История призрачной надежды

      Когда первые огненные шары озарили ночное небо, Санса схватила малютку Эйрин и забилась в дальний угол своей опочивальни, неистово вознося молитвы о спасении старым и новым богам. Через несколько часов после начала штурма Клиган ворвался в комнату, держа в руках скомканный пергамент. - Пташка, собирайся – здесь становится слишком жарко! – проговорил он, оглядывая комнату. – Пташка?! - Я тут. – проговорила Санса голосом, полным отчаянья. Пес подошел ближе и присел на колени напротив нее. – Это как будто страшный сон, который я вынуждена переживать снова и снова. Опять я вижу объятый огнем город, слышу крики сотен людей, корчащихся в предсмертной агонии, опять приходишь ты и предлагаешь нам бежать. Но куда нам бежать? От прошлого нет спасения, и куда бы мы не направились, тени минувших дней повсюду будут преследовать нас.– пролепетала девушка, сильнее прижимая к груди маленький сверток. – Боги отвернулись от нас.       Клиган встряхнул девушку, пытаясь привести ее в чувства и проговорил: - Боги еще здесь, Пташка. Вспомни, сколько всего нам пришлось пережить, сколько раз наша жизнь висела на волоске! Каждый из нас до дна испил чашу боли и разочарования, мы видели смерть близких, но мы еще живы. И ты, и я, как могли, боролись за жизнь, и смерть обходила нас стороной, и сейчас не время сдаваться.       Слова Клигана будто вывели девушку из оцепенения. Она поднялась, и начала наскоро бросать вещи в дорожную сумку. - Город захвачен? – спросила она. - Пока что нет, но Станнис обещает даровать прощение всем жителям, которые согласятся принять капитуляцию и присягнуть ему, уверяет, что его войско сопровождают несчетные повозки с провизией, которую он раздаст голодающим жителям. – Клиган указал на скомканный листок, - Скоро поднимется бунт, Пташка, и город поглотит сам себя. Нельзя терять ни минуты. - А Серсея? - Заперлась со стражниками в башне и наверняка опустошила уже не один графин с вином, но думаю, что ей придется бежать или же принять смерть. Странно, что тебя не забрали вместе с ними. - Мы спрятались, когда воины из ее личного эскорта пришли за нами, а искать они и не пытались. - Ничего удивительного, мальчики подпустили в штанишки, как только раздался свист первых выстрелов. Всем не терпелось вернуться под защиту толстых стен башни, а не бегать по замку, разыскивая тебя.       Девочка мирно спала на руках Сансы, и хотя бы за это стоило возблагодарить богов. Когда все было готово, девушка взяла кусок плотной ткани и перекинула его через плечо, туго обвязав вокруг спины, и положила малютку в импровизированную сумку, прижав ее к груди. Клиган одобрительно кивнул и оглядел Пташку с головы до ног. - Слишком длинное платье, - проговорил он и одним движением кинжала укоротил подол чуть ли не в половину.       Он обнажил огромный меч и уже направился к выходу, когда она окликнула его: - Сандор, ты можешь кое-что мне пообещать?       Клиган слегка замялся, но потом одобрительно кивнул, бросая на нее вопросительный взгляд. - Я даже думать боюсь о том, что будет, если наш побег не удастся. Мысль, что Эйрин может постигнуть та же судьба, что и детей Рейгара Таргариена, сводит меня с ума. И я прекрасно знаю о том, что твой брат сделал с Элией Мартелл, поэтому пообещай, что рука, которая занесет меч над нашими головами, будет принадлежать тебе. – по ее щекам катились слезы, но глаза были преисполнены твердой решимости, против которой невозможно было бороться. – Пообещай подарить нам быструю смерть, Сандор.       При этих словах Пес будто врос в плиты, до его разума доносились отголоски ее фраз, и меч безвольно повис в его руке, ударившись острием о каменный пол. - Прости, Пташка, Я не могу... - Что ж, тогда, как твоя королева, я приказываю тебе сделать это.       Находясь на службе у Ланнистеров, Клиган привык убивать, не задавая лишних вопросов, идти на смерть без страха и сожаления, исполнять приказы, не задумываясь о чести и морали. Он лишал жизни мужчин, женщин, детей, без сожаления обагряя свой меч невинной кровью. Всю жизнь Пес был лишь слепым оружием своего господина, но сегодня… сегодня он держал в своих руках чашу жизни и смерти, и на этой чаше находились два самых дорогих для него создания. Два человека, существование которых, полностью зависело от него. Осознание того, что в случае неудачи именно ему придется обрубить нить их жизни, обрушилось на него неподъемным грузом ответственности и страхом перед неизвестностью. Какое-то время Клиган молчал, пытаясь побороть себя и собраться с силами, но потом направился к двери, бросив ответ на ходу: - Пусть будет так. Пойдем, мы не можем больше терять время.

