Джинчурики Бога Смерти

- Ну, давай, удиви меня своими способностями, - до омерзения сладким голосом проговорил Орочимару и облизнулся. Джун нервно сглотнула. В логове змея она от силы всего две недели, едва окрепла и успокоилась. Благодаря регулярному питанию и каким-то горьким таблеткам, силы потихоньку возвращались к ней, но теперь бывший саннин хочет, чтобы она сразилась с Учихой Саске. Чтобы, так сказать, посмотреть, на что способен Бог Смерти в человеческом обличии в критической ситуации. - Нет, пожалуйста, не надо, я не хочу, - судорожно повторяла Джун Ми, до боли ногтями сжимая ладони. Она достаточно здесь пробыла, чтобы понять, абсолютно каждый обитатель убежища Орочимару - жестокий садист. Более того, сумасшедший садист. - Ну, что же ты так недооцениваешь себя? – змееподобный мужчина с азартом наблюдал за паникой кролика, зрачки которого заметно расширились. - Вы же знаете, я пока неспособна сражаться, - от страха она до боли закусила губу. – Тем более с этим человеком... Может, вы найдете мне противника послабее? По крайней мере, сейчас. Она старалась держать себя в руках, но выражение лица с потрохами выдавало истинные чувства. Страх, и больше ничего. - Нет, рубить - так под корень, - издевательски усмехнулся нукенин. - Как многозначительно... – тихо проговорила Джун, опустив голову. Бой должен был проходить на поверхности. После двухнедельного полумрака глаза не сразу привыкли к слепящему утреннему солнцу. Ей не нужно выигрывать поединок с Учихой. Ей необходимо просто выжить. Впрочем, сегодня ей повезло. Она толком даже не успела сообразить, что бой уже начался, как противник уже оказался за ее спиной. - Это было слишком просто, - холодно произнес молодой брюнет, когда одним ударом по хребту вырубил девушку. Перед тем, как ее сознание отключилось от болевого шока, Джун показалось, что спину разломили пополам. - Жестоко, - ехидно проговорил Орочимару, когда подошел к худому и бледному телу и легонько толкнул ногой. – Кажется, ты перестарался, - он перевел взгляд на своего ученика и гадко улыбнулся. - Радуйся, что вообще оставил живой, - высокомерно фыркнул Учиха и скрылся из виду. Орочимару присел на колени и какой-то неизвестной нам запретной техникой срастил две трещины в позвоночнике девушки. *** - Ты уверена, что мы идем в том направлении? – устало произнес Шикамару, когда «веселая» пятерка (именно так он назвал свою новую команду) устроила привал на поляне, где, согласно расчетам Сакуры, должна находиться деревня, в которой недавно видели кого-то похожего на преступницу Тумана. - Да, Сакура-чан, бабуля Цунаде говорила, что до той деревни всего-то дней десять пути. А уже две недели прошло, - начал Наруто. - Заткнитесь оба! – раздраженно прошипела девушка, - Да, признаюсь, что немного запуталась с картой! Что вы так реагируете!? - Немного? – саркастично изогнул бровь Шикамару и, скрестив руки, удобно облокотился на Наруто. - Эй, слезь с меня, - отпихнул его парень, которому явно не нравилась такая поза. Тем временем Киба подошел к подруге и вырвал из рук Сакуры карту, повертел ее и тяжко вздохнул. - Надо было брать Нейджи с его бьякуганом. Вот где мы теперь? Ты можешь мне объяснить? – безысходно поинтересовался он у куноичи. Акамару солидарно тявкнул. Один лишь Рок Ли был полон энтузиазма и неукротимой энергии. - Пока с нами сила юности не стоит унывать! – гордо произнес он и забрался на единственный валун на поляне. – Сакура, - бровастый красавчик эффектно подмигнул девушке и отправил ей нежный воздушный поцелуй, - я верю, что ты найдешь путь истинный и поведешь меня по нему. - Мать мою за ногу, - инстинктивно ругнулась Сакура, узрев в пламенной речи Рок Ли скрытый подтекст. *** - Проснулась? – сразу же спросили Джун Ми, едва та приоткрыла глаза. Голос принадлежал Карин, что сидела на краю ее кровати. Джун лежала на кровати в своей комнате. Странно, но все депрессивные мысли, что не давали ей покоя последние два года, таинственным образом испарились. «За что?» и «почему это происходит именно со мной?» теперь уже не было. То ли Орочимару подсыпает ей в еду антидепрессанты, то ли она сама добровольно приняла мучительную судьбу как должное... Но, так или иначе, отчаяние переросло в смирение. - Ага, - не очень внятно ответила девушка и протерла слипшиеся после сна глаза. Ей сломали спину, а болела голова. Парадокс, не так ли? - Не дергайся, как бешеная антилопа, - огрызнулась Карин. - Как кто? – не поняла Джун и, удивленно приподняв бровь, взглянула на собеседницу. Та как обычно была чем-то недовольна. - Орочимару-сама подлечил тебя, но у любой техники есть последствия, - со знанием дела заговорила Карин. – В твоем случае это головная боль на пару дней. Выпей, - девушка протянула Джун маленький пузырек с ярко-синей жидкостью. – Должно облегчить мигрень. Ми выпила на редкость приятное и сладкое лекарство, а Карин приподнялась с кровати и медленно пошла к двери. - Раз ты уже очнулась, нет необходимости караулить твой сон. Чуть позже я заберу тебя на ужин, - сказала куноичи, остановившись. - Орочимару-сама хочет, чтобы ты сегодня поужинала вместе с нами, - и вышла прочь, громко хлопнув дверью. До Джун Ми не сразу дошел смысл слов Карин. Для начала в голове девушки не укладывался тот факт, что преступники могут сидеть за столом вместе и кушать. Да, пусть они живут все вместе, но... совместный ужин? Это такое святое и семейное дело. Девушка невольно всхлипнула, вспомнив, как в детстве каждый вечер они с папой вдвоем готовили ужин. Матери, к сожалению, Джун никогда не видела. Хана умерла еще при родах. Но девушка была уверена, что будь мама жива, то она никогда бы не допустила, чтобы над ее ребенком ставили эксперименты. Минут через сорок вернулась Карин. - Пошли, - коротко сказала она и взглядом повелела следовать за ней.