Операция "Контрольный в сердце"

Утро выдается тяжелым. Голова жутко трещит, немного тошнит, все мышцы болят, будто я участвовала в соревнованиях по гимнастике. Даже руки трясутся. Я в нашей кровати, Бен явно не спал со мной. Не удивительно. Я бы сама не хотела спать с собой. Откидываю одеяло, встаю. Почему Бен всегда догола раздевает меня, когда я в таком состоянии? Может, боится, что я задушу себя резинкой от трусов? Пробираюсь в ванную. Я готова выдавить весь тюбик себе в рот. - Порча городского имущества, авария, публичное справление нужды, вождение в нетрезвом состоянии и попытка дачи взятки, - перечисляет Бен, прислонившись к косяку. - Прости меня, - выплевываю пасту. - Простить? – прыскает. – За что? - Подай халат. Я не смогу голышом слушать, как ты будешь орать на меня, - тяну руку. Он легонько шлепает меня по ней. – Ауч! – поднимаю глаза. Вижу отражение лица Бена в зеркале. Оно суров, но в глазах ирония. - Ну так за что простить? За то, что ты обманула меня на счет беременности? За то, что напилась, хоть и обещала этого не делать? Снова! Или за то, что тебе придется пользоваться моей машиной, потому что разбила свою? - Да. За это все прости, - пытаюсь прикрыться, пробираясь к халату, висящему на двери. - А что дальше, детка? Ты будешь это делать, потом извиняться и так мы будем дальше жить? – теперь в его взгляде горечь. - Дай мне выйти. Тут душно, - отталкиваю Бена от двери. - Ты не раскаиваешься и тебе не жаль, - качает головой. – Ты извинилась только чтобы я не орал. - Раскаиваюсь, - киваю. Замечаю тяжелый взгляд еще двух мужчин живущих в нашем доме – Оскара и Симбы. Сговорились что ли? - Пойдем завтракать, и… Потом одевайся, я отвезу тебя в общественный центр. - Нет, Бен! Только не туда. Они ведь придурки. Шарлатаны. Просто поговорить я и с тобой могу, - развожу руками. - Ты не поняла, детка, - улыбается. – А скорее всего не расслышала. Это было не предложение! – гремит. - Окей, - прохожу в кухню, усаживаюсь на свой стул. Ем самый вкусный в мире омлет. – И ты не будешь орать на меня за вчерашнее? – жую. - Я устал, Холи, - тяжело выдыхает. Слишком тяжело. Омлет встает в горле. Я не могу, когда он такой. Грустный, разочарованный, подавленный. – Тебя не изменят мой крик, нотации, нравоучения. Ты такая какая есть, алкоголичка, - хмыкает. Обидно. – Но я люблю тебя. И я не хочу менять тебя, лишь твои привычки, - жмет плечами. Я не могу усидеть на месте, быстро миную расстояние между нами и плюхаюсь на его колени, крепко обнимаю за шею. - Я люблю тебя, малыш, - шепчу. – Больше жизни. Ты все для меня, ради тебя я готова меняться, я хочу меняться. Прости, что теперь буду пользоваться твоей машиной, прости, что нарушила обещание. Такого больше не повторится. Клянусь, - целую его в висок. По щекам катятся слезы. Отстраняюсь, смотрю на него. Он утирает соленую воду с моего лица, улыбается. - Я рад. - Впервые ты улыбнулся мне в первый день нашей совместной работы. Я подумала, что ж это за улыбка такая, от которой у меня все внутренности сворачиваются в трепетном восторге? Может я именно тогда в тебя влюбилась? – прячу глаза. Бен неожиданно поднимает меня, уносит в нашу комнату, осторожно опускает на кровать. Быстро стягиваю с себя халат, отбрасывая его в сторону. Тяну руки к телу Бена, он накрывает меня собой. Неторопливо целует меня, укладывая ладонь на мою шею. - Я и не помню, когда понял, что влюбился, - трется кончиком своего носа о мой. - Возьми меня, пожалуйста. Не тяни, - качаю головой, обнимаю его талию ногами. Он очень серьезен, прожигает меня взглядом, и я чувствую то, что чувствовала тогда, в наш первый раз. Страшно, что он уйдет, не будет продолжать. Но