Кошмары вездесущи

- Везите парня в реанимацию! Мы его теряем! - Ранение слишком сильное. У него болевой шок. Возможен перелом обеих ног. - Где водитель? Нужно отогнать машину, иначе парня не достать! - Черт с ним, им займутся копы. Ну-ка парни, поднажмём. Мэтт, придерживай его, чтобы не упал, когда машина отъедет. - Так точно. … - Готово! Теперь аккуратно кладем его на носилки и уезжаем. Важна каждая секунда! … - Он ещё жив, но теряет слишком много крови. Задета наружная подвздошная артерия! - Мама…где я? - Молчите, юноша. Вам нельзя тратить силы, они вам ещё понадобятся…

***

Саймон продолжал лежать, еле дыша, посреди камеры заключения. Ему, наконец-то, что-то приснилось, только он сразу всё забывал. Помнил только, что сон, к сожалению, плохой. Но разве он мог усугубить и без того отвратительную ситуацию вокруг? Внезапно прозвучал скрип открывающейся решетки, который парень не услышал. - Саймон. Проснись. Ты ещё не все закончил. – Прозвучал странный и далекий голос, до боли знакомый парню. Он с трудом поднял голову и увидел выход на свободу, в котором стоял какой-то парень в белой толстовке с капюшоном. Он был зол на что-то, и казалось, что Саймон уже где-то видел его… - Это же…я. – Слабо, но удивленно произнёс парень. Облик освободителя растворился, как будто его здесь и не было. Увиденное поразило Саймона, дав ему кроху сил, хватающих, чтобы совершить что-то…нетрудное,…но необходимое… Парень с трудом встал, борясь с головокружением и слабостью в ногах. На улице стояла поздняя ночь. Возможно, эти доктора спят? Да ему насрать. Пусть они убьют его, но если он сможет перед смертью съесть хоть малую долю нормальной еды, его гибель будет не напрасной. Медленно, стараясь не потерять равновесия, он добрался до выхода из его темницы. Справа, за углом, вдалеке горел свет. Именно оттуда приходили его надзиратели. Направившись на свет, Саймон, в одно мгновение, чуть не потерял сознание. Стиснув зубы и сжав всю оставшуюся волю в кулак, он двинулся дальше, держась за стену, как за последнюю надежду. Идя вперёд, он не думал о том, что ему могут попасться доктора. Он шел на запах еды – единственное, что волновало его сейчас. Он чуть ли не вывалился за угол и увидел какую-то комнату, в которой горел камин. На столе лежал разделанный жареный поросенок. Ничего не видя больше вокруг, Саймон, что есть сил, бросился к нему. Под конец, парень просто упал на стол, ухватившись грязными руками за мясо и раздирая его ногтями, складывая всё, что попадётся под руку, в рот. Всё тот же голос благоразумия твердил ему, что он не должен есть сразу много. Он залил в набитый мясом рот воду из стакана, стоявшего рядом, пережевал и проглотил этот ком, дающий энергию. Парень слегка приподнял глаза, как увидел впереди снова своего освободителя. - Если хочешь выжить, прячься в шкаф. Саймон постоял секунды две, смотря, как растворяется в пространстве фигура, а потом всё же пошёл к шкафу. Силы стремительно приходили в нему, как и небольшая боль в животе. В шкафу находилось множество одинаковых белых халатов. Парень закрыл дверь за собой и углубился в эти одеяния. Снаружи послышались шаги. Один из докторов зашел в обеденный зал и направился к столу. - Срочно достань шприц из халата справа, аккуратно выйди и убей его. – Проговорил голос из-за стены всё того же странного парня. Саймон нашёл указанный предмет и тихо вышел из шкафа, направляясь к существу в маске. Когда оно село и обнаружило, что кто-то чужой ел его поросенка, парень уже ловко воткнул ему шприц прямо в глотку, введя какое-то странное вещество внутрь. «Доктор» только начал кричать, как вдруг резко обмяк и замертво упал на спину. Теперь, когда вроде бы всё угомонилось, Саймон мог собраться с мыслями. Ему было до безумия страшно, и вовсе не потому, что он чуть не погиб. Нет. Ему помогает его образ из книги, то есть он же, только…вымышленный! Это…это какой-то бред. Не может быть такого! Он же находится в реальности, а его тёмная половина осталась там, в книге. Чушь какая-то. Саймон взглянул на лежащего на полу доктора. Нет, тот определенно имел человеческое тело, но что же таилось под маской? Сейчас узнаем. Парень склонился над телом и попытался снять её. Бесполезно. Она была словно приварена к лицу… Или была его прямой составляющей. Он тут же одёрнул себя и вспомнил о Софи. Как он мог забыть о