Грязная Игра

Flashback 20 минут до смерти Мака Елена Райли очень нетипичная девушка. Начать хотя бы с того, что она служит в отряде специального назначения наравне с мужчинами. Из этого выходят и остальные странности. Её не интересует её внешность. Ну, почти. Елена обожает холодное и огнестрельное оружие, и не упускает ни малейшего повода, чтобы побоксировать. Каждый раз, когда её что-то беспокоит, или она просто не в настроении, её всегда можно найти на ринге в компании боксерской груши. Вот и сейчас она уверенным шагом шла к спортзалу, на ходу скидывая полевую куртку. Только переступив порог, девушка отбросила куртку в угол и изящным движением проскользнула под нижним канатом ринга. Над ним висела увесистая груша. Девушка достала из кармана штанов два длинных эластичных бинта и начала уверенно перевязывать кисти рук, чтобы предохранить суставы от повреждений. Не спеша, Елена терпеливо и скрупулезно наматывая бинт на свою тонкую кисть руки. С такими руками она могла бы стать художницей или играть на скрипке или пианино. Но этими руками она кидала гранаты, метала ножи и стреляла из автомата. Если бы её сейчас спросили, почему она пошла в армию, этот вопрос наверняка поставил бы её в тупик. Раньше у нее были причины для этого. Сейчас от них осталась лишь привычка. В то же время, если бы ей предложили уйти, она бы отказалась. Её нравилась её, с позволения сказать, работа. Но вчера Елена вдруг вновь почувствовала себя обычной девушкой, с обычными девичьими желаниями, страхами, предрассудками. Она ликовала от эйфории их первого с Джимом поцелуя. Это было так незабываемо, что ей на секунду показалось, будто бы она и не военная вовсе, а такая же девушка как все. И как любая нормальная девушка, она не смогла устоять перед Джимом, к которому она уже давно питала… симпатию, как минимум. Но что-то всё-таки заставило её уйти тогда. Она… побоялась. Побоялась, что их чувства помешают им нормально выполнять свой долг. Ведь их работа не терпит эмоций. Если с кем-то из них что-то случиться… Но Шэдоу не хотела об этом думать. Она принялась возмещать свою злость и разочарование на ни в чем не повинной груше. Начала с пристрелочных – пара джебов, потом нанесла двойку. Раз-два. Раз-два. Два-раз-два. Скоро груша уже вовсю раскачивалась от сильных ударов Шэдоу. История её боксерских навыков родом из далекого детства. Когда то к ней в школе приставала шайка местных мажоров – «крутые» парни с баблом, искренне верующих в свою непоколебимую вседозволенность. Вобщем, отбирали деньги, обзывали, всячески унижали. Тогда ей в голову пришла идея обратиться к старшему брату Саймону за помощью – тот как раз занимался единоборствами с младших классов. Этот день она помнит так же ясно, как вчерашний. - Надо же, нашей волчице-одиночке Хел нужна помощь старшего братца? – сказал весельчак Саймон ещё не до конца сформировавшимся голосом. Он самодовольно улыбался, сложив руки на груди. Девочка лет девяти, краснея от стыда, выпалила: - Так ты поможешь или нет? Она, было уже, развернулась, чтобы уйти, но её остановил голос брата: - Да ладно тебе, Хел! Конечно помогу. Я ж твой брат. - Правда, Саймон? – Елена бросилась на шею брату. - Так, все, хватить, отпусти меня! Прическу подпортишь, - Саймон демонстративно провел рукой по русой шевелюре, - Но, услуга за услугу. - Как всегда! – картинно закатила глаза Хел, - Чего тебе? - Ты сводишь меня за свой счет на футбол и в кафе! - Саймон! – грозно сказала она, сложив руки на поясе. - Ладно, ладно, - спохватился Саймон, зная, что его сестренка страшна в гневе, - только на футбол. Договорились? – он протянул ей руку. - Договорились! – она пожала ладонь брата. - Значит так, - начал Саймон, скидывая кожаную куртку и поднимая к верху кулаки, - основная боевая стойка… На губах скользнула едва заметная улыбка. «Хорошие были времена!» подумала она. После курса обучения от Саймона она на следующий день сломала главному мажору нос и повыдирала у его подружек волос на хороший парик. Директор школы сорвал голос. Елена сейчас вовсю месила грушу, давая волю тем эмоциям, что нельзя было выпускать