он тоже сжимал грави-пушку.       - М-да, интеллигенция, - протянул глава краснодарцев, глядя на группу из десяти щуплых парней и двух девушек. Ни у кого не было гравитационной пушки. – Хотя бы в костюмах.       Какой-то парень из Питера подошёл к Кире и стал расспрашивать, не она ли та самая художница. Надежда наблюдала с лёгким недовольством за восторгами юнца.       Сегодня от неё не ожидали ни команд, ни распоряжений. Девушка подумала, что наконец-то можно переложить ответственность на более опытных и сильных ребят. Но миссия их ожидала такая, что от каждого потребовался максимум. Лидер краснодарцев Аркадий предложил руководить всеми – он был бывшим военным и команду собрал самую сильную.       - Тут ожидается что-то эдакое, врагов десятка три, но вряд ли это слабаки, - Аркадий изучал сканер.       - Пока они просто сидят внутри больницы, - заметила Кира.       - Надо эвакуировать людей! - питерец, поклонник творчества Малярши, побежал предупреждать дежурных. Аркадий недовольно цыкнул, но не стал его останавливать. Он и сам не хотел быть причиной гибели беззащитных больных.       - Ганц совсем охренел, прошлый раз нам пришлось драться в музее, когда там работала бригада рабочих, и они всех нас видели. А эта ваша работа с Мавзолеем Ленина?       - Он оказался вампиром.       - Серьёзно? – удивился Кире краснодарец, подходя ко входу в корпус.       Сонная вахтёрша была, мягко говоря, удивлена таким ночным гостям.       - Вы чего не в палате?! Имя?!       - Тётенька, надо эваку… - пытался вразумить её питерец.       Только они начали спорить, со стороны палат стали звучать жуткие крики и протяжные дрожащие стоны. Они были столь странного звучания, что у всех слышавших этот вой мурашки забегали по спинам. Тётка, отчитывавшая ночных посетителей, побледнела и сорвалась с места. Бессознательная реакция, продиктованная инстинктом самосохранения, спасла ей жизнь. У людей без брони в этом месте не было шансов.       Красные точки на радаре задвигались.       - Так, кто без грави-пушки! Москвичи – на первый этаж! Питер – на второй! Туда же Краснодар! - распорядился Аркадий. В помещении гравитационная пушка была не слишком эффективна из-за хреновой наводки. – Выводите тварей, мы их почпокаем на улице!       Инопланетяне заразили всего три десятка пациентов, но остальные сотни были обречены. Группа питерцев напоролась уже на мясорубку. Жуткое образование, похожее на чужого из одноимённого фильма, с лезвиями вместо лап росло из спины одного из больных и резало соседей.       А москвичи успели увидеть, как твари появляются.       - Тут должно быть, – Надежда сверилась с радаром, но в палате были лишь психи, испуганно смотрящие на ганцеров. Болезненный сонные лица, изрезанные морщинами и искажённые отпечатками тяжёлых душевных недугов. Из коридора звучал вой, но здесь первые несколько секунд вторжения бойцов ничего не происходило.       Надежда успела включить свет и сделать пару шагов, когда из темени старого плешивого больного стало лезть непонятное желеобразное образование непонятного цвета в сумраке палаты. Пока он стонал и дрожал, из закатанных глаз текли слёзы, изо рта – пена.       Первым отреагировала Ирина из тройки милиционеров, безжалостно вскинув импульсный пистолет и выстрелив в пациента. Когда его голову разорвало, бурое нечто выдержало и отлетело, разбив окно, Ирина прыгнула следом.       - Крепкая хрень! – оба мента бросились следом за своей коллегой.       - Остальные стойте! – скомандовала Надежда. – Надо выкурить всех тварей из здания! Быстрее по палатам!       Сама девушка выбежала, забыв о радаре, потому что монстры лезли отовсюду. Сама она чуть не наступила на ползущую половину рогатого беса. Он поднял морду с чёрными провалами на месте глаз и успел оскалить пасть, когда вся голова разлетелась после выстрела из импульсного пистолета. На лицо Надежде что-то упало и попыталось сжать острыми паучьими лапками длиной в пару ладоней. Девушка уже просто не могла пугаться. Схватив монстра свободной рукой, она вбила его в стену так, что синяя жижа вместо крови размазалась по облупленной штукатурке.       