Поцелуй Луны (Don't let them know)

      - Ты… - прорычал Джек и наставил на Кромешника свой посох. – Что ты тут делаешь?       Тот тихо рассмеялся типичной горячности Хранителя снега:       - Вы ведь сами изгнали меня из мира ваших драгоценных детишек… Надо же мне где-то развлекаться.       - Дергаешь за ниточки и так управляешь подсознанием людей? Я так и думал, что это ты виноват в кошмарах местных жителей!       - Виноват? – переспросил Кромешник и вновь усмехнулся. – Нет-нет-нет, раз уж ты хочешь называть вещи своими именами и искать первопричину, то прими во внимание, что виноватым тут стоит считать не меня, а твою драгоценную королеву… Или кто она там на самом деле?       - Что ты имеешь в виду? – нахмурился Джек, чувствуя, что в любой момент может сорваться и броситься на заклятого врага.       - Разве это не странно? В мире, где нет столь могучих колдунов, рождается девочка, сильная настолько, что может заморозить целый мир? – голос Кромешника, отражаясь от сводов пещеры, как тень, путешествовал во мраке, и Джеку показалось, что он в нем тонет. – Что же прикажешь делать ОБЫЧНЫМ людям с таким талантливым ребенком? А что произойдет, когда он вырастет? Не проще ли от него просто избавиться, особенно если он является причиной их страхов?..       - Так вот для чего все это! – рассвирепел Джек и выпустил в Кромешника поток ледяных осколков.       Тот легко их остановил невидимой теневой рукой и послал назад с такой силой, что Хранителя отбросило к стене.       - Ты хочешь уничтожить Эльзу! – воскликнул он и сделал новую попытку атаковать. Но Кромешник, кажется, без особых усилий развеял несущийся на него снежный вихрь. А Джек ощутил сильный удар по животу, а затем – по лицу, словно сама тьма орудовала своими увесистыми кулаками. Посох отлетел в сторону, а парня пригвоздило к каменной стене, связав тонкими, но крепчайшими нитями.       - Спокойно, Джек, - почти ласково произнес Кромешник, как будто обращаясь к несмышленому мальчику. – Ты выбрал неудачное место и время для борьбы со мной. Ты не смог бы меня одолеть даже со своими пресловутыми друзьями-Хранителями.       Нити впивались в кожу, оставляя на ней глубокие порезы. Джек вскрикнул от боли. Улыбающееся лицо врага было прямо напротив него, оно изучало его жуткими светло-серыми глазами.       - Мы все равно тебя победим, - несколько беспомощно, но, как ему показалось, храбро произнес парень сквозь зубы.       - Очень в этом сомневаюсь, - цокнул языком Кромешник и потрепал его по щеке. – Почему ты меня так невнимательно слушал? Я ведь сказал: здесь моя власть безгранична. Потому что безграничен страх людей перед этой маленькой сексуальной ведьмочкой… Если ты этого до сих пор еще не понял или не поверил, я заставлю тебя поверить.       Он поднял руку с хищно направленными на лоб Джека пальцами и ударил ими в голову. Пальцы прошли насквозь. Хранитель закричал от невероятной боли, словно череп разрубили напополам топором, но он при этом находился в сознании. Его глаза закатились, потускнели и медленно закрылись.       Эльза начала волноваться. Уже была глубокая ночь, а Джек все не возвращался. Она знала, что там, в долине, каждый спящий мучается кошмаром. Для нее же будет настоящим кошмаром, если роза изо льда и поцелуй украдкой на прощанье станет последним, что подарил ей среброволосый Хранитель. Сильные эмоции в течение дня вытянули из Эльзы все силы, и она начала дремать. Внезапно девушка услышала приближающиеся шаги. Она подумала, что это Джек, но отчего-то не могла взглянуть на вошедшего. Тут послышался знакомый любимый шепот:       - Что ты тут делаешь, дорогая? Почему ты не в нашей спальне?       