В Иствуд Холле снова дождь

-Что-то сегодня подозрительно хорошая погода, - заслонив рукой в потертой кожаной перчатке лицо, заявил Эрик. – А еще я никогда не понимал правила этого гребанного футбола, - недовольно закончил он. – С какой стати мы вообще должны в него играть? - Потому что мы с Чаком так хотим, - скрестив на груди руки, проговорил Ник. Носком старых шипованных бутс он ковырял сухую землю – дождя не было уже неделю, что было весьма странным, если учесть, что Иствуд Холл находился в одном из самых дождливых регионов страны. – И поэтому мы будем играть. -Да с какого хрена? – распсиховался неспортивный Скадовски. – Куча потных и уставших парней будут гонять несчастный полусдувшийся мячик, сделанный из непонятно чего. И все неизвестно с какой целью! -Чтобы ты похудел, - Чак криво ухмыльнулся и похлопал Эрика по животику. – Давайте начинать, ну! Чего тянуть кота за.., - парень заметил ухмыляющегося Ника и громко закончил. – За хвост! За хвост чего тянем мы кота!? -Ладно, идите сюда. У нас в команде пять человек, у противника тоже пять, - Ник собрал парней в кружок и увлеченно пытался рассказать им тактику матча. - Я не думаю, что это будет слишком товарищеский матч, особенно если учесть, что в команде противника Френсис. Интересно, как это он не побоялся ручки-то запачкать? Чак, ты нападающий, человек мало, поэтому Эрик и я – защитники. Ну в принципе распределение ролей не особо важно, потому что, я повторюсь, людей не хватает. Вместо одиннадцати придурков у нас будут бегать пять. -Ник, заткнись уже. Марк Петерсон, ты будешь этот, как его, - Чак замялся, вспоминая слово. -Голкипер, - громким басом предположил Марк. -Ну да, он самый. Все равно ты как встанешь в ворота, так их полностью и займешь, - рассмеялся Чак, а шкаф-Петерсон самодовольно перевел взгляд на ворота. Действительно, лучшего вратаря, пожалуй, не было во всей окрестности. -А я еще один нападающий? – проговорил стоявший немного в стороне Ларсен, скептически выгибая тонкую бровь. Он завязывал длинные волосы в конский хвост, тщетно пытаясь пригладить челку, которая была слишком длинной, чтобы называть ее челкой в привычном смысле слова, и слишком короткой, чтобы нормально вплести ее в хвост. Упорная прядь лезла в лицо, щекоча и заставляя Оливера беситься и гневно обещать, что он отрежет эту челку к чертям собачьим. -Если ты хочешь, то да. Если не боишься за сохранность своих прекрасных ножек, - вроде бы саркастически сказал Джонсон, но одновременно ненадолго задержал на Ларсоне взгляд не то что бы нежный, но полный волнения за «сохранность прекрасных ножек». Оливер заметил взгляд и, смутившись, отвернулся, продолжая делать вид, что воюет с непослушной челкой. -Чего мы стоим, давайте играть уже, - внезапно заявил Эрик. Все удивленно на него оглянулись, во взглядах читалось «даладночегоэтоонвдругонжененавидитфутбол». – Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим! -И да пусть они проиграют, - Ник на мгновение молитвенно сложил ладони и вдруг резко сорвался с места, направляясь к мячу. Несмотря на то, что матч еще фактически не начался, Николас уже завладел мячом и в ответ на возмущенные крики команды противника, повернулся и показал им средний палец, но, зазевавшись, врезался в нападающего противника. Сползая щекой по груди соперника, Скитти без особого труда успевал покрывать того отборным матом и грозить в пустоту кулаком. Пока Чак и Эрик пытались разнять парней, которые вот-вот готовы были подраться, коварная команда противника завладела мячом и, без труда обогнув паникующих Чака и Эрика, пробежали с мячом мимо Ларсена, который продолжал воевать с челкой. -Ребята, брейк! Брейк, ребята, стойте! – очнувшись от челочной войны, заорал Ларсен и тоже помчался разнимать. Марк, скрестив руки, стоял на воротах и равнодушно наблюдал за потасовкой. -Давай сюда свой мячик, - Марк ласково поманил пальцем нападающего противника, уже занесшего ногу для гола. – Зачем он тебе, дай дяде Марку поиграться. Соперник ухмыльнулся в ответ и только хотел забить гол, как внезапно ему на лоб что-то капнуло. Он удивленно посмотрел наверх и узрел тяжелые, низкие дождевые тучи, между которыми изредка мелькали молнии. -Ну почему?! Что за закон подлости!? – истошно заорал Ник, хотевший играть до посинения и боли в ногах, но его крик заглушил раскат грома. Парни сорвались и побежали в сторону здания, пытаясь укрыться от дождя, а Николас опустился прямо на землю и стал дожидаться настоящего, сильного дождя. Пока срывались только редкие крупные капли, но низкое, серое небо сулило сильный ливень. Парень