Команды постарались выполнить приказ Аркадия. Но даже просто выгнать тварей было непросто. Чуда-юда из голов сумасшедших одним своим видом могли вогнать в ступор. Демоны с рогами, голые бабы с отрубленными головами, джентльмены в выглаженных костюмах и полностью отсутствующим лицом. Антропоморфные существа, животные и совсем уж фантастические порождения душевнобольных сначала были сцеплены с человеком-носителем, потом метались после его убийства. Ганцеры пытались хоть как-то оградить беззащитных пациентов, но те паниковали, и вскоре в корпусе воцарился полный хаос. Вдобавок, если замешкаться с убийством «источника», из головы, заражённой инопланетянами, могло вылезти несколько чудищ. За несколько минут три десятка целей превратилась сотню.       Среди бегающих кричащих психов ганцеры пытались ловить монстров руками, так как оружие оказалось неэффективным в таких условиях. Возможно, им бы удалось остановить бессмысленные убийства, но одно из чудовищ стало расти в совершенно неожиданном темпе.       Процесс роста был невероятно бурным. Надежда ловила гремящий костями скелет, вооружённый тезубцем, когда разнесло стену, отделяющую палату от коридора. И ганцершу, и монстров, и несчастных больных вытолкнуло на тёмную улицу. От обломков, пыли и грохота девушка не смогла сразу сориентироваться, но повреждений не получила. Вскочив, она первым делом отбежала подальше, чтобы хотя бы разглядеть последствия роста неведомого чудовища.       - Ох, ни хера себе, - на месте части вытянутого разрушенного корпуса стоял четырёхэтажный кирпичный узкий дом. Окна темнели чёрными провалами, крыша была крыта оцинкованной жестью, и рядом с единственной трубой торчала спутниковая антенна.       Красное здание приплющилось, послышался треск, вылетели несколько кирпичей, потрескались оконные рамы и вылетели стёкла. Надежда догадалась, что это действие гравитационной пушки. Она оглянулась. Недалеко стояли незнакомые ганцеры с этим громоздким оружием из краснодарской команды. Из грави-пушек вылетали тёмные диски, пытавшиеся придавить появившийся из чьей-то буйной головы дом.       Красное здание выдерживало эти атаки. Надежда вспомнила действия этих пушек: в мгновение любой материал, плоть и кости превращались в лепёшку. Крысиные тушки, экспонаты Политехнического музея, вампиры и статуи в подземном клубе. Красный дом лишь слегка «морщился» уже от десятков мощных атак. А потом ответил.       Тёмные окна сначала осветились изнутри красным, затем из них вылетели лучи. Только что стоявшие недалеко от Надежды уверенные в себе краснодарцы закричали, другие ослабли и рухнули. Некоторые были мгновенно разрезаны. Эти лучи не замечали брони.       Надежда в страхе отбежала ещё дальше к бетонной ограде больницы и границе зоны. Такой паники она не ощущала со встречи с гигантской змеёй. Беззащитность, беспомощность, незнание что делать. Даже ограда была изрезана в местах попадания лучей. Надежда, закусив губы, обернулась. Окна дома, уже не сгибавшегося под тяжестью дисков, снова начинали светиться.       Пока Надежда лишь беспомощно хватала ртом воздух, к чудовищному дому рванул моноцикл.       - Блять! Вы трое охламонов, куда лезете?! – закричал Аркадий геройствующей московской милиции. Но его крик их не остановил. Менты, никого не слушая, запрыгнули в живой дом и стали крушить его изнутри. Свечение в окнах прекратилось. – Остановить огонь! Внутри наши!       