Follow Me Down This Time

Гарри не любит хвастаться, но он знает действительно много вещей. Одна из вещей, которые он знает, это то, что он ужасен во всех существующих видах спорта, а в особенности в тех, в которых требуется хорошее равновесие, именно поэтому он пытается держаться от квиддича настолько далеко, насколько это вообще возможно. Все пять лет, проведенные в Хогвартсе, ему удавалось довольно успешно справляться с этим. На первом курсе у всех были ознакомительные уроки по квиддичу, но профессор разрешила ему пропускать занятия, как только поняла, что Гарри представляет гораздо меньше опасности для себя и окружающих, крепко стоя на земле двумя ногами, чем сидя на метле, подвешенный в воздухе в нескольких метрах над землей. Еще одна вещь, которую знает Гарри, это то, что капитан и ловец команды Слизерина, семикурсник Луи Томлинсон, очень хорош в квиддиче. Несмотря на полное отсутствие хоть каких-нибудь навыков в этом виде спорта, он знал о нем довольно много и приходил на каждую школьную игру, как только Луи присоединился к команде Слизерина в его четвертый год в Хогвартсе, и второй год для Гарри. Он был бы смущен всем этим, если бы только рассказал кому-то о причине своей внезапно возникшей заинтересованности в квиддиче спустя год, проведенный в попытках избежать занятий по нему, но, естественно, он этого не сделает. Он подозревал, что Зейн, его лучший друг, который на год старше него, догадывался о его маленьком увлечении, но на удивление, тот всегда услужливо обходил эту тему стороной, и Гарри был благодарен ему за это. Гарри впервые заметил Луи в свой второй год в Хогвартсе. Он валялся на траве на берегу озера с Зейном и мальчиком, его ровесником из Хаффлпаффа, Найлом, наблюдая за гигантскими кальмарами, греющими свои щупальца на солнце, когда группа смеющихся мальчиков чуть не раздавила их, в спешке пытаясь добраться до озера. Один из мальчиков, широкоплечий, с добрыми глазами и короткими темными волосами, судорожно извинялся между приступами громкого смеха, ловя пристальные взгляды Зейна и, прежде чем его щеки покраснели слишком сильно, другой мальчик утащил его прочь. Он был ниже, чем первый, и его глаза вспыхнули ярко-синим цветом в солнечном свете, когда он быстро обернулся на Гарри, даря ему веселую, с очаровательными морщинками вокруг глаз, улыбку, прежде чем стянуть свою мантию, и прыгнуть в озеро с громким криком. Гарри, правда, никогда не был склонен к причудливым метафорам, но в тот момент, он почувствовал, как его сердце выпрыгнуло прямо через его горло и сразу же приземлилось перед ногами голубоглазого мальчика. У него не заняло много времени узнать имя Луи, или то, что его репутация далека от хорошей. Тем не менее, несмотря на это, все любили его. Он был добрым и умным, и даже ответственным, когда этого требовала ситуация, и, несмотря на травму, полученную во время игры, он привел команду Слизерина к победе впервые почти за два десятка лет. После «озерного инцидента» Гарри все время неосознанно искал способы снова увидеть Луи в замке или хотя бы на территории вокруг. Он приноровился спонтанно гулять вокруг лужаек, которые совершенно случайно находились рядом с полем для квиддича в дни, в которые команда Слизерина, по странному стечению обстоятельств, тренировалась. А еще он ходил на уроки Чар только длинной дорогой, поднимаясь на шестой этаж по хрупкой деревянной лестнице рядом с коридором в левое крыло, проходя мимо класса трансфигурации, игнорируя великолепную гранитную лестницу с исчезающими перилами на пятом этаже. И, даже если это добавляло ему дополнительные пять минут ходьбы, он продолжал ходить этим путем, только потому, что мог заглядывать в класс трансфигурации, мельком смотря на Луи, сидящего за своим столом, с открытым и счастливым лицом, болтающего со своими друзьями до начала урока. Во время еды он всегда сидел лицом к столу Слизерина. Даже когда Луи сидел к нему спиной, Гарри все равно не мог оторвать глаз от мальчика; он наблюдал за складками, появляющимися на его мантии, когда он двигался, или за тем, как он заставлял своих друзей улыбаться и смеяться, и смотреть на него так, словно он самый интересный человек в комнате. Это было чем-то вроде небольшой проблемы, но не одной из тех, в которых Гарри нуждался в помощи. И, несмотря на три года изобретения способов случайно столкнуться с Луи, ему ни разу так и не удалось набраться мужества, чтобы заговорить с ним. Экзамены в школе длились всего неделю, и тренировки по квиддичу должны были вот-вот начаться, а потом и соревнования, что значит, что осталось всего несколько недель, прежде чем Гарри получит возможность видеть Луи, без необходимости ходить длиннющей дорогой и хлипкими лестницами, чтобы случайно встретиться. У них нет общих уроков, потому что Луи на два года старше, и они на разных факультетах, так что для него это действительно единственный шанс увидеть