Фотосессия

Студия, в которой собирался проходить весь трудоёмкий процесс кардинально отличалась от приёмной. Если вначале посетителя встречали как важную персону, то здесь уже как звезду глянцевых обложек… с профессиональной точки зрения. Небольшая комната состояла из белого, светло-серого и пепельного цвета. Стены, потолок и пол. По левую сторону стояли двери. Одна из них вела в мастерскую-каморку фотографа: распечатка фотографий, их корректировка и прочая рутинная работа. Другая, приоткрытая, для фотомоделей – не трудно догадаться для чего по виднеющимся крючкам и ножке дивана. Правая сторона целиком отдана под оборудование: светоотражатели, штативы, студийные генераторы импульсного свечения, разноцветные ткани-фоны, рефлекторы, объективы разных величин. Маленькие вещи лежали на неприметной стеклянной полке, остальные – стояли в углу. Центр зала привлекал внимания не меньше, чем всё нажитое Винсентом добро. Белая стена с круглой мини-сценой посередине сразу попадали под прицел парней, мужчина же, зайдя первым, увидел их прикованные взгляды и усмехнулся. - Пять лет работы без выходных, бесчисленное множество свадеб, корпоративов, детских утренников и экономия на всём приносят вот такие плоды. - Круто, - кивнул головой Дайки, двигая плечами вперёд-назад. - Невероятно, - Тайгу окружение впечатлило больше, нежели его компаньона, - даже в Америке нету того, что здесь. - О, тоже американец? - Я? А, нет. Я с родителями в детстве там жил и вернулся полтора года тому назад обратно в Японию. - Что, климат и прятки в подвале не впечатлили? Брейданс с Кагами весело засмеялись, в то время как Аомине смотрел на них, как на «не от мира сего». Ещё бы – внезапно заговорить на английском и подхватить этот непростой язык не каждый мог. - Ладно, перейдём к делу, - мужчина встал напротив баскетболистов. – Для начала решим, как будем друг к другу обращаться. - Это ещё зачем? – спросил Дайки. - Во время фотосессии важно поддерживать общение между фотографом и его моделью. Чем больше разговоров на любые темы, тем естественнее будет получаться человек на снимке и тем легче будет мне работать с вами. Я называю это СДА – создание дружеской атмосферы. - А если я не хочу разговаривать? - Тогда позируй молча, - ответил за фотографа Тайга, поворачиваясь и неодобрительно зыркая на парня. - Самый умный что ли? – низким голосом спросил Дайки и высокомерно глянул на болтуна. - Так, акробаты, - похлопал Винсент, чем привлёк к себе внимание. – Вы свои разборки устраивайте снаружи моего фотоателье, а не внутри него. Сломаете и уроните что-нибудь, и я заставлю не вас платить штрафы, а ваших подруг. - Подруг? – в голос переспросили форварды. - А кто же ещё? Три дня назад к Клариссе подходили девочки, русая и розоволосая. Долго спорили между собой и с моей ассистенткой насчёт времени, притащили сумки с баскетбольными мячами, настаивали оставить это добро у меня. Ох, давненько у меня не было проблем подобного характера. Парни рассеянно закивали головами и, вспомнив про первичный вопрос, назвали свои имена. - Дайки… и Тайга, угу. Хорошо, ребят, ступайте вон в ту открытую дверь переодеваться. И не забудьте захватить свои мячи. - А вы пока тут всё поставите, настроите, да? – уточнял Аомине. - Естественно, - кивнул Брейданс. – За работу. Шли баскетболисты так, словно за состоявшуюся беседу незаметно для себя пробежали пять километров. Внутри ещё одной коморки для переодевания вместо выяснений отношений медленно раздевались и одевались в… принесённую девчонками командную форму с соответствующими номерами «5» и «10». Общая ситуация на время заглушила в них чувства соперничества и вражды и теперь каждый переваривал её, смиряясь с единственной не особо приятной мыслью, возникшей в голове: их обманом затащили в фотоателье. Скрытая правда, пускай и её половина, уже считалась ложью. Никто не сказал, что их записали заранее, что всё нужное уже хранилось здесь, что записаны они