Зона отчуждения

       До взрыва Зоны оставалось двенадцать часов, в то время как в центре небольшого городка, расположенного по соседству с этим проклятым местом, в новой, поражающей своим величием увидевших ее в первый раз людей, высотке, на самом верхнем этаже, в небольшом, но уютном кабинете шел ожесточенный спор.        — А я тебе еще раз говорю, что это не гуманно. Кто мы такие, чтобы решать жить или умереть такому количеству людей, — высокий мужчина уже окончательно вышел из себя. Вместо обычно улыбчивого и рассудительного человека в идеально выглаженном и застегнутом на все пуговицы костюме с аккуратно уложенными волосами и теплым взглядом, перед присутствующими в кабинете людьми предстал растрепанный блондин в расстегнутой на две верхние пуговицы рубашке и с закатанными до локтя рукавами. На его раскрасневшемся от злости лице сверкали яростью две колкие голубые льдинки вместо глаз.        Все негодование этого еще достаточно молодого мужчины было направленно на старика худощавого телосложения и среднего роста. Который немного прихрамывал и, когда в очередной раз принимался нервно расшагивать по кабинету, всегда опирался на искусно вырезанную, но лишенную элегантности трость. Лицо старика было немного овальное и испещрено шрамами и морщинами. Нос немного выпуклый, губы поджаты. Правый глаз, как и лоб, обмотаны белым бинтом. На макушке торчали черные засаленные пряди волос. На подбородке шрам в виде перечеркнутого креста. Левый глаз почти не видит, поэтому мужчина постоянно держит его полуоткрытым, чтобы сильно не утомлять.        — Минато, ты наверно забыл, но я был там, и посмотри на то, что со мной сделали эти так называемые люди, — старик зло окинул взглядом единственного в этом помещении блондина и указал на свои увечья. Он хотел еще что-то добавить, но в этот момент раздался голос секретаря из селектора на столе хозяина кабинета.        — Орочимару-сама, прибыли люди, которых вы ждали.        — Очень хорошо. Пропусти их к нам, — в селектор, а затем, отпустив кнопку продолжил: — Не стоит сейчас спорить, через пару мгновений мы узнаем все подробности происходящего в Зоне и решим что же нам все-таки делать.        — Ну уж нет, — возразил Минато, совершенно не обращая внимания на двоих новоприбывших людей, проследовавших в самый темный угол кабинета. — Я все же договорю, — переводя взгляд с длинноволосого брюнета на старика. — Данзо, это видимо ты забыл, что мы все, — разводя руки в стороны и охватывая этим жестом всех людей находящихся в этот момент в кабинете, — все были там. Более того, все мы совершенно точно помним, что получение твоих увечий никоим образом не связано с жителями Зоны, — ехидно улыбаясь.        — Да ты… да я тебя… да как ты смеешь, молокосос, — начал распаляться старик. — Да что ты вообще можешь знать. Ты, тот, кто не принимал никакого участия в эвакуации мирных жителей, тот, кто предпочел топить свое горе в бутылке, — растягивая сухие губы в едкой усмешке. — Действительно, ведь никто кроме тебя не терял близких, никто не знает каково остаться одному… — саркастично. — Да что говорить о спасательных действиях, ведь ты сам бы там подох, если бы тебя не спас Орочимару, так что засунь свои гуманистичные речи себе в зад и не открывай свой поганый рот в мою сторону, слабак.        После слов Данзо Минато словно закаменел, но не замолчал, а продолжил ледяным голосом с нажимом на каждое слово.        — Я смею, еще как смею. Ведь несмотря на то, что я был недостаточно трезв в момент катастрофы, это совершенно не означает, что я не помогал людям выбраться. Другое дело, что, как ты выразился, спасением мирных жителей никто особо и не занимался. Ведь большинство выбравшихся - это политики и военные, а также золотое население Зоны. Да, возможно, если бы не Орочимару, то сам я бы не выбрался, но это уж совершенно точно не означает, что я бы там погиб. В отличии от тебя… Ведь это не я забился в подвал и прикрывался своими подчиненными, и уж точно это не я взорвал гранату в закрытом помещении из-за чего погибло огромное количество невинных людей находящихся рядом в этот момент да и самого нехило так потрепало. И совершенно точно это не я хвалюсь якобы я сражался на передовой против мутантов получив множество ранений, которые в действительности были получены при завале от взрыва той гранаты. Но да, видимо право открывать свой поганый рот у нас осталось лишь у трусливых тараканов, которые любят прикрываться своим возрастом и якобы приобретенными умом и опытом по прошествии этих лет. Но все мы знаем, что невозможно приобрести какой-либо дельный опыт, проживая свою жизнь забившись в самый тихий уголок…        — Так, все, хватит, — хлопая ладонями по столу и тем самым прерывая нестихающую ссору.        — Давайте все же послушаем наших гостей с новостями из Зоны. Какаши и… — замялся мужчина. — Прости, но я отчего-то не могу вспомнить имя твоего спутника.        — Ничего страшного, — ответил человек из-под капюшона, скрывающего все его лицо за исключением губ кривящихся в ухмылке. — Я человек не гордый и поэтому не считаю, что такой человек как вы должен помнить мое имя, но все же думаю чуть позже я представлюсь.        — Хорошо, — равнодушно согласился Орочимару, — тогда не будем терять времени и приступим. Кто из вас начнет?        — Думаю я, — вставая из не так давно занятого кресла сказал один из путников откидывая капюшон и являя взглядам свою внешность. — Меня зовут Хатаке Какаши, но вы наверное уже это поняли. Так вот, что касается Зоны. Я прожил там достаточно много времени изучая местную фауну, чтобы утверждать, что взрыв Зоны — это чистое безумие. Там слишком много жителей. Да, некоторые из них сильно мутировали, но это не значит, что они опасны. Это всего лишь способ приспособления к местным условиям. Да и таких жителей не так уж и много. Большинство из выживших почти не отличимы от нас с вами…        — Так от нас или от вас? — фыркнул Данзо указывая на мутировавший глаз Хатаке.        — Я еще раз повторю, — совершенно спокойно продолжил Какаши. — Они неотличимы от нас с вами, ведь мой глаз, это не совсем мой глаз. Мне его пересадили, а самостоятельно я ни капли не мутировал. Около четверти населения также избежали каких-либо мутаций и остались совершенно обычными людьми. Все обитатели приспособились жить обособленно от всего мира. Я уверен, что последние пару лет не было ни одной попытки выбраться из Зоны. Я ведь прав, Орочимару?        — Да, — скупой кивок в ответ. — Но давайте не будем торопиться и проголосуем. Кто за то, чтобы взорвать Зону? — все шесть человек, за исключением Минато и двоих путников подняли руки. — Ну вот, большинством голосов решено.        — Да как вы так можете, — взревел Минато. — Там ведь живые люди. А вдруг кто-то из ваших близких выжил? Разве вы не хотите дать им шанс?        — Минато, — окликнула разозлившегося блондина  стройная, зеленоглазая женщина высокого роста с изящными чертами лица и длинными растрёпанными волосами каштанового оттенка. — Все мы надеялись на то, что наши близкие живы, но как сказал Хатаке, там есть сильно мутировавшие люди. Да, их не много, но мы не можем рисковать. Ведь они могут выбраться и никто нам не гарантирует, что это чудовище не начнет убивать.        — Мей, ты не права, ведь там же они как-то живут рядом с обычными людьми… — попытался возразить Минато, но ему не дали договорить перебивая.        — А знаете, — хищный оскал показался из-под капюшона второго путника. — Мне это до безумия нравится. Взрывайте! Взрывайте эту чертову Зону, — расслабляясь и откидываясь на спинку кресла в котором все это время почти неподвижно сидел. — Вы думаете, что мы все умрем, но вы очень сильно ошибаетесь. Сильнейшие выживут. Выживут и озлобятся. Вы убьете слабых, а у сильных всегда есть кто-то из близких среди слабых, ведь таков закон жизни. Нашей жизни. Поэтому сильные придут. Придут за вашими жизнями. И поверьте, я буду с ними. Я выживу и приведу их сюда. Мы заберем вас в ад. Ведь мы придем мстить. Нам будет нечего терять, ведь все что у нас есть, это наши связи. Дружеские, любовные, партнерские, соседские связи. И многие из них вы у нас отберете этим взрывом. И поверьте, вы не захотите знать, что мы за это с вами сделаем. А мы будем делать ужасные вещи. Ведь, как вы сами нас называете, мы — монстры, — сверкая алыми звериным глазами и скаля клыки. — Поэтому взрывайте. Выпустите нас из этой чертовой коробки с видимостью свободы. Многие лишь обрадуются возможности прогуляться за этими чертовыми стенами.        — Возможно ты прав, коренной житель Зоны, — усмехнулся Орочимару. — Но что мешает нам убить тебя и предателя — Хатаке прямо сейчас. Ведь вас всего лишь двое. Да, — продолжил брюнет видя, что  путник хочет, что-то возразить. — Это не решит проблему с другими, которые, как ты говоришь придут, но это даст нам время подготовиться.        — Орочимару, ты его не понял, — раздался ехидный голос от открывшейся двери, и в кабинет вошел еще один мутант. — Здесь не поднимается вопрос о том, выживем ли мы. Он дает вам выбор кто умрет, ты и возможно еще вон тот, — указывая на Данзо. — Или вы все, за исключением лишь одного, и то лишь потому, что этот один приходится нашему другу родственником. И поверь, ты точно не обрадуешься узнав кто и кому здесь родственник, ведь если твой товарищ узнает это, то, я уверен на все сто процентов, он без лишних разговоров перейдет на нашу сторону. О-о-о-о, — протянул Итачи с улыбкой наблюдая за резко побледневшим Орочимару. — Я вижу, что ты понял о ком я говорю.        — Он что, выжил? Но откуда вы обо всем знаете? Хотя какая разница. Все это чушь собачья, ведь он все равно не поверит вам без доказательств, а доказательств у вас никаких нет и быть не может.        — Ты уверен в этом? — усмехнулся путник доставая из своего рюкзака тетради с написанными на обложке цифрами «1» и «2». — А вот я думаю совершенно иначе, — вставая со своего кресла и протягивая тетради Намикадзе. — Минато, я думаю ты захочешь с ними ознакомиться.          — Я убью тебя, — зашипел Орочимару, но встать со своего кресла не успел, так как Итачи уже стоял за его спиной и прижимал свою катану к его горлу.        — Сядь, — голос Итачи оставался совершенно спокойным, как будто это не он готовился отнять жизнь. — Нужно было раньше думать о последствиях.        — Ну что же, — задорно смеясь хлопнул в ладони Наруто. — Не будем попусту терять наше и так не резиновое время. Минато, ты можешь позже прочитать все, что там написано, а сейчас я покажу тебе те записи, что касаются непосредственно тебя. У страниц с этими заметками загнуты уголки. Их не так уж много, поэтому изучи их по-быстрому, а то твой драгоценный друг уже весь испереживался. А мы, в связи со вновь открывшимися обстоятельствами, снова проголосуем. Так что, кто за то, чтобы виновник произошедшего в Зоне умер?