Смысла в приказе было немного. Внешняя броня дома оказалась непробиваема для всех видов оружия: ни грави-пушки, ни удары бойца в укреплённом костюме не наносили ощутимого ущерба. После попадания внутрь ментов стрельба практически прекратилась. Ганцеры только добивали чудищ, успевших сбежать до появления красного здания. Уцелевший скелет, которого не успела добить Надежда, терял кости под ударами меча Сафара. Динара подобрала грави-пушку погибшего краснодарца и выстрелила в огромную сороконожку с собачьими лапками, пытавшуюся незаметно пробраться к выходу из больницы. Этого мутанта убило сразу. С мелкотой было практически покончено.       Надежда сделала несколько неуверенных шагов к затихнувшему дому. Недалеко десяток выживших бойцов переговаривались и помогали раненым, тоже с тревогой поглядывая на дом. С него сыпались кирпичи. Крыша провалилась внутрь. В тёмных окнах снова стало светлеть.       - Чёрт, - Надежда, как и другие ганцеры, вскинули оружие.       Однако вместо лучей из дома вылетел один из тройки ментов – Ёж.       - Стреляйте из всего! Остальные погибли! – орал он на лету.       Едва он приземлился, сразу начал стрелять из импульсного ружья, вокруг тоже начали стрелять. Удары сминающих гравитационных дисков оказывали куда более сильное воздействие. Из здания вылетел торс человека, за свечением никаких лучей не последовало. Дом рушился, будто карточный.       Всё в крови туловище Ирины с одной целой рукой, ещё сжимающей ганцерский пистолет, приземлилось недалеко от вздрогнувшей бегущей и стреляющей на ходу Надежды.       - Ирка...       Совсем искривившийся дом стал оседать и взрываться изнутри от многочисленных выстрелов. Теперь каждая атака была для него ощутимой. Дом сплющивался и превращался в груду обломков. Но снова возникло красное свечение.       Ёж, сначала приземлившийся рядом с одной из групп организующихся бойцов, побежал к Аркадию, к которому подбегала и Надежда. Все старались двигаться, боясь нового появления опасных всё пронзающих лучей.       - Там баба какая-то красная! Она будто вросла в этот дом. Мы смогли оторвать её от стены, но она всё ещё жива!       - Гестия? – спросила Надежда.       - Да, наверное. Босс, - процедил Аркадий, снова стреляя из грави-пушки. – Никогда столько снарядов в одного ублюдка не всаживал.       Чёрных дисков красное здание поглотило уже сотни.       В прицелах оружия ганцеров наводка работала на невысокое существо, пока скрытое обломками дома. От следовавших друг за другом гравитационных ударов обломки вскоре полностью превратились в лепёшку. Стала видна цель. Красная фигура, загораживающаяся от чёрных «тарелок» всего лишь поднятой рукой. Вокруг неё не осталось ничего целого. За несколько метров находились обрушенные части корпуса. Другие здания были повреждены и местами обрушены после действия красных лучей.       Уже погибли по крайней мере шесть человек – парень из Питера, трое из краснодарской команды, разрезанные лучами, и двое ментов-москвичей.       - Стреляйте-стреляйте! – кричал командующий Аркадий, сам не знающий, чего ждать от первого босса. А ведь ещё оставались два, никак себя пока не проявившие. Красной фигуре явно было тяжело под шквальным огнём трёх объединённых команд. – Она скоро не выдержит! Ещё поднажмём!       Фигура пыталась сделать шаги, какие-то агрессивные жесты, но давление от «чёрных тарелок», вылетавших из гравитационных пушек, делало её похожей на Атланта, державшего на руках планету. Но вот выстрелов стало меньше. Сначала люди даже не поняли в чём дело. Некоторые ганцеры просто переставали стрелять, пытаясь что-то с себя смахнуть, другие и вовсе валились.        «Гестия» под ослабившимся обстрелом смогла атаковать. Снова это были лучи, пробивающие броню, но на этот раз всего несколько. Надежда заметила только три: один направлялся в Василия и ещё один в одного из краснодарцев, третий прошёл прямо перед лицом пятившейся Надежды, которая пыталась понять, почему перестали стрелять часть бойцов. Эти трое двигались во время атаки и смогли избежать даже ранений. Но чьи-то крики свидетельствовали, что атака монстра не прошла впустую.       - Почему атаки ослабели?! Двигайтесь-двигайтесь! – кричал Аркадий, блестя бритым взмокшим черепом, освещённым лишь одним уцелевшим фонарём. В Гестию всадили уже больше половины боезапаса, когда она наконец надломилась, упала на колени и рухнула под тяжестью чёрных дисков. Босс лежала в образовавшейся впадине, в которой хлестала мутная вода из прорванных труб.       - Блять, жуки какие-то!       В темноте мелких насекомых разглядеть было непросто. Из разрушенной больницы ещё лезли уродливые кошмары, вылезшие из голов сумасшедших, но их осталось немного, добивались они без особых проблем. Главной новой напастью стали жуки. Несколько бойцов, которые слишком сосредоточились на бое с Гестией, они убили. Остальные ганцеры успели понять, что за мелкая гадость испортила главные капсулы на затылке бронекостюмов. Однако капсулы на ногах уже были испорчены у всех. Тараканов становилось всё больше, так что хруст слышался от каждого шага. Опять приходилось постоянно двигаться и стряхивать с себя мелких тварей.       - А-а-а! – Надежда орала от этих гадёнышей. Рядом ганцеры тоже бесились от цепляющейся мелкой мерзости. Когда появился «нормальный» монстр – розовый слоник на вытянутых ножках-спичках, девушка чуть ли не с радостью побежала его убивать. – Да что за чёрт?! Эти тараканы никак не помечены на радаре!       Спинки жуков блестели в свете последнего накренившегося фонаря, и казалось, что вокруг шевелящееся море, от которого рябило в лазах.       Слон с восемью глазками лишь тупо моргнул всеми буркалами, когда чёрный меч разрезал его наполовину. Нелепое уродливое тело ещё немного подёргалось и затихло. На радаре вблизи не осталось ни одной красной точки. Все были заняты только тараканами. От выстрелов импульсных пистолетов сразу убивались сотни насекомых. Моноциклы убивали их тысячами, разливая и поджигая смеси, хранящиеся внутри агрегатов. Женщина в укреплённом костюме лучами из искусственных ручищ оставляла здоровые прорехи в кишащей каше насекомых. Однако предотвратить появление второго босса это не помогло.       - Это и есть Тараканище? Где босс-то?! – кричал Аркадий, организуя выживших ганцеров – он приказывал им разбегаться, а сам не палил по полчищам жуков из гравитационной пушки, оставляя круглые вмятины по всему внутреннему двору больницы.       - Он внутри! Смотрите! Появился! – питерский ганцер указал на сканер. – Но…       - В подвале, - отозвалась Кира, спрыгнувшая с крыши относительно целого корпуса. Тараканы, стекавшиеся к одной цели, исчезли вокруг, и стало возможно стоять без необходимости стряхивать с себя мелких гадов, - мы не успели его осмотреть, когда появился красный дом.       - В подвалах привязывают и воспитывают особо буйных, - флегматично пробасил бородатый парень из краснодарцев, покуривая самодельный косяк.       - Что со сканером? – встревожилась Кира.       - У вас тоже, - испуганно отозвались питерцы.       Пульсирующая красная точка, обозначавшая босса, стала увеличиваться. Ноги бойцов ощутили лёгкое землетрясение.       - Что это?       - Что за нах?       Кто-то пошёл вперёд, но затем всем пришлось остановиться, когда после усиливающейся тряски прогремел взрыв, и в длинном двухэтажном корпусе образовалась новая огромная дыра. В ганцеров полетели обломки, сбившие последний источник света. Костюмы у большинства работали за исключением ног с испорченными капсулами, поэтому обошлось без ранений.       - Стреляйте! – снова командовал Аркадий.       В пыли при окончательно сломанном и исчезнувшем освещении разглядеть противника было непросто, но сканер и наводка работали. В невидимого врага полетели чёрные диски, прибившие и остатки лечебного корпуса, врага, и даже пыль. Лучи укреплённого костюма осветили огромного таракана с помятыми усами. Он выплюнул в ганцеров сгустками огня, но они улетели слишком далеко. Никого не задели – только вызвали пожар в соседних зданиях.       - Так его легче добить, чем в виде тараканов, - до Надежды донёсся голос Василия, стрелявшего с немного безумной усмешкой. Адреналин сделал бойцов несколько безумными. В окружающих сильно повреждённых зданиях сильнее разгорался пожар, бойцы с озарёнными огнём вспотевшими лицами были сосредоточены только на боссе.       В «собранном» состоянии его действительно добить оказалось проще. Гравитационных пушек стало меньше, но действовали они на пытавшегося атаковать Тараканища эффективнее, чем на невероятно прочную Гестию. Кое-как поднявшись после очередного сплющивания «чёрным блином», насекомое размером с бегемота пыталось рвануть и атаковать наиболее близко стоявших пару человек с дымящимися косяками. Но те отпрыгнули, со смехом уйдя от атаки. Надежду этот смех навёл на подозрения, которые вскоре подтвердил Аркадий:       - Торчки ёбаные, отойдите подальше!       Более опасных атак от второго босса не последовало. Ослабленный поредевшими, но всё ещё организованными бойцами Тараканище рухнул, превратившись в рыхлую кучу протеина под действием очередной «чёрной тарелки».       - Он мой! – радостно орал один из «торчков». – Точно мой!       - Вот засранцы, - с облегчённой усмешкой Аркадий посмотрел на радар.       Крупная красная точка погасла.       - Границы зоны исчезли, - удивилась Надежда, тоже разглядывая карту. - А враг аж вон где.       Пришлось изменить масштаб отображаемой карты, чтобы найти последнего босса, успевшего отбежать на полкилометра.       - Быстрее! – Барк, чуя большую угрозу, позвал Динару на моноцикле, и они первыми рванули к цели.       Несколько раненых оттащили подальше от пожара и поспешили следом.       - А где Гена? – Надежда побежала с выжившими и несерьёзно ранеными ганцерами, не обращаясь ни к кому конкретно.       - Врач? Погиб, - ответил «Олень», голову которого помимо короткого ирокеза украшали глубокие царапины от капсул с перчаток, когда он в панике сдирал с себя жуков. – Его подруга на этом колесе сказала, что вернёт его… Так убитых действительно можно вернуть?       Девушка подтвердила, не став вдаваться в подробности. Из-за повреждённых на ногах капсул ускориться они не могли. Олень убежал вперёд, а Надежда отстала, чтобы быть с Полиной.       Но спешить оказалось и некуда. Боссом было огромное яйцо. Оно будто вросло между опустевшим шоссе, трамвайными путями и жилыми домами. Эти дома были разрушены явно под действием гравитационной пушки. Ровные края пробоин обнажали покинутые тёмные жилища.       - Что тут происходит? – Надежда обратилась к подбежавшей к ним Кире.       - Диски соскальзывают и бьют по окружению.       - Ничего себе. Хорошо хоть эвакуацию провели.       Попытки пробить скорлупу, покрытую застывшей зеленовато-бурой слизью, заканчивались ничем. Вместе с девочкой Надежда стала стрелять издалека. Но взрывалась трухой только застывшая слизь, образовавшая своеобразное гнездо; скорлупа оставалась целой.       - Нужны мечи! – громко скомандовала Кира.       - Оставайся здесь, - распорядилась Надежда маленькой Полине и оставила рядом с опустевшим ларьком. Как бы ни храбрилась девочка, она дрожала, как осиновый лист. Да и самой Надежде после спада адреналина стало дурно от пережитых смертей и вида порождений безумных разумов. Вынужденная остановка вызывала не облегчение, а ещё большее напряжение.       Барк и Кира сделали по пробному удару мечами: лезвия погрузились на полсантиметра в скорлупу, толщина которой должна быть намного больше. Глава краснодарцев кончиком клинка попытался пробить корку, скрывавшего монстра. Но и острие погрузилось лишь на сантиметр, после чего соскользнуло, и уставший Аркадий чуть не рухнул на зеленоватую поверхность «яйца».       - Придётся ждать, пока птенчик проклюнется, - Аркадий отошёл и снова взялся за грави-пушку. – Ещё и заряды к концу подходят.       Обычно Надежда и не задумывалась о запасе выстрелов. Но он имел предел: сотня выстрелов. Запас восстанавливался только через сутки. Можно было бы подобрать оружие у погибших краснодарцев, но в пожаре, обломках и кучах дохлых тараканов это представлялось трудновыполнимым.       - Какие же дряни крепкие на этот раз попались, - скривился Василий и со злобой пнул основание «яйца». – Столько народу полегло…       Громкий треск заставил его замолчать. Чёрная трещина появилась резко, и всего за пару секунд сеть трещин покрыла практически всё яйцо. Птичья лапа с чёрными перьями и золотыми когтями схватила пнувшего скорлупу ганцера и стала сдавливать. Парень закричал, попытался вырваться, но когти прорезали броню и убили его за несколько секунд. Яйцо ломалось, нечто вылезало. Женщина в укреплённом костюме, выставив вперёд искусственные ручищи, выстрелила лучами из середин ладоней. Они угодили в крупный кусок скорлупы, которая лишь почернела. Монстр отбросил свой щит в противницу. Та отбила его мощной ручищей. Но следующую атаку отразить не смогла. Две птичьи морды с раскрытыми клювами стремительно метнулись к искусственным плечам. Щёлкнули клювы, и искусственные руки упали вместе с настоящими, разбрызгивая кровь и голубую жидкость, заполнявшую костюм. Ещё один стремительный удар обоими золотыми клювами в шлем, и тот раскололся, а в одна из голов вытащила мозг поверженного сильнейшего бойца.       - Машка! – Аркадий сцепил зубы и дал команду: - Разбегаемся! Не попадайтесь близко!       Ганцеры разбежались и начали расстрел. Огромные чёрно-золотые крылья, облепленные прозрачной слизью, резко распахнулись, разметав осколки скорлупы и попавшие под крылья верхние этажи пятиэтажного здания. Размах их составлял метров двадцать.       Чёрные диски от гравитационных пушек зависали над головами вылупившейся птицы, которые поникли, пытаясь не прогнуться под тяжестью, растопыренные крылья тряслись. Громкие птичьи крики твари, отдалённо напоминая орлиные, заставили всех окружающих поморщиться.       Поначалу казалось, что ганцеры одержали победу. Голова, туловище и местами крылья птицы прижало к земле. Сплющило так, что основная часть монстра слилась с разрушенным асфальтом, камнями и трамвайными путями.       - Оно умерло? – Динара, стрелявшая сидя в моноцикле, опустила оружие, когда целые части огромных крыльев стали безжизненно оседать.       - Не подходите! – закричал Аркадий, не опуская гравитационную пушку, и глянул на радар. Крупная красная точка по-прежнему пульсировала перед бойцами.       - Нихуя. Живое ещё, - парень из питерской команды выстрелил в дёрнувшееся чёрно-золотое тело, пытающееся вернуть здоровую для себя форму. Так же поступили ещё несколько ганцеров, но было уже поздно. – Блять! Заряды кончаются!       Уродливый двухголовый орёл, расплескивая слизь, столь стремительно восстал и замахал мощными крыльями, что ближних бойцов снесло ветром. Сносились деревья, рвались провода. Кто-то смог выстрелить, но это не остановило врага. Чёрно-золотая птица взлетела над городом и оглушительно завизжала в две глотки. От визга намного мощнее первого вылетали стёкла, далеко идущие от оцеплённой зоны прохожие падали, зажимая уши. Потом начался дождь или скорее град из смертоносных острых перьев.       - Назгул, йопта, - Барк выстрелил последними зарядами из гравитационной пушки, но чудище резким манёврами смогло уйти от опасных снарядов, врезавшихся в крыши домов и порушивших верхние этажи, отчего обломки разлетались на много метров вокруг. - Перья – фуфло! Все стреляйте!       