в одно и то же фотоателье. Если копнуть ещё глубже, могло выясниться и кое-что похуже. Например, что все знали о предстоящей съёмке, но предпочли скрывать это вплоть до сегодняшнего дня. Это нехило выбивало из колеи и портило впечатление о всех знакомых. Настолько, что предупреждение Винсента хотелось специально нарушить и нечаянно заставить лукавых организаторов встречи скинуться на покупку одного объектива, чтобы при встречи сказать им всё то, что сейчас раздувается в теле. Чёрт, да даже одежда и обувь на их теле кажутся чужими и короткими! С другой стороны, «предательство» рассматривалось как вынужденная мера девчонок пойти по скользкой тропинке. Допустим, что предварительная запись аж за три дня со всем комплектом уместилась бы в один день? Что тогда – пошли бы они сразу? Охотно согласились бы помочь командам ради «всевышнего блага»? Не стали бы придумывать глупые отмазки? Конечно же, нет. Ведь отданная сразу крупная сумма денег за услугу и сохранность баскетбольного инвентаря лучше любых дипломатов убеждали упрямых и непробиваемых отправиться выполнять то, что должно было случиться. И с этим не поспоришь… Зеркало отражало двух стройных, боевых, но равнодушных форвардов. Кагами первый повернулся к выходу, нечаянно задевая компаньона плечом. Посчитавший это оскорблением Аомине себя ждать не застал – раздражённо и явно негодующий на всё он толкнул знакомого в стенку, отчего прыгун стукнулся рукой и чуть не присел. - Не широкий, - бросил Дайки. - Да и ты не шкаф, - Тайга пнул ногой своего врага, что тот откинулся и сел на диван. Винсента от проверки прожекторов отвлёк громкий стук. Затем ещё один, более шумный, и стало ясно откуда он доносился. Бросив все дела он рванул в каморку для переодеваний, открыл дверь, выпуская наружу двух вцепившихся форвардов, ненавидяще смотрящих друг на друга. Не теряя случая, Аомине занёс руку и попал прямо в живот соперника; за секунду до боли Кагами прицелился в грудь и ударил не хуже оппонента. Оба тут же отпустили майки и отпрянули. Кто шипел, кто дышал ртом, но оба время от времени поглядывали на человека, стоящего напротив. Они бы и снова сошлись в бой не возникни между ними Брейданс, ставший для них вполне реальной преградой. - Не успокоитесь – обоих выгоню отсюда, заставлю платить штраф за хулиганство, а о возврате денег за неудавшуюся фотосессию можете только и мечтать. Предупреждение повлияло на ребят мгновенно: драчуны сразу поменялись в лице и характере, моргали, пока не отошли от удерживающей руки, отворачиваясь в противоположные стороны. За свою карьеру Винсент повидал многое, вплоть до открытых угроз в его адрес и приставаний мужчин. Но вот чтобы разнимать двух гиперактивистов с рьяным желанием надавать друг другу по роже - впервые. Уже по первым минутам общения стало ясно, что эта парочка станет головной болью. Хотя бы потому, что те, услышав про совместное времяпрепровождение, неодобрительно зыркнули друг на друга, а затем охотно согласились на сложившиеся условия. Уж что, а предостерегающий взгляд отличать мужчина умел. Перед ним абсолютное противоречие, состоящее из двух человек и проявляющееся во всём, начиная от чего-то личного и заканчивая примитивной враждой двух борющихся «кланов». Это одновременно злило и… притягивало – видеть воочию равные силы разных сторон, при этом не зная итога всех этих баталий. «Хорошее бы портфолио вышло», - думал мужчина, глядя то на «Сейрин», то на «Тоуо». - Пока вы грызлись, успели решить, кто будет первым фотографироваться? - Я, - подняли одновременно руки баскетболисты, повернулись, когда услышали голоса за спиной, вызвавшие ещё больший всплеск злобы. - Так мы точно ничего не решим. Ну-ка подойдите. Смелее. С неохотой они это сделали, предпочитая смотреть на фотографа, чем на друг друга. - Знаете «камень-ножницы-бумага»? - Да. - Кто победит, тот первый будет позировать. Начинайте. Вытянутые руки три раза затряслись и выдали камень с бумагой.

