Изменить судьбу

Первой остановкой на пути была деревушка, расположенная в паре часов ходьбы от Конохи. Именно в ней прошло детство Киоки. Аккуратные деревянные домишки плотно прилегали друг к другу, практически встречаясь боками. Каждый метр земли возле них засажен пестрыми, распускающимися под лучами солнца цветами. Десяток коротких улочек, заполненных людьми, сходились на круглой центральной площади. К моменту прибытия шиноби на ней успела развернуться бойкая торговля. Свежепойманная рыба, душистые овощи и испеченный пару минут назад хлеб на разные голоса расхваливались бодрыми продавцами. Неподалеку, дети не старше пяти лет устроили битву, поделившись на благородных воинов и вероломных нарушителей границ. Трудно поверить, что в этом мирном поселении когда-то происходила страшная бойня, унесшая жизни целой семьи. - Предлагаю разделиться, - Тен Тен оглянулась, ища глазами нужное направление. – Мы с Шикамару отправимся расспросить соседей, они, наверняка, смогут дать нам хотя бы пару подсказок о случившемся. А ты, Неджи, осмотришь дом, в котором произошло убийство. Он находиться в конце этой улицы. Не желая более находиться рядом с раздражавшей его куноичи, гений скользнул на расположенное поблизости дерево. Чем больше он думал о жизнерадостной девушке, оставшейся позади, тем быстрее разрасталось внутри пренебрежение к ней. И каждая новая умильная улыбка, появлявшаяся на её лице, подливала масла в огонь. Былое равнодушие к окружающим таяло рядом с необъяснимо искренней и открытой куноичи. Невероятным казалось то, что, являлась членом элитного отряда Анбу, она смела верить в настолько утопические идеалы. И всякий раз, пытаясь это доказать, девушка вызывала лишь большее отторжение и даже злобу у шиноби. На осмотр заброшенного на протяжении двух лет дома потребовалось не более десяти минут. Основной причиной подобной спешности являлось то, что нукенин практически не оставил отпечатков. Жуткие следы битвы, покрывавшие когда-то практически всю гостиную, были по мере возможности выведены милосердными соседями. Перевернутая мебель возвращена на отведенные при жизни хозяев места, а лужи окропившей этот дом крови отмыты. О случившемся напоминали только её немногочисленные засохшие подтеки, сохранившиеся между потемневших от времени половиц. В остальном же жилище выглядело абсолютно нетронутым. Словно радушные хозяева покинули его ненадолго, и скоро должны были вернуться. Закончив с поставленной задачей, шиноби направился к рыночной площади, намереваясь отыскать там напарников. Непривычная тишина наполняла узкую пустынную улочку. Не смотря на приближавшийся полдень вокруг не было ни души. Настолько странным мужчине всегда казалось попадать в такие вот молчаливые небольшие поселения, разительно отличавшиеся от шумной и замирающей лишь ночью Конохи. Укрывшись под ветвями раскидистого дерева, попавшегося на пути, Неджи позволил себе на мгновение остановиться, прислонившись к чуть прохладной коре. Огромная тень, отбрасываемая шумевшей на ветру листвой, дала возможность немного расслабиться и укрыться от вездесущей жары. Изящные пальцы легли на полуприкрытые в попытке спрятаться от окружающего мира глаза. - Любимый! Какая неожиданность! Что ты здесь делаешь? - сладкий голосок прошелестел из-за спины. Очнувшийся от окутывавшей приятной дремы гений отдернул от лица тонкие руки. Не желая обращать внимание на выраженное недовольство, старая знакомая мягко обвила шею мужчины и, буквально повиснув на нем, попыталась чмокнуть в щеку. Неджи увернулся, отталкивая при этом её от себя. - Масуки, прекрати. - Любимый, почему ты так жесток ко мне? - обижено надувает губы и делает вид, что готова расплакаться. - Масуки, - голос шиноби заполнился сталью. - Прекрати все это. Неужели ты не понимаешь, насколько сейчас дешево выглядишь? Наигранная улыбка на пухленьких губках сменилась ехидной ухмылкой. - Дешево, говоришь. Значит, я тебе противна? Гений впервые поднял на неё холодные лунные глаза. - Противна. И ты это знаешь. Уже давно. - Зачем же тогда ты являешься ко мне практически каждую неделю? - Потому что ты безотказна в любое время, - едкое оскорбление сорвалось с губ. – Что ты здесь забыла? Насколько я помню, твои благородные крови не позволяю выходить за пределы Конохи. Это слишком низко для тебя. Новая приторная улыбка расплылась по кукольному лицу. - Отец отправился к старинному приятелю из страны Волн и попросил меня его сопровождать. Не могла же я отказать моему дорогому папе. Но я так расстраивалась, что мы не сможем