Во время разбрасывания перьев птица зависала, и на неё работала наводка. Однако многие выстрелы оказались напрасными, когда босс начинал стремительно двигаться. Израсходовавшие в бою с Гестией половину боезапаса бойцы отстреливали последнее. Но и у птички быстро закончились боевые перья. Град осыпался два раза и больше не повторялся.       Вот только перья оказались не таким уж фуфлом. Ещё одного питерца такое пёрышко убило, пробив ослабленную защиту костюма на голове, а у московской команды было три раненых, причём Надежда – тяжело. На губах девушки стала выступать кровавая пена. Было пробито лёгкое.       Полина плакала, не зная, чем помочь. Кира со сжатыми губами отвела взгляд от умирающей. К Надежде подбежала Динара и взялась за перевязку.       - Может, и протянет к концу, - простодушно «подбодрил» Полину смуглый парень из краснодарских. Потом обратился к Аркадию: - Чем в эту тварь стрелять?       Все вздрогнули от третьего вопля.       - Разбегаемся! – развитое боевое чутьё Барка спасло жизни всех, кто собрался для помощи раненым.       Полина, чей костюм ещё не выдохся, подхватила Надежду на руки и убежала с ней к краю дома с проломленной крышей. Сохранившиеся три этажа обеспечивали какое-то укрытие. Пикирующая птица схватила только утешавшего Полину ганцера цепкими лапами и, снося всё вокруг широкими крыльями и ветром от них, снова взлетела.       - А-а-а! – бедолага выбросил грави-пушку и взялся за меч. Острый коготь стал резать ему ногу и руку, за которые птица его схватила. У ганцера было несколько секунд, пока держал костюм. Снова закричав, южанин ударил мечом по лапам, вложив в отчаянный удар всю оставшуюся мощь. Одну он смог отрезать и повредил часть хвоста, что вызвало новый оглушительный крик птицы и сбило полёт. Разъярённый раненый босс отшвырнул ганцера, и он врезался в один из опустевших при эвакуации домов, оставив вмятину на толстой стене. Его товарищи постарались максимально использовать замешательство раненой уже измотанной птицы.       Последние драгоценные снаряды из гравитационных пушек смогли снова прибить босса к земле. На этот раз посреди небольшого дворика. Беснующаяся умирающая тварь исчерпала запас прочности и могла лишь крыльями сносить деревья, пёструю детскую площадку и рекламные столбы. Вместо слизи текла оранжево-красная кровь. Добивать последнего босса пришлось мечами. Всего десяток ганцеров выжили без серьёзных ранений. Они с остервенением рубили чудище, будто древние витязи из сказок.       Лишь один отчаянный рывок смог сделать враг. Вытянутая шея с двумя искривлёнными залитыми кровью головами дёрнулась в сторону замахивающегося Барка. Клюв одной головы откусил ему руку по локоть. Клюв другой пробил грудь.       Кира ударила по пернатой шее удлинённым до полутора метров клинком. За длинными волосами обычно спокойные прищуренные глаза были расширены от ярости и слезились.       - Сдохло оно или нет? – Аркадий, тяжело дыша, вытащил радар и только заметил, что одно из острых чёрно-золотых перьев торчит у него из плеча, а собственная кровь залила половину туловища. – Погасла… Никогда ещё в такой передряге не застревал.       - Барк?! – Кира опустилась на колени перед тяжело раненым. У него ртом шла кровь, но вояка ещё был жив.       - Переправка! – радостно и облегчённо закричал ганцеры сзади.       Кира стала оборачиваться к ларьку, у которого осталась раненая Надежда.       Но взгляд её упал на чёрный шар. Её очередь на переправку наступила одной из первой.       В комнате пока были только Олень-мотоциклист и Полина. Парень устало прислонился к стене и сполз на пол, широко расставив ноги и задрав голову. Девочка плакала. Появилась Маргарита без Василия, Динара, всё-таки выживший Барк, Ёж без друзей-ментов. Сафар и Татьяна – «читеры» могли бы и не выкладываться, но оба сражались, пока не получили серьёзных ран.       - Где Надя? – на вопрос Киры Полина расплакалась сильнее.       - Она перестала дышать, - едва выговорила слабым голосом девочка.