***

      Они шли по пустым лабиринтам из коридоров Красного Замка: даже сейчас, прожив тут несколько лет, и обойдя все проходы не по одному разу, Санса не могла наверняка сказать, где именно они находились. Стены и ходы были удивительно знакомы, но в тоже время девушка не узнавала их. Она поймала себя на мысли, что если бы оказалась здесь одна, то непременно заблудилась, но ее спутник, судя по всему, прекрасно знал дорогу, и девушка покорно следовала за ним.       Спустя несколько минут беглецы подошли к винтовой лестнице, которая вела к казарме королевских гвардейцев. Из-за двери доносились то ли ожесточенные споры, то ли пьяные крики. Клиган повернулся к Сансе, приложив палец к губам, тем самым приказывая сохранять тишину, и они медленно двинулись вперед. У одной из стен раздался оглушающий взрыв, и крыша какого-то строения вспыхнула алым пламенем, озаряя небо ярким светом. Девушка сильнее прижала ребенка к груди, но малышка, испугавшаяся грохота, залилась протяжным плачем.       Споры мгновенно стихли, и послышался звук приближающихся шагов. Клиган выступил вперед, закрывая собой хрупкую фигурку королевы. - Так-так-так, далеко ли собрались, Клиган? – проговорил Борос Блаунт, обнажая свой клинок. Двое воинов, облаченных в красные плащи, сделали тоже самое. - Тебе какое дело? – проревел в ответ Пес, - Ступай назад, и делай то, что собирался…       Противники медленно обступали его со всех сторон, замыкая круг. - Пирс, убей его, - раздался визгливый голос королевского гвардейца.       Юноша, выступил вперед под одобрительные возгласы собравшихся, и сделав достаточно неуклюжий выпад, бросился на Клигана, тот одним движением отразил удар, отшвыривая противника в сторону и набросился на Блаунта, который едва успевал уворачиваться от свирепых ударов, которые один за одним сыпались на его голову. Гвардеец пошатнулся, споткнувшись о лежащего за его спиной Пирса, и с шумом рухнул на каменную плитку. Пес ногой отшвырнул его меч и навис над ним огромной, танцующей под бликами огня, тенью. - Пожалуйста, пощади… - взмолился Борос, выпучив полные ужаса глаза. На секунду меч Клигана в сомнениях завис в воздухе. Перед его мысленным взором предстала сцена, где тот, срывает с Пташки шелковое платье, наносит удары по нежной коже…ярость, молниями засверкала в его глазах, и он произнес: - Избивая женщин, ты проявляешь куда больше доблести. – меч, отражающий отблески пламени, взмыл в воздух и рассекая доспех, пронзил трепещущую грудь. Кровь хлынула из раны, заливая белоснежный плащ и землю вокруг. Блаунт, захлебываясь собственной кровью, издал булькающий всхлип, в предсмертных судорогах впиваясь пальцами в каменные плиты, и навеки закрыл глаза.       Клиган оглядел последнего соперника, в нерешительности наблюдавшего за дракой, и направился к нему. Парнишка, лет пятнадцати, в страхе бросил меч на землю, и опустился на колени, моля о пощаде. Пес стальным кулаком нанес ему удар, и тот, теряя сознание, рухнул на землю рядом с телом своего сослуживца. - Пташка!!! Ты где? – позвал он, оглядывая залитую кровью площадку.       Ответом ему была тишина, нарушаемая плачем младенца где-то неподалеку. Мужчина направился в сторону доносившегося шума, и вскоре обнаружил свернувшуюся клубком фигурку, спрятавшуюся за стогом сена. Девушка прижала к себе ноги, пытаясь защитить ребенка у своей груди, и закрыла руками уши, чтобы не слышать лязга мечей. Клиган коснулся ее плеча, и Санса обратила на него полный ужаса взгляд. - Ты должна быть сильной, ради дочери, Пташка. Сейчас не время впадать в панику. – проговорил он, поднимая девушку. Из конюшни послышалось приветственное ржание, Неведомый, почувствовав присутствие хозяина, стал нервно топать копытами, будоража остальных коней. - Не сейчас, мой друг! – проговорил Клиган голосом, полным сожаления. – Идем, нам нужно торопиться.       