поговорить до отъезда. К счастью судьба складывается в мою пользу и мне посчастливилось встретиться с любимым в этой богом забытой деревушке. - Не надо нежить себе пустыми надеждами, что я рад этой встрече. И что я стану слушать тебя. - Теперь пришла моя очередь говорить. А тебе придется только слушать и подчиняться. - Не слишком ли смелое заявление? - подобная наглость не оставила гения равнодушным. - Да, любимый. Я была твоей послушной девочкой, и сейчас имею право на компенсацию. Может эта подстилка решила стрясти с Хьюго денег в качестве платы за потраченное напрасно время? - Ты на мне женишься. Хриплый смех усилился, заставляя широкие плечи задрожать. - Неужели ты думаешь, что я соглашусь? - неожиданный выплеск эмоций резко оборвался. Её самоуверенность начинала злить. Действительно ли она рассчитывает после всего произошедшего получить его согласие? - Думаю. У тебя не будет выбора. - Мне отвратительно находиться рядом с тобой. И ничто не заставит провести даже минуту своей жизни, связанным с такой дрянью как ты хоть какими то обязательствами. Запомни это как следует. Изменить это тебе не под силу. - Не верно. Есть то, что заставит тебя передумать. Я беременна. - Что? - новость вызвала с трудом сокрытый шок. - Что слышал. - Бьякуган! Нет. Нет. Невозможно. Но это не ложь. Плод уже сформировался и скорей всего был жизнеспособен. Миниатюрное сердце уже отсчитывало первые мгновения маленькой жизни. - Но как... - поверить собственным глазам казалось безумием. - Уже четыре месяца. Аборт сделать не получится. - Ошибаешься, - голос понизился до шипения. - Ты сделаешь аборт. - То есть предлагаешь... убить его? - наигранный страх искусно возник в её глазах. - А на что надеялась ты? Что, увидев его внутри, я расчувствуюсь, радостно прижму тебя к груди и стану примерным мужем? Так вот, ты просчиталась. Я не собираюсь признавать, и тем более растить этого выродка. Он выпрямил спину, намереваясь поскорее покинуть показавшееся вначале уютным убежище. Поскорее забыть все, что связанно с этим гнусным существом, продолжавшим умиленно улыбаться. Существом, похоже, готовым на любые низости ради достижения заветной цели. - Рано уходишь. Все уже решено. Мой отец дал согласие на брак. - Мне плевать. - И он уже обговорил это с твоим дядей. Подобное предложение пришлось ему по вкусу. Шиноби замер, уцепившись за шершавый ствол древнего дуба. Странное предчувствие появилось от раздавшихся только что слов. - Так что смирись, что за тебя уже приняли решение. Если ты ослушаешься воли главы клана, то лишишься всего, чем так дорожишь. Мой отец слишком влиятелен, и Цунаде - сама вынуждена прислушиваться к нему. К тому же она не захочет упускать великолепного воина из-за такой глупости. - О чем ты... ? - язык не желал подчиниться хозяину. - Заставить тебя жениться гораздо проще, чем вступать в продолжительные дипломатические споры с моим отцом. - Ты не посмеешь... Наполненный победным ликованием смех разлился за его спиной. Она знала, что выхода у него действительно нет, и наслаждалась этим. - Уже посмела. Осталось получить твой ответ. Так что, согласен? Сухой воздух в легких словно опалял сопротивлявшийся происходящему разум. Уступить ей значит обречь себя на наполненное постоянным омерзением существование до конца жизни. Но отказаться... Внезапно среди беснующихся мыслей пронесся звук, напомнивший встречу двух сюрикенов. Тонкий металлический звон. Звон от захлопнувшейся клетки. И он оказался заперт внутри. Будучи уверенным, что является хозяином положения и лишь пользуется эгоистичной девушкой, гений завел себя в ловушку. И выбраться из неё уже не получится. Решение клана не отменить. Новая ошибка лишний раз убедила в правильности убеждений, сформировавших за последние годы. Только на этот раз цена будет слишком высока. Недооценив эту куклу, позволил манипулировать собой и успешно закончить начатую партию. За ошибки приходиться платить... - ... какой бы не была цена... - Что? - неслышно произнесенная фраза вновь привлекла её внимание. - Сделаем все необходимое после того, как я вернусь с миссии... Но не думай, что что-то изменится… - Я так рада, что ты, любимый, образумился, - чмокнув не сопротивлявшегося гения на прощание, девушка быстро скрылась из вида. Прижавшись спиной к царапавшему сквозь одежду старому стволу, шиноби задумался. В какой же момент все стало настолько погано? Несколько лет назад эта милая девушка смогла завоевать казавшееся другим неприступным сердце гения клана Хьюго. Если быть точным, это произошло четыре года