Ромашковое поле

В темном сыром помещении было тихо. Пожалуй, даже слишком тихо, за исключением того, что где-то в углу скреблась крыса, но Фрэнк не был уверен точно, она ли это была. Он сидел неподвижно, морщась от каждого вздоха. Недавние рубцы от ударов плетью покалывали, и это приносило мальчику ощутимый дискомфорт. В этот раз он не издал ни звука и не проронил ни слезинки, в то время как принц трясся в беззвучной истерике, глядя на то, как наказывают Фрэнка. Все уже давно ушли, оставив изможденного мальчика одного в этом ужасном помещении со спертым воздухом. Ему сказали, что он будет сидеть здесь до тех пор, пока принц не поймет, за что его наказали. Судя по тому, что время шло, и Фрэнку казалось, что оно тянется бесконечно, Джерард пока не осознал своей вины. Или осознал, но просто не приходил. Принц и Фрэнк знали друг друга с самого детства, они вместе росли, играли и учились, но, несмотря на это, Джерард не считал Фрэнка своим лучшим другом, хоть никогда и не делал что-то назло отцу, чтобы Фрэнка наказывали. Случалось такое, что оба не могли понять, что же не понравилось Его Величеству. И вот сейчас, избитый и растерянный, Фрэнк вдруг осознал, что никто не придет и не поможет ему. Ключ от темницы был только у короля, который никогда не упускал возможности проучить собственного наследника. Мальчику оставалось только ждать, пока… Просто ждать. С шипением прислонившись спиной к холодной каменной стене, мальчик закрыл глаза и провалился в неспокойный сон. Фрэнк не знал, сколько времени просидел вот так, в полузабытье. Он вздрогнул и открыл глаза, когда тяжелая дверь темницы с грохотом распахнулась, и можно было рассмотреть низкий силуэт. — Фрэнки, ты здесь? — шепотом спросил принц, пройдя чуть дальше. Он боязливо оглянулся, опасаясь, что дверь может захлопнуться. — Где же мне еще быть? — голос Фрэнка от долгого молчания и сдерживаемых криков был хриплым и надломленным. — Кто разрешил тебе прийти, Джерард? Меня снова накажут, уходи! Маленький принц быстро замотал головой в разные стороны, отчего его светлые волосы слегка растрепались. Он небрежно убрал выбившиеся пряди за уши и сел на колени возле Фрэнка. — Отец сам дал мне ключ, — пояснил он и с жалостью посмотрел на мальчика. — Тебе очень больно, да? — А сам как думаешь? — спросил Фрэнк и крепко зажмурился от боли, когда попытался пошевелиться. — Прости, прости меня, пожалуйста, — Джерард осторожно положил узкую ладошку на плечо друга и попытался погладить больное место. Фрэнк зашипел от боли, и принц резко отодвинулся. — Прости. Оба мальчика надолго замолчали. Фрэнк тяжело дышал через раз, а Джерард смотрел на него испуганными глазами. Он и понятия не имел, за что был наказан. С самого утра он тихо сидел в своей комнате, читая книгу, и ничего больше не делал. По крайней мере, ничего такого, что могло бы не понравиться отцу. Но уже вечером король велел Джерарду и Фрэнку спуститься в обеденный зал, где и было сказано, что Фрэнк получит десять ударов плетью за проступок принца. Фрэнк помутневшим от боли взглядом посмотрел на Джерарда. Его глаза все еще были заплаканными, хотя, казалось Фрэнку, прошло достаточно времени. — Сколько времени я здесь пробыл? — Около часа, — тут же ответил Джерард. — Фрэнк, нам нужно идти, сможешь? — Помоги мне, — попросил Фрэнк, протянув руку, и принц сразу же подхватил мальчика, не давая ему упасть от слабости. Мимолетная мысль о том, какие же у Фрэнка ледяные руки, тут же вылетела у Джерарда из головы, когда он обхватил худое тело друга за талию и почти потащил его на себе. Когда принц довел друга до своей спальни, тот уже был почти без сознания. Джерард осторожно уложил мальчика на постель, усаживаясь рядом и рассматривая его уставшее лицо. Фрэнк так и не открыл глаза, поэтому принц, погладив его по щеке, прошептал: — Фрэнки, мне нужно обработать твои раны, пожалуйста, повернись. Застонав, Фрэнк кое-как перевернулся на живот, а Джерард, увидев кровавые полосы, прикрыл рот ладошкой, чтобы не вскрикнуть от увиденного. — Боже мой, — одними губами сказал Джерард. — Потерпи, Фрэнки. Принц бережно обрабатывал ссадины и рубцы, дул на больное место, когда Фрэнки шипел от боли, легко поглаживал не задетые участки спины и шептал, что все будет хорошо. Все обязательно будет хорошо. Только вот Фрэнку было суждено быть мальчиком для битья до тех пор, пока Джерард не станет королем. А это долго. Очень долго…