Завернув за угол, они миновали кухню, набивая сумки снедью, лежавшей на столе, пересекли внутренний дворик, и снова углубились в лабиринты замка. - Куда мы направляемся? – спросила Санса, наконец, обретя дар речи. - К подземному ходу. Он проходит под Черноводной и выведет нас причалу. – не оборачиваясь ответил Клиган. - Откуда ты знаешь о нем? - Пташка, я много лет был телохранителем Джоффри, ни по одному разу обошел этот замок. Иногда, чтобы узнать тайны, которые скрывает твердыня, достаточно один раз оказаться в нужное время в нужном месте.       Они оказались в каком-то темном помещении, мужчина провел рукой по стене, пытаясь нащупать древко старого факела, быстро высек искру и в тусклом свете, озарившем огромный зал, стали медленно вырисовываться чудовищные силуэты. Со всех сторон их окружали драконьи черепа, наблюдавшие за ними из пустых глазниц. Санса в ужасе поднесла руку к губам, пытаясь заглушить крик, который в любую минуту готов был вырваться из ее груди. - Где мы? - Не бойся, Пташка. Они мертвы уже много столетий. – послышался со спины скрипучий голос Клигана.       Они стали медленно продвигаться через ряды черепов, оскаливших на них огромные клыки. Некоторые из них были настолько огромны, что в раскрытой пасти мог поместиться конный всадник в полной амуниции, другие же не превышали размером голову обыкновенной кошки. - При правлении Таргариенов эти черепа висели в Великом чертоге, но когда к власти пришел Роберт Баратеон, их заменили гобелены, изображавшие сцены охоты, а черепа за ненадобностью, поместили в это подземелье и вскоре забыли о них, – пояснил Клиган.       Санса неоднократно слышала эту историю, но сейчас взирая на величественные останки древних чудовищ, холодок пробежал по ее спине. Подойдя к дверному проему, Пес нащупал тяжелое железное кольцо, прикрепленное к дереву, и с силой потянул его. Дверь мгновение посопротивлялась, а потом начала медленно поворачиваться внутрь с громким скрипом, способным вырвать бездушных чудовищ из векового сна. Девушка в ужасе обернулась, бросая последний взгляд на вымерших существ, и проскользнула в открытую дверь.       В подземелье чудовищ было темно, но коридор открывшейся ее взору, показался Сансе самой черной из всех семи преисподних. Факел отбрасывал тусклый свет лишь на несколько шагов, а впереди был непроглядный мрак, который, возможно был наполнен куда более ужасными порождениями ночи, чем те, что остались в злополучном коридоре. Девушка нервно сглотнула и ухватила Клигана за руку. - Мне кажется, что этот коридор приведет нас в сердце самой глубокой преисподней, - прошептала Санса, прижимаясь к нему всем телом. - Леди Старк, Вы, кажется, наслушались детских сказок, - сказал Клиган, явно позабавленный фразой Пташки, - Все коридоры куда-нибудь ведут, но не беспокойтесь, выход из этого будет не таким мрачным, как Вы предрекаете,- а потом более серьезно добавил, - А теперь послушай меня внимательно: пол и стены очень скользкие. Ступай аккуратнее и ничего не бойся. Не многие из обитателей замка знают об этом ходе, поэтому не думаю, что нам встретятся попутчики.       