на заданиях. Эта процедура проходила у нее регулярно по несколько раз в неделю. В этом заключалось ещё одно отличие Елены от остальных девушек. Простые девушки свои проблемы или описывают в личном дневнике или поведывают их подружкам. У Елены нет времени на первое и нет второго. Зато груша есть везде. Иногда в качестве груши выступали некоторые сослуживцы. Иногда ей кажется, что у нее начинается раздвоение личности – у нее есть как бы выключатель. Она резко может переключаться от дерзкого, нахального и смелого характера сержанта Шэдоу на спокойный, добрый и уравновешенных характер простой девушки из Манчестера, Елены Райли. Инь и янь, две стороны медали. Она пришла к выводу, что пора бы ей определиться - кто она? - Елена… От неожиданности она чуть не подпрыгнула. Голос звучал у нее за спиной, и она машинально развернулась и залепила кому-то правым хуком. Человек попятился, споткнулся и упал, держась за челюсть. - Твою же нахрен гребаную мать! – выпалил Джеймс, потирая ушибленное место, - Какого хрена?! Елена спохватилась и упала на колени рядом с ним. - Извини, Джимми, я рефлекторно! – извинялась она, прикрыв ладонями лицо. - Я догадался, - прошипел он, приходя в себя от удара. Он посмотрел на нее, смеясь, - Ну и удар у тебя! - Дай посмотрю, - она убрала его руку от его лица и осмотрела место удара. После быстрого осмотра она констатировала: - Если можешь болтать, значит, челюсть цела. Тебе повезло, - она посмотрела на него с ироничным упреком, - сто раз говорила тебе, что нельзя ко мне подкрадываться. Будешь знать! - Да уж, - он вновь взялся рукой за челюсть. Шэдоу встала и, ухмыляясь, протянула ему обмотанную бинтами руку. С её помощью Джим встал. Елена была довольна – она отомщена. Но в дальнейшем она его к себе не подпустит. - Ты чего пришел? – спросила она, начиная разматывать бинты. Джеймс пока молчал, пытаясь размять челюсть. После очередного такого движения челюсть с хрустом стала на место. Он вздохнул и начал: - Я… в общем, я хотел извиниться. За тот инцидент в… - Я поняла. А разве что-то было? – холодно спросила Шэдоу, отбрасывая один бинт и принимаясь за второй. Джеймс слегка опешил: - Ну, мы ведь целовались. Или ты… - Так, Рэм, давай забудем об этом, ладно? Начнем с чистого листа – я твой друг и напарник на заданиях. Не больше и не меньше. Договорились? Шэдоу протянула ему ладонь. Джеймсу было неприятен её холодный тон и слова, но он все-таки пожал ей руку. Как всегда, рукопожатие было чересчур сильным, как для девушки. - Договорились. «Пусть сохраню то, что есть, чем потеряю все» Елена заметила разочарование Джеймса. - Джим, мне тоже не хочу этого. Пойми, ты хороший парень, но… учитывая нашу профессию, думаю, нам не стоит начинать отношения. Слишком много боли – терять того, кто тебе близок. Я знаю это не понаслышке. Елена отвела взгляд от него. Перед глазами вновь всплыл образ Саймона. Иногда ей так его не хватает… Джим промолчал. Он тоже боялся, боялся её потерять. Джим понимал, что не простит себе её утраты и согласился с её предложением. - Я все понимаю. Слова словами, но их тянуло друг к другу, тянуло с неимоверной силой, им обоим хотелось жить сейчас, жить, не думая о последствиях. Вдруг совсем рядом раздался громкий взрыв. Джим машинально накрыл Елену своим телом. POV Елена Черт возьми, что это было?! Диверсия? Нас атакуют? Мысли в голове смешались, в ушах звон после взрыва. Когда я открыла глаза, то поняла, что Джим прижал меня к полу. Боже мой, какой у него крепкий торс! Я сейчас растаю. Нет! У нас ЧП! Никаких лишних эмоций, мы на войне! - Кхм-кхм, - откашлялась я, пристально смотря на него, - Ты не мог бы с меня слезть, пожалуйста? - О, да, конечно, - спохватился Джим и отодвинулся в сторону. Встаю на ноги и отряхиваюсь. - Ты цела? - Да, все в норме, спасибо. Что, черт возьми, это было? - Нужно разведать! – с этими словами он достал из кобуры Глок. Вся база столпилась возле все ещё горящих обломков Хаммера. Как стало известно из показаний очевидцев, в машине находился генерал-майор МакМиллан. Вовсю ходили слухи и разговоры, выдвигались самые невероятные