Возможный исход

Сразу же с рассветом Леголас собрал немногочисленные вещи и без сожалений покинул необжитую комнату. Спустившись к пристани, откуда они должны были отходить в сторону равнин,он увидел стоящего около ступень, уходящих под воду Элронда.Владыка был хмур и едва лишь кивнул принцу в приветствие.Вовремя прикусив язык, Леголас промолчал и закинул лук на плечо. Послышав позади шаги, он обернулся. По каменным плитам недовольно шел приземистый Гимли;недовольно взглянув на эльфов, он поправил свою кованую кольчугу.Маленькие глазки излучали недовольство - похоже гном банально не выспался. За поворотом из-за густого кустарника послышался довольный голос Сэма.Он шел рядом со своим хозяином, излучая в отличии от гнома благодушие и довольство. Пипин и Мерри кутались в плащи, шлепая босыми ногами по каменным плитам, холодным после ночи и мокрым, от набегающих волн. На длинном поводу Сэм вел понурого пони, нагруженного поклажей. Животинка была вычищена и просто сияла чистотой, а от исхудалости не осталось и следа. За хоббитами быстрыми шагами шел Гэндальф, по привычке надвинув войлочную шляпу на самые глаза. Вскоре быстрыми шагами вышел Арагорн, с сожалением посмотрев на Арвен.Дочь владыки Ривенделла улыбнулась и опустила глаза, ободряя его. Последним из замка вышел Боромир. Леголас с нахлынувшим раздражением наблюдала как гондорец неторопливо спускался с открытой веранды, оставляя за собой грязные следы.Элронд незаметно поморщился, и, как Леголас был готов поклясться, с брезгливым выражением осмотрел неопрятного мужчину. Элронд оглядел всех присутствующих, и шепнув что-то Гэндальфу, ободряюще посмотрел на Фродо.Бесконечный взгляд синих глаз был устремлен на Север, а руки,движимые иррациональным страхом,терзали цепочку с Кольцом. *** После последних напутствий, Гэндальф последний раз оглянулся на великолепный Ривенделл и двинулся вперед.Арагорн пошел за ним,вглядываясь в горизонт, а сзади, прикрывая хоббитов, шли Гимли и Леголас. Гном недовольно сопел, пытаясь успевать за остальными, а принц Темнолесский вновь погрузился в воспоминания. Несколько часов спустя на всех нахлынуло уныние. Они отошли всего немного от сияющего горного Ривенделла, а горные перевалы сменили пустые и неприветливые поля высохшего вереска.Ветер приносил пепел откуда-то, а по дороге периодически встречались пустые пепелища. Арагорн внимательно осматривал каждое, но так ничего не узнал. Обычный костер, не распространившийся дальше по сухой траве. Не было не следов от стойбища, даже не было ничьих следов вокруг.Вздохнув, все двигались дальше, до очередного перевала. Наконец-то стало темнеть и все решили переждать ночь.Укрытий не было никаких, поэтому в пустом поле тревога преследовала повсюду. Когда хоббиты развели костер, Боромир отправился на свой пост. Ясно было что он не очень доволен своей кратковременной должности, но его должен был сменить Леголас, проверявший пока стрелы. Ночью в степи очень тихо, в отличии от дня. Ветер практически стих, не шелестела пожелтевшая трава, но для эльфа время бежало быстро и он сменил Боромира раньше времени. Стоя неподалеку от стоянки Хранителей, чуткий слух Леголаса уловил где-то неподалеку треск.Насторожившись, он схватил стрелу и натянул лук, пытаясь уловить в беспросветной теме хоть что-нибудь. Внезапно примерно в одной лиге оттуда резко вспыхнул огонь, беспощадно пожирающий траву. Завороженный игрой пламени, эльф очнулся только тогда, когда трава в определенном радиусе выгорела и огонь, все еще хватающийся за жизнь, потух, оставив несколько слабых язычков пламени на пепелище. Оглянувшись и приготовив кинжал,он быстрым шагом дошел до места, представляющий собой огромный природный очаг. Не осталось лаже золы, выгорело все подчисто, только еще горячий пепел парил в раскаленном воздухе. *** Рано утром Леголас продолжал сидеть в густой траве, размышляя о ночном пожаре.Сзади к нему подошел Странник и ничего не говоря положил ему руку на плечо. Там уже суетился Сэм, готовя завтрак, а Гимли недовольно бурчал, жмурясь от солнца. Вернувшись обратно, он накинул плащ и взял лук, отказываясь от еды. Опять весь день их ожидала тоскливая степная дорога, а до гор было еще далеко...