Пора считать очки.

Олень – 51 очко. Всего – 71.

Девочка Киры – 57 очков. Всего – 110.

Сделайте выбор из 100-очкового меню:

1. Освободиться (все воспоминания о миссиях будут стёрты).

2. Получить более мощное оружие.

3. Восстановить точную копию человека из памяти.

      - Я верну Надю, - Кира положила руку на худенькое плечо Полины. – А тебе пора забыть эти кошмары.       - Но я…       - Пожалуйста.       - Детям тут не место, - жестковато буркнул Барк.       - Надя и ради этого сражалась, - мягко сказала Динара, которую когда-то именно Надежда и вернула.       - Первый пункт – прошептала Полина.       Кира отступила и с улыбкой смотрела в заплаканные глаза над исчезающим телом.

Тёлка Студента – 60 очков. Всего – 152.

      Маргарита, конечно, вернула своего студента и повисла у него на шее. Ему оставалось только с виноватым видом гладить жену по волосам.

Медсестричка – 55 очков. Всего – 134.

Сделайте выбор из…

      Динара разрыдалась не хуже Полины. Она посмотрела на Киру.       - Я верну Надю, - повторила Кира.       - Третий пункт, - Динара всхлипнула в очередной раз, - восстанови Андрея Горенюка.       Луч из шара стал рисовать испуганного мёрзнущего медбрата. Бедолага погиб ещё зимой, пытаясь защитить Динару, но без костюма его попытки были обречены.       - Я обещала Геннадию Валерьевичу…       - Что? Мы только что встретили каких-то козлоногих…       Динара отвела его, взяв за руку.

Барк Муста – 80 очков. Всего – 87.

Ёж – 67 очков. Всего – 133.

      Ему предстояло выбрать, кого из товарищей восстанавливать.       - Верни Ирину Чайкину, - негромко сказал мент.       Ошеломлённая Ирина-Хвостик, убитая внутри красного здания, далеко не сразу смогла понять, как тут оказалась. Теперь Ежу пришлось отводить её, чтобы всё объяснить.

Марьиванна – 30 очков. Всего – 94.

Сарафан – 27 очков. Всего – 98.

      Эти двое выглядели немного виновато от того, что чуть не добрали, чтобы восстановить команду.

Малярша – 170 очков. Всего – 181.

      Кира выполнила обещание Полине.       Надежда появилась с воздетыми руками, сжимающими импульсный пистолет.       - Что? Ка… Бл..! Где Полина?       - Освободилась, - нежно улыбнулась Кира.       - Ты? - ошеломлённо и весело выкрикнула восстановленная девушка, быстро сообразив, что произошло. - Ты это сделала?       Практически все в комнате знали, что она – копия выжившей Надежды Суховой. Но для них та Надежда ничего не значила. Команда знала тренершу и командиршу, без которой они бы вряд бы выжили в мясорубках, устроенных Ганцем. Кира обняла её и не выпускала несколько минут.       Ганцеры покидали комнату, только эти двое стояли, обнявшись.       Они целовались перед чёрным шаром с лысым мужиком внутри, наплевав на то, что кто-то может вернуться. Горячие губы Киры ласкали и покусывали шею жмурящейся Надежды, когда последняя, собрав всю волю, положила руки на плечи художницы и мягко отстранила.       - Кира… ты, пожалуйста, - снова потянувшаяся девушка с недовольным вздохом всё же остановилась. – Если шарик не врал, нам осталась одна миссия. Я хочу, чтобы в случае моей гибели ты не меня восстанавливала, а защитила ту Надежду.       - И не проси.       - Я буду её защищать.       - Значит, будем вместе защищать.       Девушки снова обнялись.       У сидящего внутри сферы оператора едва заметно дёрнулась щека, а на поверхности шара пробежала волна помех, но занятые друг другом ганцершы её не заметили.