Daddy

Прошло дней пять с того момента, как я оказался в этом полицейском притоне. Хочу сказать, были времена и получше в моей жизни. Кормили здесь отменной гадостью в виде переваренных каш трехлетней давности, супов, в коих кусочек картошки или морковки был большой редкостью, и десертов, состоявших из черствой булки с засохшим творогом. Однако еда была далеко не самой страшной частью распорядка моего дня. Полицейские обращались со мной так, будто я был простой половой тряпкой, а не живым человеком. Они говорили странные вещи, утверждали, что дом Саске принадлежал мне, что руководителем того самого сайта являлся именно я. Как? Откуда такая информация? Не мог же Учиха подделать документы всего часов за десять. Не мог же он так меня подставить после всего, что я от него терпел?! Мое дело уже совсем скоро должно было дойти до суда. Полицейские обещали, что срок мне дадут достаточной для того, чтобы я понял всю тяжесть своего преступления. Это был конец. Все окружающие меня люди были уверенны в том, что именно я был убийцей. Когда я говорил о Саске - все смеялись. Они думали, что я придумал его. Ха-ха. Конечно. - О чем задумался, малыш? – с издевкой бросил мне один из тех копов, которые не первый день вели со мной разъяснительные беседы, в народе именуемые «допросами». - Да так. Думаю о том, как хорошо было бы сейчас на свободе, - я саркастично улыбался, хоть на самом деле хотел плакать, как маленькая девочка, не получившая на ужин вкусных конфет. - Не вляпайся ты в это дело – все шло бы гораздо лучше. Самооборона самообороной, а шесть глубоких ранений холодным оружием это перебор, - говорил тот. – Возьми сигарету, да успокой нервишки. Не будешь ничего утаивать от полиции, срок будет не так велик, - напоследок сказал мужчина, протянув мне красный мальборо. Они, все эти люди, разодетые в форму, все, как один твердили мне одно и тоже: расскажешь полиции все произошедшее так, как это было на самом деле, и срок убавится. Однако я и так говорил чистую правду, но никто мне не верил. Меня постоянно спрашивали о тех пропавших людях, о том: что, кто, когда, где. Я говорил правду, говорил, что видел всех на приеме у Саске. Говорил о смерти Сасори. В ответ копы лишь странно на меня смотрели, все время заставляя вспоминать точные подробности событий. Как же это осточертело. Как же я хотел выйти на волю. Как же я хотел предотвратить убийство. Мне хотелось сбежать, но я не имел возможности. Хотел доказать, что я не виновен, но «факты» полиции говорили сами за себя. В любом случае еще со дня смерти Сасори я понимал, на что иду. Понимал, что Саске так просто не успокоился бы без медикаментозной помощи со стороны врачей, понимал, однако верил в обратное.

***

Было около одиннадцати часов утра, когда вдали коридора из своей клетки я увидел до боли знакомую фигуру. Небрежная, самоуверенная походка… Пухлые, манящие губы… Блестящие глаза, в которые я когда-то влюбился… Не знаю, был ли я рад в тот момент, или же хотел собственноручно задушить брюнета. Я испытывал противоречивые чувства, но никакой ясный, трезвый разум не мог унять быстрое биение моего сердца, как и судорожные мысли о том человеке, кой шел быстрым шагом по направлению ко мне. - Давно не виделись, мой мальчик, - в груди потеплело от слов, обращенных ко мне таким родным голосом. – У тебя много вопросов. Я знаю, возможно ты уже ненавидишь меня, но повремени с тем, чтобы осыпать меня проклятьями, я хочу кое-что объяснить из всего, что случилось меньше недели назад, - я заворожено слушал этот нежный, самый дорогой мне голос, не в силах сказать что либо. – Я испугался, Наруто. Я смотрел на мертвое тело того мужчины и с ужасом понимал, что натворил. И вот, когда я перевел взгляд со своих грязных рук на тебя, то испугался пуще прежнего. Ты смотрел на меня не так, как всегда, не с любовью, в твоем взгляде не было ничего, что могло бы меня утешить. Ты смотрел с ненавистью, чего я всегда так боялся. В тот момент я позабыл о той семейной паре, из-за которой мы вызвали полицию, забыл о звонке в нее. Я лишь хотел уйти от твоего взгляда, от твоей неприязни ко мне, Наруто. Я просто не мог этого перенести. - Допустим, Саске, предположим, что ты действительно забыл о полицейских. Но не можешь ли ты объяснить мне, как произошло так, что твой дом почему-то оформлен на меня? Будто мой покойный дед завещал его мне? – Саске выглядел весьма виновато. Он переминался с ноги на ногу. Теребил в руках уже слегка мятую пачку винстона, покусывая свою нижнюю губу. - Я боялся того, что у меня опять начнется приступ, боялся, что меня посадят, а ты останешься без работы и дома, поэтому я переписал документы на тебя еще пару недель назад, - объяснял Саске. - Хорошо, допустим, ты мне не врешь, но как тогда… - С кем ты разговариваешь, парень? – громко вскрикнул один из копов, перебив тем самым меня. - С Саске, вот же он, вы смеялись надо мной, но он сам пришел меня наведать. - Тут никого нет, - с недоверием произнес полицейский. Я перевел взгляд с мужчины в то место, где еще пару секунд назад стоял Учиха, однако его больше там не было. Он не мог просто уйти, я бы заметил это. Прошло слишком мало времени! Что за черт здесь творился? - Где он? Саске только что приходил, он же стоял здесь! Какого хрена! Саске, - орал я, сотрясаясь. Из моих глаз вот-вот полились бы слезы, если бы услужливый защитник всея города и граждан вновь не перебил меня, открывая мою камеру. - Успокойся, парень, у нас повсюду стоят камеры, давай мы вместе с тобой просмотрим запись сразу после того, как ты пообщаешься с одним человеком, которого ты отлично знаешь, - спокойно говорил тот, ведя меня в комнату для допросов за локоть.