Они достаточно долго шли по узкому коридору, окруженные лишь густой темнотой, проникающей в самые отдаленные уголки человеческой души, пока, наконец, не уперлись в стену, преграждавшую путь. Клиган поднес факел к кладке и стал обследовать камни, пытаясь найти тот единственный, который способен привести в движение противовес, и выпустить их из каменной ловушки. - Ты делал это раньше? – нарушая тишину, раздался голос девушки. - Самому не приходилось – ответил мужчина, продолжая обследовать камни. - Но с чего ты решил, что здесь есть проход? - Ну, во-первых, такой туннель не может просто так взять и оборваться на середине, а во-вторых, однажды мне пришлось стать невольным свидетелем того, как каменная громада раскрывает свои тайны. Смотри на факел, - проговорил мужчина и поднес огонь к стене. - Пламя дрожит, - неуверенно произнесла Санса. - Именно, это сквозняк, Пташка, а за стеной пустое пространство, необходимо просто найти рычаг, - проговорил Клиган, продолжая свои поиски, – а вот и он! – изрек Пес, вдавливая внутрь огромный камень. Послышался отдаленный стук, стена подалась вниз, открывая проход. - О, Боги! – прошептала Санса, вглядываясь в пустоту, царившую по ту сторону двери.       Беглецы продолжили свой путь, осторожно ступая на каменные плиты. Санса полностью потеряла ощущение времени, но судя по тому, как предательски ныли ее ноги, она решила, что прошла по извилистым коридорам не одну милю. Малышка Эйрин спокойно сидела у нее на руках, изредка хватая маленькой ручкой выбившиеся из косы рыжие пряди. Усталость брала свое, но девушка старалась держаться и не показывать свою слабость. - «Еще чуть-чуть, потерпи – скоро все это закончится» или -«Терпи, с каждым шагом ты будешь становиться сильнее» - говорила она себе, но находясь рядом с Клиганом, она не хотела быть сильной, она хотела быть маленькой Пташкой, ищущей защиту в руках сильного воина. Сандор, заметив мученическое выражение ее лица, замедлил шаг, про себя извиняясь за то, что не может сделать для нее больше. - Терпи, Пташка, осталось недолго. – мужчина посветил факелом себе под ноги и ступил в какую-то густую вонючую жижу, сделал несколько шагов вперед и обернулся. Девушка стояла на том месте, где он ее оставил, брезгливо взирая на смердящую кашицу, и стараясь победить очередной приступ дурноты, подкатывающий к ее горлу. На ее лице застыла гримаса отвращения, которую она безуспешно пыталась побороть в тот момент, когда почувствовала, как Клиган легким движением подхватил ее на руки. - Держи факел и старайся светить передо мной, – проговорил мужчина и медленно двинулся вперед.       Жижа мерзко хлюпала под ногами, отравляя своим смрадом каждый вздох, с каждой минутой тошнота подкатывала все новыми приступами, сдерживать которые становилось все труднее. Голова кружилась настолько, что девушка в любой момент готовилась потерять сознание, но все же сохраняла ощущение реальности. - Да, Пташка, в твоих любимых песнях спасение прекрасных дам, выглядит куда более возвышенно, но вот реальность всегда смердит дерьмом.       Когда они выбрались из подземелья, на востоке уже появились первые признаки приближающегося рассвета. Санса огляделась вокруг и обнаружила, что они стоят в жерле сточной канавы, извергающейся в реку. Красный замок, объятый огнем, возвышался на горе в нескольких милях от них.       Бросив быстрый взгляд на свое платье, девушка тихо ужаснулась: наскоро обрезанный подол был заляпан огромными пятнами, источавшими отвратительный запах, ее накидка, пропитанная потом и влагой, облепила тело, стесняя движения, а волосы, выбившиеся из прически, беспорядочно свисали на плечи. Клиган выглядел еще более скверно: белый плащ разодранными лохмотьями свисал с плеч, а к низу насквозь пропитался отвратительной жижей и, судя по всему, втрое прибавил в весе. Шерстяные бриджи и рубаха под панцирем насквозь пропитались потом и грязью, ошметками слетающей при ходьбе. Доспех до сих пор хранил на себе следы запекшийся крови, а волосы отдельными прядями прилипли к потному окровавленному лицу. - От одежды пахнет невыносимо, нам необходимо найти место, где мы сможем смыть с себя эту грязь. - Сейчас не время полоскаться, Пташка, идем.       