Голос мамы – шелестом ветра, царапаньем окна, взгляд мамин – подрагиванием фонаря, любовь мамина – тенями ночью под кроватью. Клаудия рассказывает о лисице, которая бродит меж черными деревьями, и рыжая шерстка ее – почти красная, раскаленным цветом между узкими, неприветливыми ветвями. Мелькает хвост один раз-другой, и острой гладкой коленкой, локтем, обнаженным плечиком – и в красный плащ.

Залитый солнцем, смеющийся парень, у которого, кажется, выше поднимет руку – и кожа будет прозрачной и полной света. И педофил из-за двери.

Мальчишка, которого притаскивают вместо старого друида спустя год, действительно мальчишка. От него смешно пахнет - будто украли прямо из поселка - каким-то пряным запахом человека. Никто так не пах - даже старый друид. Тот слишком долго пробыл в стае. Мальчишку зовут Стайлзом, он даже не плачет - смотрит серьезно, как воробей, глазами-бусинами, и вздрагивает, когда его кутают в одну из шкур.

Артур ранен и бредит Имсом.

«Упавшими в море» называли тех, кто был не от мира сего. И всем казалось, что Джим – вот такой, подлинно ненормальный, темный, плавно-быстрый, в этом море и остался. Мориарти не отвечал – думал про себя, что у него не море, а океан.