***

За тем как фотограф щёлкал и разговаривал с форвардом Аомине наблюдал со стороны, пока Кагами всячески вертелся и вставал в нелепые позы на мини-сцене. Даже держал на пальце раскрученный мяч, показывая свою крутизну неизвестно кому – интерес к съёмкам у единственного зрителя окончательно пропал. Зато есть время злиться и люто ненавидеть прыгуна, обыгравшего аса в детской игре. Надо было настаивать на второй попытке или для разнообразия припугнуть Тайгу, что вряд ли бы возымело хоть какой-то положительный эффект. Но нет – немое согласие и ожидание своей очереди. Вот, что с ним сделал поход в фотоателье. Теперь тот закончит раньше обычного, соберётся, прихватит с собой вещи и уйдёт первым отсюда с чувством выполненного долга, оставляя аса здесь тухнуть. Несправедливость по отношению к нему бесила Дайки как никогда, предпочитающего не показывать гложущее чувство на глазах у горделивого засранца. Если увидит – только подкрепит своё и без того зашкаливающее превосходство, запомнит и будет им тыкать на следующих чемпионатах. Пока что оставалось только слышать, как он охотно общается и получает удовольствие от процесса. Всё шло очень даже весело и увлекательно. Постоянно меняя одну крутую позу на другую, Кагами слушал и узнавал много нового. О спорте, фотографиях, телевидении, прошлом Америке. Для крутизны пришлось продемонстрировать именитый баскетбольный фокус, от которого Брейданс зажёгся и чуть ли не умалишённый нажимал одну и ту же кнопку. Впервые парень жалел, что какое-то время отказывал Айде. Знал бы, что всё так обернётся – без колебаний дал бы согласие ещё на пару-тройку фотосъёмок. Одно всё же глодало его - ноющая боль в прессе от удара Аомине. Больше всего хотелось присесть или попить воды, но приходилось терпеть, стоять на сцене и фотографироваться. Чтобы единственный придурок в этой комнате не ухватился за данную ему возможность открыто поглумиться наедине. И вообще, ведёт себя крайне тихо, что только заставляет держать ухо востро. - Ещё пару кадров и меняетесь, - Винсент оторвался от фотоаппарата и повернулся назад, - ты как, Дайки? Не скучаешь? - Фотографируйте быстрее, - поторопил он, разваливаясь в кресле. На это Винсент ничего не ответил, отвернулся и продолжил. «Пару кадров» растянулись на долгие десять минут, за которые ас остыл, перестал смотреть в пустоту и отдыхал. После последней фотографии Тайга положил мяч, и мега-популярный спортсмен за один шаг опустился до роли обычного человека. Дайки, наоборот, собирался достичь этой вершины, встал со стула и, проходя мимо прыгуна, задел его плечом, что тот отстранился и свирепо посмотрел в синий затылок. Цоканье, раздавшееся за спиной, заметно разукрасило яркими цветами гнетущее настроение баскетболиста. Даже не жалко злобно улыбнуться состоявшейся пакости. В случае с Аомине Брейдансу пришлось немного времени поработать над светом и настройками фотоаппарата, чтобы удивительный цвет кожи модели не выделялся так ярко. Только после этих корректировок можно было начинать съёмку. Сначала всё шло как обычно: стандартные журнальные позы, расспросы о школе, друзьях, увлечениях (баскетболист отвечал не так бойко, как его предшественник, но тем не менее давал ответы), смена ракурсов. Уже потом, на середине что-то поменялось. Фотограф понемногу догадывался, делая снимок за снимком, в чём дело, пока не решил предложить исполнить тот же трюк, что и Кагами. Чуть помедлив с просьбой, ас уже стоял с быстро вертящимся мячом, успевай только щёлкать. На снимках как раз всё и выяснилось. Если Кагами своей внешностью искренне приглашал к себе людей в клуб, то Аомине не столько привлекал, сколько демонстрировал свои навыки. Он их без стеснений показывал, только это было не от души, а по просьбе кого-либо исполнить для народа. По принципу «так надо», а не «могу вот так». Эта тенденция прослеживалась в дальнейшем: в позе, выражении лица, голосе. Естественно, отличие в снимках может заметить такой же искусный фотограф, как Брейданс, простой глаз не станет углубляться в детали снимка и поскорее отправиться записываться на баскетбол. Просто у «Сейрин» будущей весной могло оказаться больше новичков, чем у «Тоуо». Ненамного, но разница ощутима. - Спасибо, Дайки, - кивнул головой фотограф и снял фотоаппарат со штатива, - возвращайся обратно. Дайки