Серия драбблов: Весна 2009

Всё, что сейчас существует в мире Казуи - это губы Рё. И судорожное тепло, наполняющее его тело до кончиков пальцев. Каме стелется по кровати, наощупь ищет плечи Нишикидо, и целует - долго, взатяг, словно курит. - Рё. - Тшш. - обрывает его стон Нишикидо, шарит пальцами в тугих джинсах, гладит, обхватывает так, что Казуя закидывает голову назад, будто умирая, и губы Рё на его шее сменяются зубами. Все, что они делают в кровати - распутное, словно короткая юбка, сетчатые чулки, или слишком глубокий вырез на груди. Все, что делает с ним Рё - неприлично, словно движения бедер Джина на концерте, и Каме поддается этой тягучей неправильности. Уже потом Каме, раскрасневшийся, с взлохмаченными волосами, прижимается к спине Нишикидо и целует выступающие позвонки. Рё инстинктивно дергает плечом, а потом словно спохватывается и молчит, ничего не говоря в свое оправдание. Казуя кусает губы и смотрит в потолок: - Ты с ним никогда не будешь таким, как со мной. Вся эта грязь. Для чего? Он задает вопросы в пустоту и мерное дыханье, в теплый назойливый запах Тацуи от подушки.

* * *

Каме толкается раз, другой, третий, и кончает, дыша, словно загнанная лошадь. Девушка, верхом на нем, продолжает двигать бедрами, наклоняясь и покусывая его соски, поглаживая его ходящие ходуном ребра. Каме откидывает назад голову, и вспоминает, как они познакомились с ней на вечеринке. Он не помнил, как ее звали, помнил только, что она европейка - худая, с большими зелеными глазами и сладкими поцелуями. Наверное о таких думал Джин, когда писал свои песни. А еще она сообщила Казуе, что на ней нет нижнего белья. Это звучало так, будто Каме - человек, которому можно доверить все тайны человечества. Когда Каме зажимает ее в коридоре и просовывает руки ей под платье - бедра у нее гладкие, горячие и упругие, словно у бегуньи или танцовщицы. "Скорее всего танцовщица." - думает Каме, когда она тянет его за галстук в комнату, снимая на ходу туфли, и толкает на постель. Она снимает с него джинсы, пальто, шарф, завязывая ему глаза, до предела обостряя его чувства, трется бедрами о член, через ткань. Каме матерится сквозь зубы, не имея возможности обхватить ее за зад - потому что руки у Каме тоже связаны. Пару раз она останавливается, словно ждет подсказки, а потом вращает бедрами так, что Каме почти кончает, дергаясь всем телом. И вот сейчас - наверное один из лучших моментов в жизни Казуи, когда она всхлипывает с сочным английским акцентом и развязывает его руки. Каменаши медленно, с наслаждением потягивается всем телом и открывает глаза. Над ним, рядом с девушкой стоит Ре. Нишикидо вытаскивает из кармана купюры, свернутые в бочонок, и протягивает девушке. Каме видит обезумевший взгляд Рё и самодовольно улыбается.