теории, но одно было ясно, как Божий день – это была диверсия. «Феникс» была приведена в полную боевую готовность. Рейнджерам было роздано оружие, и они уже патрулировали территорию базы. Отряды саперов искали взрывные устройства, заложенные диверсантами. Но так как ничего не было взорвано кроме одного Хаммера, стало понятно, что целью диверсии был генерал МакМиллан. - Пошли, - Елена потянула Джима за собой, - нужно найти Прайса, пока тот чего-то не натворил. Они как раз проходили мимо одного из ангаров, когда чьи-то крепкие руки схватили их за шеи и затащили в затененный переход между постройками. Елена почувствовала, что ей становиться трудно дышать. Она не могла вырваться из этой стальной хватки. Джим тоже с трудом двигался, перед глазами стоял туман, предплечье, душившее его, сжималось все сильнее. Он из последних сил сделал попытку отбиться, но к его виску тут же был приставлен пистолетный ствол, диаметром 12,7 миллиметров. Неожиданно раздался тихий хрипловатый голос, услышать который они никак не ожидали: - Признавайтесь, что вы затеяли, ублюдки?! Прайс все ещё перекрывал им кислород своими предплечьями. Елена едва смогла выдавить из себя несколько слов: - Что… что это значит… Прайс?! – её голос звучал очень тихо и хрипло. - Тоже хотел спросить у вас. Вас подослал ко мне Мак, видимо потому что он вам доверял. А тот, кому доверяют, горазд воткнуть нож в спину! Джеймс был в ужасе. Ему было трудно поверить в происходящее. - Не сходи с ума, Прайс! – прохрипел Джеймс, искоса поглядывая на ствол Desert Eagle у своего виска, - Мы не предатели! - Джон… Джон, - пролепетала уже синеющая Елена, - Тебе плохо из-за потери близкого человека. Последнего близкого. Я… я была в такой же ситуации, поверь. Но ты должен… - она тихо похрипывала, - должен… мыслить разумно. Не дай эмоциям себя одолеть… Эти слова прозвучали едва слышно – Елена уже почти потеряла сознание. Прайс задумался на секунду. Вздохнув, он отпустил своих «жертв». Сержанты грохнулись на землю, начиная усиленно хрипеть и откашливаться. Они жадно глотали воздух. Как рыбы, выброшенные на берег, с той лишь разницей, что они более не задыхались. - Какого хрена ты делаешь, Прайс?! – откашливаясь, возмутился Джеймс, медленно вставая с четверенек, - Чуть не придушил! - Джим… - тихо отозвалась Елена, лицо которой стало приобретать здоровый оттенок. - Что?! - Заткнись, - она кивнула в сторону Прайса. Джон сполз вниз по стене ангара на землю, пистолет выпал из его руки. Его состояние было сейчас таким же, как и тогда, в Дубаи. Взгляд безволен, в душе пустота, полное равнодушие. В уме Прайса проносились призрачные образы. Образы всех тех, кого он знал, но кого он потерял. Гас, который вечно разряжал обстановку своими шуточками. Вот Захаев добивает его пулей в голову… Гоуст и Роуч – молодые парни, храбрые и бесстрашные в бою, но веселые и отзывчивые в жизни. Их тел даже не удалось найти. Соуп… Первый и лучший ученик, друг и… как бы он хотел, чтобы у него был такой сын. Он умер прямо у него на руках… И Мак – его учитель, наставник, верный друг, который был с ним большую часть его жизни, человек, который поставил его на ноги. Его больше нет. Ему вспомнились слова Мака по телефону. Кто-то стоит за всем этим. И он доберется до него. - Ты в порядке, капитан? – Елена подсела к Прайсу на корточки. Джон поднял на нее глаза. В них загорелся мстительный огонек. - Мне нужен твой компьютер. - Ну, блин нихрена себе здесь дерьмо заварилось! - Что дальше, капитан? - Нужно выяснить, какой следующий шаг этого гада. - Да, и как мы это сделаем? Вопрос Джима повис в воздухе. Наступило молчание, которое нарушил тихий голос Прайса: - Последними словами Мака была фраза «Найди Мэйсона». Елена подняла взгляд от монитора своего ноутбука, где они изучали информацию, собранную покойным МакМилланом. - Кто такой Мэйсон? – вскинула брови она. Прайс лишь пожал плечами: - Не знаю. Мак сказал мне, чтобы я нашел Дэвида Мэйсона. Сказал, что он поможет мне выйти на того ублюдка. Джим наклонился над экраном: - Пробей его по базам данных ОТГ и… - Нет, в базе данных ОТГ о нем нет