поблагодарил мужчину обычным кивком головы и оставил маленькую сцену позади, становясь рядом с Тайгой. - Ребят, - Винсент подошёл к ним, поправив волосы, - я не стану что-либо скрывать от вас, поэтому скажу, как есть… Вы – отличные спортсмены и достойное лицо баскетбольного клуба. Каждый из вас показал себя по-особенному, каждый запомнился мне своей индивидуальностью, подходом к делу и стойкой. Справились вы на «ура», девчонки вами будут довольны и – строго между нами – вознаградят вас каким-нибудь приятным бонусом. Ребята оживились и усмехнулись, хотя потом напряглись и сгорбились, едва что-то вспомнив; реакция этой шумной пары обрадовала Брейданса – хотя бы не грызутся и не покрывают друг друга матом. - Что ж, на этом всё. Собирайте вещи, переодевайтесь и… - Мистер Брейданс! – неожиданно в двери возникла взволнованная Кларисса. Переключив всё мужское внимание на себя. - Что случилось, Кларисса? - У нас небольшие проблемы. - Надеюсь, что не налоговые – на прошлой неделе мы оплатили присланные государством счета. - Нет, они не столь тревожные, как вы подумали. К нам пришли молодожёны. Винсент странно посмотрел на Клариссу, изогнув бровь. - Ну… в этом нет ничего криминального, чтобы меня звать. - Это не одна пара молодожёнов. Их десять. - Десять? - Они хлынули потоком за фотографиями, которые вы им обещали. В присутствии ребят, фотограф хлопнул себя по лбу и замотал головой, коря себя за случившееся. - Вот же ж… забыл разобрать свадебные снимки. Пометил же себе на календаре! Проклятье. - Может, мы вам чем-нибудь поможем? – предложил свою помощь Тайга, видя назревающую безвыходную ситуацию. - Нет, Тайга, ты точно нам не поможешь… фотографий много, их все за минуту не разберёшь. - Я с Кагами могу их разобрать пока вы будете их чем-нибудь занимать, - Дайки также подключился к делу. - Спасибо, Дайки, но вовлекать вас в это дело я не хочу. Здесь всё достаточно тонко: помимо упаковывания фотографий их надо аккуратно перебирать и складывать в бумажные пакеты. Отпечатки на моей фотоплёнке видны сразу, зато снимки настолько детальные, будто это прямоугольное окно в параллельный мир. - Мы можем как-то обыграть эту ситуацию, убедить их в том, что это… какой-нибудь социальный проект по укреплению отношений между людьми. Все смотрели на Клариссу, как на далёкую и несообразительную девушку, чем была возмущена таким недоверчивым троекратным взором. Однако единственный, кто чуть позже поверил ей оказался Винсент, отправившийся в свой офис, крикнув: - Если хорошенько пораскинуть над этой затеей и грамотно её преподнести, может сработать, - и вернулся с переносным металлическим сейфом в руках. – Достань ту картонную коробку, в которую кладём фотографии и жди меня. Ассистентка кивнула и исчезла из студии. - А вы ребята остаётесь здесь. - Ч-что? – удивился Кагами. - Вы серьёзно? – подхватил Аомине. - Да, - строго заговорил Брейданс, - если их, взвинченных, пустить сюда они поломают или неосторожно уронят всё. Возможно, что-то даже присвоят себе как компенсацию за задержку фотографий. Сами понимаете: множество свадеб, все хотят получить долгожданные снимки, а на их тщательную обработку уходят месяцы, если не больше. Представьте: около ста картинок и все должны быть чёткими, качественными и без красных глаз. К счастью, я всё это сделал за четыре месяца, да только не успел всё рассортировать по парам. - Мы здесь оставаться не можем, - Аомине напомнил о своей ситуации. - Знаю, но другого выхода у меня нет. Если вас увидят, то увидят и студию, где поселятся до позднего вечера. - Есть другой выход из фотоателье? – Кагами надеялся, что ответ будет положительным. - Только главный. Запасной появится только через два месяца, его так и не достроили, - Брейданс перевёл дыхание, удобнее хватаясь за ящик. – Кларисса долго их удерживать не сможет, я должен прийти ей на помощь. Мне придётся вас здесь запереть ради вашей безопасности и безопасности своей студии. - Но!.. - Ненадолго. Максимум на полчаса. Обещаю вас выпустить, как только они все уйдут отсюда. Спеша навстречу толпе и ловкими движениями доставая на ходу ключи, уже по ту сторону двери он ногой пытался закрыть дверь, крикнув напоследок: - Если вдруг приспичит, я прощаю оставленную вами лужу. И запирает на замок форвардов, оставляя их одних на произвол судьбы.