вопреки страху, он входит в меня, так глубоко, что от боли темнеет в глазах. Сжимаю ладонями спинку кровати. Только не кричать! Только не кричать! – Любимый, остановись! – торможу Бена. Он резко останавливается, смотрит на меня. - Ты не хочешь? – сглатывает, переводя дыхание. - Хочу. Но мне слишком больно, притормози, - провожу ладонью по его щеке. – Пожалуйста, - смотрю в любимые глаза. И угождая мне, он двигается осторожно, плавно. Теперь хочу выть от наслаждения. Теперь хочу, чтобы он был жестче. Тело сгорает от накрывающих огненных волн, даже в кончиках пальцев взрываются искорки. Крепко обнимаю любимого за шею. – Ты все, что мне нужно! - Выходи за меня! – шепчет в каком-то страстном порыве. - Я выйду, - выдыхаю. От осознания того, что я буду его женой, каждая клеточка тела начинает выть от счастья. - Выходи за меня, Холи. - Выйду, любимый, выйду, - расслабляюсь, раскидывая руки в разные стороны. Мышцы гудят. Он любит меня, несмотря ни на что. И я бесконечно благодарна ему. – Давай никуда не поедем сегодня. Проваляемся весь день в постели, прижавшись друг к другу, - поворачиваю голову, смотрю на Бена. Он прикрывает глаза. - Хью не стал предъявлять обвинения, потому что я пообещал, что возьмусь за тебя. Так что одевайся, Холи, - кивает. Мысленно ругаюсь матом на русском. – Кстати, вечером съездим на стоянку и заберем все твои вещи из машины, прежде чем ее отправят на свалку. - На свалку? Мою малышку? – слезы наворачиваются. – Может, получится отремонтировать? - Хью сказал, что не получится. - Хью коп, а не механик! Ее нужно показать папе. - Да? И что ты ему скажешь? Как разбила? – поднимает брови. И вправду… Понятия не имею, что сказать. - Ну и ладно, - отмахиваюсь. – Скажу, что продала. Он все равно подарит мне новую. - Нет, не подарит! – повышает голос. Что? А тебе какая разница? – Ты выходишь за меня, ты не примешь от отца такой подарок, и кстати, больше не бери денег у родителей. - С какой радости, Бен? Тебе не кажется, что ты перегибаешь? - Нет, мне так не кажется. Мы живем вместе, скоро поженимся, у нас общий бюджет. Без вливания в него средств от твоих родителей, - добавляет. - Тогда купи мне машину, - развожу руками. - Стоит немного подкопить денег, ну или можно взять кредит. - Какой к чертям кредит? – рычу. Как же он меня бесит сейчас. – На кой черт брать кредит, если деньги, да и саму машину я могу безвозмездно получить хоть завтра! - Так нельзя, Холи! – встает с кровати. – Ты уже большая девочка. И скоро выйдешь замуж. Теперь обеспечивать тебя буду я. - Что ты заладил про это чертово замужество? – топаю ногами. – Я не должна брать деньги у родителей, но и ты не можешь купить мне тачку, так? - Верно, - кивает. - Так на чем мне ездить? - У меня есть машина. На работу мы и так ездим вместе, за покупками тоже. Мы всегда выбираемся куда-то вместе. Не вижу проблемы, - сверкает глазами. Дурацкий Бен! Показываю ему средний палец. – Тебе пять лет? – морщится. – Завала продает свою машину. Договоримся с ней, - улыбается. Что? Свихнулся. - Никогда моя задница не коснется сидений, этой чертовой Мазды! Она старая, первого поколения, наверное, грязная, и она возила эту мексиканскую суку, которую ты трахал! – как же я зла сейчас! - Значит, твою задницу будет возить только мой Ровер! – улыбается. - Бенджамин! – визжу. - Холи! Я запрещаю тебе покупать свою машину! – гремит. – Тема закрыта! Поехали! – кивает на улицу, идет к выходу из комнаты. - Не поеду никуда, - дую губы. Он разворачивается, испепеляя меня взглядом. Я боюсь этого взгляда. Очень сильно. – Сейчас, только переоденусь, - сдавленно бормочу. - Быстрее давай! – рявкает напоследок. Я вздрагиваю. Придурок!