назад. Невероятно давно. Абсолютно в другой жизни. Когда, не смотря на уготованную судьбу, надеялся, что может управлять своей жизнью. Ему только стукнуло 16. Блестяще завершена очередная миссия ранга А. Шиноби вновь проявил себя с лучшей стороны. От гения другого и не ждали. Только вот, возвращаясь домой, он испытывал непривычную тяжесть в области сердца. Впервые великолепное исполнение собственного долга перед селением не вызывало душевного удовлетворения. Зато мысль о том, что надо вернуться в пустынное здание на окраине района Хьюго почему-то неприятно царапала душу. В его жизни было все, чего можно пожелать. Сила. Уважение. И возможность служить на благо Конохи. Но ощущение, что малюсенький кусочек в идеально сложенном пазле упущен, не покидало и лишь назойливей впивалось в сознание. От раздумий отвлек непонятный шум в узком переулке. Двое перебравших саке поклонников не желали отпускать свою хрупкую спутницу домой. Шиноби вступился за испуганное создание. Не мог не вступиться. Ведь ей нужна была помощь. В знак благодарности она настояла на свидании со своим спасителем. Только кружечка обжигающе горячего чая в ближайшем баре. Пришлось согласиться. Но через пару дней последовала новая кружка на том же месте. Встреча не являлась запланированной. Возникли определенные трудности, и Неджи надеялся успокоить выходящие из-под контроля нервы. И она оказалась там. Нашла нужные слова. Он уже не помнил, какие именно. К огромному удивлению самого гения, эта девушка начала все чаще появляться в его жизни, постепенно заполняя путавшиеся от происходящего мысли. Не испытывавший ничего подобного ранее шиноби постепенно поддался воздушным чарам новой знакомой. Целый год Неджи прибывал в эйфории, окруженный настолько непривычной и привлекательной любовью девушки. Милая, веселая, немного серьезная. Целый год он готов был носить этот подарок судьбы на руках и делать все, что бы она ни попросила. Начинало казаться, что недостающая частичка найдена. Но, по прошествии определенного времени, трепетное когда - то создание начало меняться. Постепенно, незаметно для других, но очевидно для того, кого неосознанно заставила запомнить каждый взмах изящной руки, причину всякого поступка, малейшее изменение настроения. Раз за разом, Неджи замечал происходящие в ней перемены. Так отлетает краска с прекрасной фарфоровой куклы. Кусочек за кусочком, обнажая истинную форму своей хозяйки. Её движения становились все более отточенными, действия все более расчетливыми, любящая улыбка и ласковый голос более искусственными и театральными. Главная задача, привязать шиноби к себе, была выполнена и в маскировке она больше не нуждалась. Так же постепенно пылкая юношеская влюбленность обратилась в пыль, оставив лишь незаполненную нишу в каменеющем сердце. Пожалуй, это было завершающим этапом ужасного превращения. А для понимания истинной цели разыгранной с ним партии потребовалось пару мгновений. Брак. Семья Масуки обладала значительными средствами по меркам Конохи. Но настолько выгодный брак с членом одного из самых уважаемых кланов мог поднять её на невиданные ранее высоты. Но самым отвратительным в этой ситуации оказалось другое. Даже осознав, что его использовали, Неджи продолжал приходить к ней. Уже давно не испытывая ничего, кроме физического влечения. Без каких - либо чувств и предупреждений он иногда наведывался к ней по ночам. Молча брал от неё то, чего хотел, и уходил. А она никогда не сопротивлялась такой жестокой любви. Каждый раз утром делала вид, что ничего не произошло, наблюдая от окна, как он собирается. И теперь от мысли об этом становилось только хуже. Омерзительно... Вновь зашелестевшая над головой молодая листва напомнила о продолжавшем скрываться свидетеле прозвучавшего разговора. - Разнюханных подробностей моей жизни не достаточно? – сталь в голосе резанула застоявшийся жаркий воздух. Соскользнувшая с расположенной ближе всего к земле ветви тень замерла рядом с гением. - Прости, Неджи. Я не хотела… - смущенная допущенной оплошностью куноичи постаралась заглянуть в безразличное лицо гения. – А кто она? - Тебя это не касается, - резко поднятые на расстроенную девушку лунные глаза, казалось, пронзали смертельным холодом. - Но… то, что ты сказал… о ребенке… Ты действительно собираешься так поступить с ним? - Да, собираюсь. И если ты хочешь осудить меня за это, то, будь добра, дождись пока я уйду. - Я не думала осуждать тебя. Хотела лишь попросить… не делай этого… - И что же, по-твоему, я должен сделать? - Позволь ему