Найти истину

Хейзесс не смогла договориться с Представителями насчет общежитий. Ходила хмурая как черт, вечно таскала с собой планшет с документами, на основе которых и собиралась отыграть здания обратно. Она в последнее время не улыбалась вообще — работа выжала из нее все соки. Лицо Раллмон покрылось сетью морщин, которые состарили ее лет на двадцать, и лишь редкие искренние улыбки показывали ее настоящий возраст. Но развеселить ее было попросту невозможно — с каждым днем она все больше тускнела и бледнела. Копна рыжих волос уже выцвела; Кушиной я ее уже не мог называть про себя. Деньги, оставленные Бериком, мы не потратили — оставили на случай переезда —хотя на новую комнату их бы точно не хватило; жизнь в поселении довольно дорогая. Но не в том смысле, что довольно уж так дорога — скорее, было опасно светить самим наличием подобной суммы. Жители нашего общежития объединились: помогали друг другу искать жилье на будущее, если нужно будет, а тем, кто решил идти в армию — собрали немного припасов и скинулись совсем немного им на жизнь. Вокруг нас все здания уже принадлежали корпусу: мельком видел Ралл, которую в нашем райончике уже терпеть не могут; она, видать снова приходила и говорила с жителями насчет того, что их выселяют. Петра, конечно, милая, но, видать, и ее загоняли — грызется со всеми, особенно в последнее время. В прошлый раз ее оттаскивал тот парень, который копировал Леви. Прости, не помню твоего имени, чувак. — Эрен? — слышу взволнованный голос. Кажется, я завис — Аккерман волнуется, держит меня за плечо. Она сильная и плечу немного больно. Дергаю плечом и морщусь — сила Микасы невероятна для человека, хорошо, что есть регенерация. — Прости, задумался, — отвечаю я, фальшиво улыбнувшись. Надеюсь, вышло правдоподобно. Она расслабляется, перестает быть напряженной и выдыхает воздух. — Просто снова Рыжая пришла, сама понимаешь, — и ей это не в радость, и нам тоже. Хотя очевидно же, что у нас нет шансов на то, что дом не заберут — все дома вокруг нашего уже приватизированы ими. Теперь шансов на то, что они оставят в самом центре своей территории неконтролируемый участок... понятно же, что шансов вообще нет. — Эрен, ты странный. — В смысле? — она фыркает. — Словно не от мира сего. Слишком серьезен для ребенка. — Да кто бы говорил! — толкаю ее локтем. — На себя посмотри, "Зонтик"! Она смеется. "Словно колокольчики звенят" — пронизывает меня мысль. Странно, я словно никогда не слышал ранее ее смеха. Красивый. — Эй, "Святой", мое имя слишком круто для одного "зонтика". Требую "зонтик" в тройном размере! — меня пробивает на смех. Аккерман толкает меня и я падаю на Землю. Сзади меня от песка, взлетевшего после моего приземления, отплевывается Петра. Когда она успела подойти так близко? — Чёрт возьми, — сплевывает рыжая. — Я проклинаю тот день, когда меня назначили курьером. Парень, ты там не ушибся? — разведчица протягивает мне руку, помогая подняться. — Да все хорошо, главное, вы как? Петра смотрит на меня и улыбается. — Все лучше того факта, что меня отправили работать сюда из-за травмы руки. Она не очень серьезна, но я не могу сгибать левую руку полностью. — Будьте уверены, травма пройдет. — Идешь в гадалки? Похвально, — предпринимает курьерша бровь. Пробивает на смех. — Нет, просто уверен, что вы еще будете охотиться на Титанов. "Потому что в каноне ты охотилась. Не сейчас, так в будущем, ты снова будешь бить Титана. Или он тебя. Как повезет. Меня-то рядом не будет. Ни в какой роли". Бог Судьбы в этот момент, наверное, рассмеялся. Не загадывай наперед, милок. Не загадывай. Ха-ха-ха-ха-ха!