ничего, он не попадал в круг кандидатов в бойцы или особо опасных преступников, - перебил его капитан. - Уверены? – спросила Елена, руки которой зависли над клавиатурой. - Абсолютно – я в этом отряде с первого дня его существования, - Прайс прижался спиной к стене и задумчиво почесал бороду. Спустя пару мгновений он медленно продолжил, - Если он знает подходы к этому Харрисону, то наверняка он как-то с ним связан. Пробей в базе данных ЦРУ. Неожиданно дверь в комнату отдыха открылась. Прайс моментально выхватил Desert Eagle, которым он пять минут назад угрожал Джеймсу, который только потянулся к кобуре, а Елена быстрым движением свернула все окна на рабочем столе. На пороге стоял солдат в американской военной униформе. На рукаве у него была черная повязка с двумя белыми буквами МР, такими же, как и на его черной каске. В руках солдат держал винтовку М16. Увидев, что на него наставлено два пистолетных дула, солдат с легкой задержкой поднял ствол винтовки. - Военная полиция! У меня приказ собрать у бойцов ОТГ-141 оружие. Прайс и не думал опускать ствол. - По какому основанию? – поинтересовался он, думая, куда удобнее выстрелить – в голову или в сердце. - На базе введено чрезвычайное положение. Порядок обеспечит военная полиция. Все оружие должно быть под замком на складах. - Странный приказ! – недоверчиво сказал Джеймс, который следовал примеру капитана и не опускал ствол Глока. - Приказы не обсуждаются! – сказал солдат, крепче сжавший цевье своей винтовки, - попрошу сдать оружие. Елена встала и, повернувшись спиной к представителю военной полиции, положила руки на пистолеты Прайса и Джеймса, опуская их вниз. Елена хитро улыбнулась и подмигнула им. Потом сержант развернулась и протянула солдату свое личное оружие. - Я надеюсь, нам его вернут? – спросила она невинно-любопытным тоном. Солдат опустил свою М16 и, закинув её на плечо, принял пистолет из рук девушки. Когда все три пистолета оказались у него, он, ничего не ответив, вышел из комнаты. - Так, и что это было? – протянул Джеймс, отводя взгляд от двери на Елену, которая вновь села за ноутбук. - Следующий шаг нашего мистера Харрисона, - ответила Елена, открывая папки на рабочем столе, - Он постарается убрать со своего пути ОТГ, так как только у нас есть сведенья о его темных делишках. - И сделает он это скоро, - задумчиво сказал Прайс, доставая сигару. Увидев её, Елена кашлянула и упрекнула ему: - Бросили б вы курить, сэр. Вредно, однако. - Отвянь, не будь занудой, - отмахнулся капитан, доставая зажигалку. Елена не унималась: - Ладно, дело ваше. Но я, как дама, попрошу вас не курить в моем присутствии. - Тьфу ты! – Прайс спрятал сигару. - Закончили лирическое отступление, - протянул Джеймс, - так как мы сможем что-то предпринять, если оружие под замком и вооруженной охраной? Взгляды устремились на Прайса, который стоял в тени, спиной к стене и сложив руки на груди. Как самый опытный и старший по званию, он был главным генератором идей. Выждав грамотную театральную паузу, Прайс тихо начал: - Раз уж Мака вычислили, то скоро доберутся и до нас. Это лишь вопрос времени. Так что нам придется действовать преждевременно. Это не будет превентивный удар – они уже нанесли его. Мы ответим. Мы закончим то, что считалось оконченным. Мы доберемся до него. Сержанты прониклись словами мудрого старика Прайса. Он был воистину отличным солдатом – воплощением офицера, готового на жертвы ради победы, способного подтолкнуть людей на решительные действия, как поступком, так и словом. - Будем действовать по старинке, - уверенно констатировала Шэдоу. - Нужна поддержка, - сказал Джим. - Я займусь, - Елена взяла со стола телефон. - Хорошо. Прайс понимал, что вновь рискует всем. Хотя сейчас у него в руках была только своя судьба. Это было его все. Он смотрел на этих молодых сержантов, откликнувшихся на его призыв, готовых пойти с ним до конца. Такие люди всегда его восхищали. Хотя на душе был легкий осадок, осознание того, что, может быть, он приговорил их к смерти. Но это их выбор. И им за него быть в ответе. В голове крутился один вопрос. Кто такой Мэйсон?