родиться. Позволь ему жить. Этот малыш не виноват, что собственная мать решила использовать его, как способ давления на тебя. - Так не лучше ли вообще не появляться на свет, если для матери ты лишь действенное орудие, а отец не желает даже признавать подобного выродка? - Не говори так. Ты… ты не понимаешь… какое это счастье – рождение ребенка… - в распахнутых шоколадных глазах девушки внезапно блеснули слезы. – Ты даже представить не можешь, какого это, вынашивать внутри маленький комочек, несущий в себе частичку любимого человека… Чувствовать его своим сердцем… - она прижала сжатую в кулачек ладонь к собственному сердцу. - Только ты упускаешь одну важную деталь. Я давно не испытываю к вынашивающей его девушке ничего, кроме отвращения, - моментально высохшие слезы ничуть не тронули темнеющую душу мужчины. Очередная попытка проникнуть в эту самую душу выглядела затянувшейся и начинала действовать на нервы. А разжалобить его подобными методами не удастся. - Но ведь когда-то ты был привязан к ней? Не всегда же ты был таким… - Ну… каким? - Безжалостным… - чуть слышное слово, потонувшее в порыве освежающего ветра. - Ты абсолютно никого не жалеешь. За все время пути я ни разу не видела улыбки на твоем лице. Вообще ни одной эмоции. Словно ни один из живущих не способен встревожить твое сердце. - Ты права. Мне абсолютно не волнуют жизни других. И смысла привязывать себя к ним я не вижу. - О чем ты говоришь? - Ни один человек не заслуживает поддержания подобных дружбе или любви связей. Их не существует. То, что остальные называет этими лживыми словами лишь попытка прикрыть использование людей друг другом. Никому не нужен ты сам… Как бы сильно ты во все это не верил и чем бы ты ради них не жертвовал… - И неужели... ты так думаешь про всех? - в огромных карих глазах плескалась жалость. - Только не надо мне сочувствовать, - его лицо исказилось презрительной улыбкой. - Да, я так думаю про всех и это единственный правильный выход. - Но это не так! Да, многие лгут и пытаются предать. Но не все. Всегда есть те, для кого важна твоя жизнь! Кто привязан к тебе... Кто любит! В этих связях единственная отдушина для нас, единственное спасение, и единственный глоток свежего воздуха! Без них мы все давно превратились бы в беспощадные орудия убийства! - Ложь. - Не может этого быть... У тебя есть друзья? Близкие? Родные? - Весь клан Хьюго родной мне. - Нет! Не по крови, по духу? Те, с кем ты связан? - Никого, - этот разговор уже порядком утомил Неджи, пожалевшего, что не раскрыл притаившуюся девицу сразу. - А Шикамару? Разве он не друг? Он тоже предаст тебя? - она пыталась зацепиться за последнюю соломинку. - Не друг. И не предаст. Он слишком умен для этого. - Как так можно жить... Не веря ни в кого... Ни у кого не ища ласки... - А ты не думала, что это мне не нужно? - Так не бывает! Шиноби готов был оттолкнуть навязчивую куноичи, возомнившую, что может так легко говорить о том, в чем абсолютно не разбирается. Как эта девчонка смеет рассуждать о потребностях других, как смеет так уверенно заявлять, не имея малейшего представления о пережитой им боли. Девушка, никого не терявшая, никем не обманутая, сохранившая до сих пор настолько светлое мнение об этом беспощадном мире. Но, внезапно, Неджи вновь встретился с широко распахнутыми шоколадными глазами. Они смотрели на бесчувственного гения с грустью от услышанных слов и... теплом. Таким же, как и при первой встрече. Странно, но этот взгляд сумел подавить возникнувшее желание. Казалось, что это тепло проникало внутрь, успокаивая быстро бьющееся сердце и пытаясь дотянуться до мертвеющей души. - В любом случае, это не твое дело. Когда-нибудь ты поймешь, но будет слишком поздно. Куноичи не успела ответить. Шикамару появился рядом с ними, спрыгнув с крыши ближайшего здания. Удивленно глянув на замерших друг перед другом шиноби, он произнес: - Тен Тен, я опросил оставшихся соседей. Никто из них практически ничего не видел. Нет смысла далее оставаться здесь. - Значит, идем дальше. Не сказав больше ни слова, гений отвел от утихшей девушки белесые глаза и двинулся в сторону начинавшего клониться к закату солнца. Тен Тен и Нара синхронно оглянулись, глядя ему в след. - Послушай, тебя никто не учил, когда надо остановиться? - голос повелителя теней неприемлил шуток. - Те слова, что он сказал. Ужасны... - Знаю. Но уже слишком давно его сердце отказалось верить другим. Боюсь, обратного пути не будет. - Надеюсь, что ты ошибаешься... Карие глаза с надеждой продолжали смотреть на успевшую опустеть улицу.