ней?! Она где-то там, возможно именно в этот момент нуждается в его помощи, а он стоит тут как растяпа и гадает, чем же приходится этому грёбаному существу эта ещё более грёбаная маска! Саймон машинально начал вспоминать, откуда точно он слышал её крики 3 дня назад. - Где-то…там? – Подумал парень, глядя на коридор, из которого пришла эта первая жертва его мести. Он не знал, найдёт ли он её там или нет. Ему было плевать. Он готов обыскать каждый квадратный метр этой чертовой больницы, которая превратилась в какую-то средневековую тюрьму необъяснимым ему образом, чтобы найти Софи живой или мертвой… Правда о втором варианте ему совсем не хотелось думать. Обыскав напоследок мертвого доктора и найдя там ключ, он направился на поиски. Конечно, оружие было бы куда лучше, но пока что приходилось довольствоваться меньшим. Дойдя до конца коридора, Саймон пришёл к двустворчатой двери, видимо, ведущей в другое крыло. Здесь всё особо не отличалось от прошлых помещений. Всё то же убитое здание, словно его забросили пятьдесят лет назад, обшарпанные стены, много грязи и пыли. Стоило быть предельно осторожным. Впереди, метрах в пяти, справа располагалась дверь, вывеска над которой гласила «Кладовая». Обязательно стоит осмотреть её, вдруг Саймон найдёт что-то подходящее для обороны. Он должен быть готов не дать Софи в обиду никому, если найдёт её живой. В этот раз он всегда будет наготове и не пропустит никакого внезапного нападения. Помещение было завалено всякой древней рухлядью, покрытыми толстым слоем пыли средствами для мытья, резиновыми перчатками, швабрами и прочей не нужной Саймону чепухой. Под всем этим хламом он смог разглядеть примерно то, что он искал. Отвертку. Отчистив её от пыли об рубашку и сжав покрепче в руке, он вернулся обратно в коридор. Плечо до сих пор отдавало болью при движении, но всё же оно заживало. К счастью, пуля прошла на вылет в тот раз, иначе парня уже не было бы в живых. Что-то дернулось у Саймона в сердце. Ему казалось, будто он уже совсем близок к некой цели, но мысли не подсказывали к какой. Нужно поспешить. Из комнаты в конце коридора раздавались какие-то тихие звуки. Парень поспешил туда. Увиденное внутри вызвало у него настолько яркий букет отрицательных эмоций, что произошедшее дальше он помнил смутно, будто всё произошло за секунду. Комната представляла собой какую-то пыточную. Посередине стоял большой стол, к которому была прикована совершенно голая Софи. У неё во рту был кляп, но, судя по всему, её не собирались насиловать. Доктор, склонившийся над ней, собирался воткнуть шприц с неизвестным содержимым. Увидев это, Саймон влетел внутрь и воткнул ублюдку в шею отвертку. И ещё раз. И ещё. И снова и снова. Вначале доктор пытался сопротивляться и почти умудрился попасть шприцом в парня, но потом ослаб и упал. А разъяренный юноша наслаждался входящей в плоть мерзавца острым концом отверткой. Он остановился, только когда уже можно было насчитать около восьмидесяти дырок в теле доктора. Он вырвал кляп изо рта Софи. К счастью она была жива, и была в гораздо лучшем физическом самочувствии, чем он, выходя из своей темницы. Саймон быстро освободил девушку, дал ей её одежду, лежащую неподалеку, и принялся ей помогать одеваться. Когда дело было сделано, он направился обратно в ту комнату, где лежал жареный поросенок и первый убитый им доктор. В пыточной было очень холодно, из-за чего Софи не слабо замерзла, а так же она, наверняка, хотела есть. Добравшись до цели, он сел вместе с ней за стол, обняв её крепко-крепко. Она тем временем наполняла рот едой, одновременно прижимаясь к Саймону. Постепенно её дрожь начала понемногу утихать. Наевшись, она снова взглянула в глаза парню, и очень громко расплакалась, прижавшись к его груди. Они сидели так ещё довольно продолжительное время, смотря на костер в камине. Дрова в нём тихо потрескивали, постепенно успокаивая Софи. Смотря на её состояние, Саймон думал только об одном. Эти доктора тысячу раз пожалеют о совершенном. Он будет убивать их долго и мучительно, пока месть его не закончится. Огонь горящих дров в камине отражался в глазах парня, придавая его взгляду ещё большую ярость. Он приобнял Софи чуть крепче, приговаривая: «Всё будет хорошо. Теперь мы снова вместе. Мы выберемся отсюда», представляя при этом предсмертные крики и агонию умирающих от его мести докторов.