В нашей спальне… Голос звучал так реально, что Эльза не могла понять, сон ли это или нет.       - Я жду… - начала она тихо, но осеклась.       - Кого? – ласково спросил голос.       Эльза забыла. В ее сознании все перемешалось. Она подняла взгляд и увидела высокий черный мужской силуэт на темном фоне звездного неба, простирающегося за балконом. Волосы у ее ночного друга не серебрились, однако она знала, что это Джек, но не реальный, а из ее сновидений.       - Тебя… - выдохнула она… и проснулась. Никого не было в ледовом зале. Эльзу вдруг обуял страх. Она почувствовала, что с Хранителем снега произошло что-то нехорошее. Надо отыскать Песочника, он должен помочь его найти. Девушка вскочила на ноги, разбежалась и прыгнула с балкона. Ее тут же подхватили выросшие из-под снега колонны, быстро выстраивающиеся друг за другом под ее ногами. Она совсем забыла про оставленную на полу розу. Кромешник нагнулся и поднял ледяной цветок. В его пальцах он стал черным.       Это было раннее утро. Еще не рассвело, а деревенские мужики уже везли на городскую ярмарку вязаные изделия рукодельниц-жен, мясо и рыбу. Их группа была большая, но шли все молчаливо, стараясь не заснуть. Недуг кошмаров, ярких и приводящих в неописуемый ужас, распространился по всей округе. В деревне бабы говорили, что во всем виновата королева-колдунья.       «Отродясь среди королей да королев ведьм не было, вот же выпало нам жить да мучиться в век этакого выродка!» - сетовали они, а когда малые дети не желали спать, пугали их Снежной королевой, которая придет и заморозит их сердца. Не только дети, но и взрослые мужчины уже начинали в это верить, пережив за последние три года и холод, и голод, и войну, а особенно теперь, когда ничем не объяснимый и явно имевший мистическое происхождение кошмар не покидал их снов. И даже реальность делал сущим мучением.       Вдруг послышались странные звуки. Караван остановился, все, как один, оглянулись по сторонам. И тут увидели невдалеке шагающую на гигантских ногах Снежную королеву. Волосы ее растрепались, плащ бился на ветру, словно черные крылья. Одному молодому крестьянину померещилось, что она посмотрела прямо на него, и глаза ее сверкнули страшным леденящим душу огнем. Он схватился за сердце, словно пытаясь его защитить, и воскликнул не своим голосом:       - Королева-ведьма!       И, как эхо, принялись повторять его товарищи эти два слова, беспомощно суетясь на месте и не зная, куда деться от обуявшего их страха: никто из них ни разу не видел правительницу живьем. Когда она, переступая огромными ногами, скрылась из вида, крестьяне облегченно вздохнули, но один из них покачал головой:       - Вот нечисть! Видать, всю ночь в горах колдовала, чтоб добрым людям дурно спалось, а теперь перед рассветом к себе в замок возвращается… Так никто ничего и не знает.       И он смачно плюнул в снег. Молодой воскликнул внезапно даже для себя:       - Так надо-то им глаза раскрыть! Не наша она! Вот Анна – наша. Жених у нее из простых, я слыхал. Анну и надо на царство!       Все дружно и согласно закивали, ощущая себя едва ли не вершителями грядущей истории.       Анна тем временем снова проснулась из-за того же сна, что видела накануне. В этот раз девушка попыталась оттащить жениха от сестры, но совокупляющийся с ней Кристофф резко обернулся и ударил невесту по лицу, защищая свою любовницу. Анна почувствовала этот удар, словно он произошел наяву, и ей даже сейчас казалось, что у нее ноет щека. На этот раз она была первая на завтраке и сидела за столом совершенно одна. Вскоре, в положенное время, вернулся Кристофф. Каждый раз все одно и то же. Может быть, то, что происходит ночью – реальность, а дневные события – лишь часть ее заторможенного сознания? Парень спросил, где Эльза.       - Откуда я знаю? – буркнула в ответ Анна.       - Может, она приболела? – предположил он.       - Конечно, станется с нее… - хмыкнула та.       - Чего ты такая злая с утра пораньше? Я просто хотел узнать, все ли нормально с твоей сестрой, – не понял Кристофф. Это отчего-то еще больше рассердило находящуюся не в духе Анну:       - А почему ты не хочешь знать, все ли в порядке со мной?       Парень растерялся.       - Сядь, - велела девушка строго, и он подчинился. Помолчав, она произнесла, не глядя на жениха. – Я спросила у этой бессердечной, хочет ли она нашей свадьбы или нет…       - И что она?       - Она промолчала!       Глубокомысленно покивав головой, Кристофф смог выдать только:       - И?       Анна вспыхнула. Это было сродни удару во сне.       - Что «и»?! Что «и», Кристофф?! Ты так реагируешь, словно это мне одной надо!       - Ну а что я должен сделать? По-моему, это очевидно, что Эльза против нашей свадьбы…       - Ты должен поговорить с ней, как мужчина! Почему Я все время поднимаю этот вопрос?!       - Потому что я не хочу…       Повисла тишина.       - Не хочешь чего? – роняя слова, как тяжелые камни, спросила Анна. – Нашей свадьбы?       - Я не хочу с ней об этом говорить, - объяснил Кристофф. – У Эльзы и так полно забот, и она очень правильно делает, что держит себя в руках и молчит. Стоит ей сказать хоть одно слово, как меня вышвырнут из замка и разлучат с тобой. Я должен не разговаривать с ней, а доказывать, что я лучше, чем есть, чтобы она сочла меня достойным тебя…       - Так почему ты ничего такого не делаешь? – упорствовала девушка.       - Ты видишь, в каком я состоянии? Я едва соображаю, что делаю!       - Это точно, - резко оборвала Кристоффа Анна. – Может, ты и жениться на мне передумал. Зачем тебе я, если есть ОНА, такая величественная и недоступная, да? И главное, все еще свободная.       Кристофф опешил.       - Что ты такое говоришь, Анна?       - А то, милый мой, что я теперь совсем в тебе не уверена. Ты, вроде, хочешь нашей свадьбы, а вроде, нет. Ты, вроде, хочешь быть лучше, а вроде, нет. Так вот, пока я не пойму, чего ты по-настоящему хочешь, можешь даже ко мне не подходить, - вынесла свой вердикт та. Парень очень сильно обиделся на такие слова и буркнул, со скрипом отодвигая стул и вставая из-за стола:       - По-настоящему я сейчас хочу спать.       - Ну и иди спать, - бросила ему в спину Анна.       Прислуживавшая молодая женщина с большой родинкой над переносицей, стоя в стороне, молча наблюдала за этой сценой. Сестра королевы почувствовала себя настолько одинокой, что заговорила с ней:       - Не пойми все наши утренние разговоры неправильно, я просто… просто очень вымоталась за месяц. Если бы не эти кошмары… они делают из меня параноика…       - Все в таком положении, моя госпожа, - почтительно откликнулась служанка, вспомнив, как весь двор уже пересказывал пущенный ей слух о том, что магия королевы стала сильнее ее самой и захватила контроль над снами жителей Эренделла. Городские верили, что сон – отраженье души человека, и поэтому обвинение, в сердцах брошенное Анной, воспринялось услышавшей его позапрошлым утром служанкой как объяснение всех тех беспокойств, которые одолевали ее знакомых. Королева хочет завладеть их душами. От одной этой мысли возникало желание бежать, бежать как можно дальше… но куда бежать от столь великой магии? Остается только одно. Сопротивляться.       - С вашего позволения, - заметила служанка Анне, - мне кажется, что скоро все закончится.       Да, скоро все закончится. В городе уже нашлись те, кто готов сражаться. Сражаться за свою душу с темными силами Снежной Королевы.