***

Когда я зашел, то увидел Хинату, сидящую за столом, возле еще одного полицейского, озадаченно глядящего на меня. Девушка заметно изменилась: когда-то длинные волосы, сейчас еле доходили той до плеч, а беременный, округлый животик резко исчез куда-то. - Хината, ты что, уже родила? Еще же не подошел срок, - я говорил взбудоражено, волнуясь за свою подругу. - Парень, сейчас ты услышишь то, к чему готов явно не был. Прошу, присядь за стол, - ничего не понимая, я сел за стул, надеясь на не слишком печальные вещи. Интересно, где пропадал этот засранец, Инузука? - Наруто, послушай, - начала Хината. – Ты рассказывал следователям о том, что мы с Кибой были с тобой на новый год в доме Саске, так? – в ответ я лишь согласно махнул головой, прекрасно помня, как мы тогда сидели с ребятами. – Киба умер два года назад вместе с нашей дочерью. Они летели в самолете и, по пути из Англии обратно в Америку случилась катастрофа. Мы вместе с тобой были на похоронах, Наруто, ты помнишь это? – я не мог поверить в услышанное, я же только недавно общался с Кибой, весь этот год я говорил с ним по скайпу, пил пиво. Я же помнил. Во рту все пересохло. У меня кружилась голова, а воспоминания о тех самых похоронах медленно проносились перед глазами. Я видел картинки, в которых вместе с Хинатой мы рыдали на кладбище, хоть тела Кибы и его дочки Морин так и не были найдены. Я видел, как после этого мы сидели с девушкой в баре и заказывали уже двадцатые стопки виски, не имея сил остановиться. В тот день мы ночевали у меня и, будучи в стельку пьяными, рассказывали разные истории и двух родных нам людях. Но ведь этого не могло быть! Почему я тогда видел Кибу? Почему помнил, как Хината сама рассказывала мне о своей беременности? Ведь это было пару месяцев назад! В глазах темнело, а воздух в легкие еле-еле поступал, отчего мне казалось, что через секунду я потеряю сознание. - Но почему я тогда видел вас с ним? Его? Почему, Хината? – мой голос дрожал. Эти слова были всем, что я смог сказать. - Это еще не конец, малыш, - тихим голосом проговорил полицейский. – Мы навели кое-какие справки. Саске Учихи не существовало никогда. Он не рождался в пределах Америки и, более того, никогда сюда не приезжал. Его не видел никто, кроме тебя, ты понимаешь, о чем я? – говорил тот, однако я уже еле слышал, пытаясь в тот момент глотать как можно больше воздуха, который никак не хотел в меня поступать. – Вот запись коридора, вместе с камерой, в которой ты сидел все это время. На записи было видно, как я мигом спрыгнул с жесткой постели и подошел к прутьям, крепко за них взявшись. Я все время смотрел в одну точку, и разговаривал, хоть рядом со мной абсолютно никого не было. Позже ко мне подошел полицейский. Я помнил, что это за запись и, что происходило в тот момент. Слезы предательски лились из глаз. Саске ведь не мог быть выдумкой. Я не мог просто придумать себе самого дорогого человека и видеть его впоследствии каждый день. Такого ведь не могло быть. И, если Саске правда никогда не было… Из этого выходило, что убийцей был… Убивал тех людей… Я упал со стула в тот момент, когда моя голова до безумия закружилась, когда я никого и ничего не видел из-за сплошной темноты в глазах. Я лежал на полу задыхаясь, слезы продолжали литься в глазах, перерастая в истерику. - Быстро позовите сюда врачей! Что ты стал, мать твою, бегом! – слова тихим эхом отдавались в моей голове, гранича с шумом, схожим на тонкий писк. Это невозможно было терпеть. Я ничего не видел. Почти не дышал. Разум будто покидал меня. Последним, что я слышал, были какие-то крики Хинаты. - Я… Можно мне… - пытался просить я, однако язык не слушался… Силы выходили из моего тело, словно их что-то высасывало… Я почти ничего не чувствовал, и вот, когда я хотел еще раз попросить о стакане воды, темнота поглотила меня. Я уже никого не слышал, я не мог шевелиться. Все, что я видел – было кромешной тьмой…