поджал под себя ноги и подпер щеку ладонью. Еще несколько раз ударил гром, из неба начали литься потоки воды, а Ник сидел и думал о том, какой он неудачник. Единственный раз им с Чаком удалось уговорить парней на футбол, и тут такое. Закон подлости – самый соблюдаемый закон жизни… Из корпуса выбежал, прикрываясь руками и курткой, мистер Шеппард. Ему кто-то сказал, что все вернулись в колледж, кроме Ника. Генри бежал и тихо ругался, сетуя на непослушность Николаса. всем же известно, что нельзя гулять во время грозы, мало того, что это не по правилам, это еще и опасно. Мало кто выживает от ударов молнии. -Николас Скитти, встань и иди в колледж, - грозно приказал профессор, пытаясь перекричать шум дождя. Но парень продолжал неподвижно сидеть, безмятежно улыбаясь в пустоту и ловя губами струи воды. – Ты оглох? Поднимайся! Ты опять всех на уши поднял! – Генри подбежал к Николасу и рукой рванул его за плечо. Парень очнулся, словно выйдя из небытия, и начал ошарашенно озираться по сторонам, не понимая, где находится. -Вставай и пошли ко мне, тебя нужно высушить. И не дай бог ты заболеешь! – мистер Шеппард немного приподнял Ника, чтобы тот встал и, как маленького, за ручку повел в здание. В комнате у профессора было тихо и сухо. На стенах висели книжные полки, доверху забитые классикой и стихами, на письменном столе лежала стопка тетрадей, небольшая лампа создавала приятный полумрак. -Заходи, снимай мокрую одежду, я пока поставлю чай. Там, за ширмой, сухая рубашка. Одень ее. Ты какой чай больше любишь? – Генри привычно захлопотал. Он по своей натуре был человеком гиперзаботливым и был готов сделать все для комфорта близких людей. -Мне все равно, главное, чтобы он был горячий, - немного хрипло проговорил Ник из-за ширмы, шурша одеждой. Иногда с одежды срывались капли, с громким звуком падающие на пол. Ник остался только в трусах, неприятно холодивших тело, и надел предложенную рубашку. Она оказалась ему велика в поясе и груди, и парень отдаленно напоминал пугало. Он вздохнул и поправил уже успевшую перекрутиться рубашку. -Почему вы не отпустили меня в спальню? – спросил Ник, усаживаясь на крепкую табуретку. -Мне нужно поговорить с тобой. -Опять что ли? Вы от недостатка общения страдаете? – пробурчал Ник. -Нет. У меня есть камеры. -Какие? -Скрытые, какие же еще. Их нужно установить в кабинете у директора. И тогда мы его поймаем. -А-а, так вы опять за свое, - протянул Ник и потянулся к чашке с чаем, но неловко отдернул руку, словно обжегся, но так и не дотронулся до чашки. -Может, конфеты будешь? Или шоколад? – рассеяно спросил Генри, словно и не заметив предыдущей реплики Николаса. – И у меня еще был джем, - профессор встал и загремел какими-то банками на полке. – Нет, джем съели. Жаль, - констатировал мистер Шеппард. -Неважно, я никогда не любил сладкое. А какие камеры? И где вы их взяли? -Я недавно выезжал в соседний город, там зашел в магазин электронной техники, и там купил камеры, - Генри подошел к письменному столу и положил на ладонь несколько маленьких скрытых камер. – Теперь просто нужно их каким-то образом разместить в кабинете. Я придумаю, как. И тогда мы отдадим материалы в полицию, и его посадят. -Да? Ну это же проще простого, камеры то разместить, - скептически проговорил Ник. – Я же каждый день один в кабинете директора остаюсь, никто на меня не смотрит, и я катаюсь на его стуле и рисую в его бумагах. -Согласен, дело не из простых, но мы должны постараться. Или ты хочешь всю жизнь быть у него в рабстве? -Нет, конечно, - Ник замотал головой, по-собачьи разбрызгивая в разные стороны капли с мокрых волос. -Значит, мы должны постараться. Или подговорить секретаршу, или охранников, или просто подкупить их. Ник обернулся и посмотрел в окно. Складывалось ощущение, что на улице ночь, хотя не было еще и четырех часов дня. Косые струи били в окно, парень выбрал две капли и загадал, какая из них прибежит первой. Если левая, то у них все получится и они разместят камеры, а если правая, то все будет намного труднее. Правая капля прибежала первой, Ник грустно нахмурился. -Да не получится ничего, не старайтесь. Может быть и получится, но с большим трудом. Оно вам надо, напрягаться ради разгильдяя-ученика? Давайте лучше пить чай, потом обговорим все эти проблемы, когда будет хорошая погода. Мистер Шеппард улыбнулся и отпил немного чая, который уже успел изрядно остыть. Хорошо, что Николас не знает, что Генри уже давно все решил. И даже если мальчишка будет упираться всеми руками и ногами, Шеппард все равно сделает все для того, чтобы вытащить Николаса из этого ада.