Мужчина подхватил ее за руку и направился в противоположную от города сторону. - Если мы пойдем вдоль берега, через несколько миль наткнемся на небольшую бухту. Иногда туда приплывают рыбаки, чтобы расставить сети, но не думаю, что сегодня там кто-то будет. Там мы передохнем и продолжим свой путь. - Но куда мы направимся? - В нескольких милях от берега нас ожидает корабль. Пару недель назад я договорился с капитаном и с лихвой заплатил ему за молчание. На лодке мы доберемся туда, а дальше тебе решать. Хочешь, поедем на Север, хочешь в Дорн или Вольные города. Ну а сейчас надо идти.       Как и предсказывал Клиган, в бухте не было ни души. Шум волн, ударявшихся о песчаный берег, успокаивал расшатанные нервы, а свежий ветерок приносил с собой долгожданную свежесть. В тени деревьев Санса разровняла ногой песок, делая что-то на подобии кроватки, и отвязала слинг, в котором тихо дремала Эйрин. Она аккуратно пристроила малютку на импровизированное ложе и, забыв о стыдливости, сбросила с себя грязную одежду. От тела пахло так скверно, что девушка, не обращая внимания на Клигана, с изумлением наблюдавшего за ней, зашла в море.       Вода приятно омывала уставшее тело, смывая с него не только сточную грязь, но и усталость, сковавшую мышцы. Санса плавала до тех пор, пока ощущение чистоты к ней не вернулось, а потом направилась к берегу, чтобы постирать платье и накидку.       Клиган, оставшийся охранять спящую малышку, стал медленно стягивать с себя тяжелые доспехи и грязную одежду, когда услышал детский плач, сообщающий о пробуждении девочки. Мужчина подошел к малютке и неуверенно взял ее на руки, пытаясь покачать, как делала это Санса и остальные матери, но девочка не унималась, все больше захлебываясь криком. В этот момент ощущение собственной никчемности накрыло его, словно огромная волна. Несмотря на свой образ жизни, Клиган умел делать многое из того, что не относилось к военному искусству, а в теории знал еще больше, но не имел ни малейшего понятия о том, что необходимо сделать, чтобы успокоить этого ребенка. И сейчас, находясь один на один с собственной дочерью, чувствовал себя абсолютно беззащитным перед ее плачем.       Мужчина беспомощно обвел взглядом бухту, пытаясь привлечь к себе внимание Пташки, но та, услышав детский плач, уже спешила к ним. Она взяла малышку на руки и проговорила: - Необходимо поменять пеленки и покормить Эйрин.       Клиган молча кивнул и направился к берегу, чтобы смыть с себя грязь и выстирать одежду, искоса поглядывая на Сансу, приложившую малышку к груди. Для нее материнство казалось столь естественным и простым делом, что он устыдился своей беспомощности, но тут же одернул себя мыслью о том, что воспитание детей это женское дело, и лишь подивился тому, с какой легкостью Пташка успокоила крикливое создание.       Когда он вернулся, девочка мирно лежала на руках матери, обернутая в одну из его рубах, а Пташка тихо напевала ей очередную песенку. - На таком солнце вещи высохнут быстро, - проговорила девушка, покачивая малышку. – Что мы будем делать дальше? - Ждать! – коротко ответил Клиган. - Ждать чего? - С восходом луны капитан отправит за нами лодку. Сейчас главное не привлекать к себе лишнего внимания. Постарайся отдохнуть, ночь была долгой, а я схожу осмотрюсь.       Санса откинулась спиной на огромное дерево, и вскоре задремала, сломленная усталостью.