Луи. Временами, он находит это довольно таки трагичным. Да, Луи слизеринец, он нахальный и шкодливый (все в школе были уверены, что это именно он устроил фейерверк на четвертом этаже во время прошлогодних выпускных экзаменов, но никто так и не смог доказать его причастность к этому происшествию), но он также веселый и добрый, и до ужаса потрясающий, и Гарри полностью и безвозвратно влюблен в него. ~~ В один из понедельников Гарри растянулся на траве под буковым деревом и читал про зелья, лечащие фурункулы и царапины, одновременно с этим делая пером пометки на полях своей книги, когда кто-то рядом с ним вдруг заговорил, — Прости? Он потрясенно поднимает голову, рукой прикрывая глаза от палящих солнечных лучей, и невольно открывает рот, понимая, кто перед ним стоит. Гарри не может вымолвить и слова и только кивает в ответ. Луи улыбается и говорит, — Что ты там читаешь? Гарри молча показывает ему обложку, и тот кивает, сочувствующе поджимая губы. — Уже делаешь домашнее задание? Честно говоря, я думаю, что они слишком сильно грузят нас подготовкой к ТРИТОНУ*, и я понятия не имею почему, ведь до экзамена еще почти год. — Не зная как реагировать, Гарри просто тупо смотрит вверх на Луи, который с весельем смотрит на него в ответ и продолжает, — Не возражаешь, если я к тебе присоединюсь? Гарри знает, что он выглядит как полный придурок, с открытым ртом и выпученными глазами, но ему все же удается кивнуть, пока он карабкается вверх в положение сидя и скрещивает под мантией ноги. Луи неуклюже плюхается рядом и Гарри старается не пялиться на него. Занятия уже закончились и Луи одет в маггловскую одежду — узкие черные джинсы и белую футболку с глубоким вырезом, которая открывала отличный вид на его тонкие ключицы и становилась почти прозрачной под солнцем. Гарри чувствует себя каким-то нелепым и расфуфыренным в своей мантии, неловко разравнивая складки на магической ткани на коленях. У него есть маггловская одежда под ней, но он бы выглядел немного глупо, если бы принялся стаскивать мантию прямо сейчас. Пытаясь спасти то, что осталось от его достоинства, Стайлс кладет свою книгу на колени и заставляет себя вернуться к чтению, вместо того чтобы тупо пялиться на Луи, когда он теперь сидит рядом с ним. Он смутно осознает, что его глаза по кругу пробегаются по одному и тому же перечню ингредиентов на протяжении почти десяти минут, не запоминая ни единого слова, но он не может перестать думать о том, что никогда раньше не был так близко к Луи, и он такой хорошенький и спокойный, и его штаны закатаны на лодыжках, и он снял свои кеды и счастливо шевелил пальцами на траве, и Гарри на самом деле никогда не задумывался о ногах, но пальцы Луи такие милые, что он просто не может не думать о них. Он чувствует, как его лицо покрывает румянец, и роняет голову на руки, ладонями закрывая глаза, и мысленно приказывает себе перестать думать о Луи. — Э-э, ты в порядке, приятель? Голова Гарри дергается, и он кивает Луи, с широко распахнутыми от удивления глазами. Томлинсон кидает ему небольшую улыбку и говорит: — Ты знаешь, я, кажется, не представился. Я Луи. Он протягивает ему руку, и Гарри лишь на секунду колеблется, прежде чем пожать ее. Рука Луи маленькая и теплая, и его хватка крепкая и Стайлс очень старается игнорировать дорожки мурашек, бегающие вверх-вниз по его рукам после прикосновения Луи. Так старается, что почти пропускает, когда Луи говорит насмешливым тоном, — Ты же умеешь говорить, правда? Младший мальчик нервно смеется и отвечает, все еще сжимая руку Луи в своей: — Да. — Его голос хриплый после столького времени молчания, так что он прочищает горло и пытается снова. — Да, конечно, прости. Я Гарри. Прости. Он морщится, слыша свои судорожные извинения, но Луи только смеется и говорит, — Перестань извиняться, ты не сделал ничего плохого. В самом деле, ты любезно согласился поделиться твоим теньком под деревом со мной, так что, я бы сказал, что ты очень милый и добрый. Гарри краснеет снова и опускает голову, прекрасно понимая, что его рука все еще свободно обхватывает ладонь Луи. — Это не мой тенек, — бормочет он, и Луи снова смеется и сжимает его руку, прежде чем отпустить, и у Гарри в животе ничего не переворачивается из-за этого. Конечно. Он собирается снова начать притворяться, будто действительно читает свою книгу по Зельеварению, когда Луи ставит локти на колени и наклоняется вперед, упираясь подбородком в раскрытые ладони. — Ну, Гарри из Рейвенкло. — Стайлс недоуменно смотрит на него, и Луи многозначительно кивает на его золотисто-синий* галстук, и продолжает. — Расскажи мне о себе. Откуда ты? Гарри на мгновение замирает, прежде чем ему удается отклеить свой язык от неба и начать им двигать. — Чешир. Маленькое магическое сообщество из Холмс-Чапла. — О, да ладно! — глаза Луи сияют. — Я сам из Донкастера. Магглорожденный, так что знать не знал о магии, пока мне не исполнилось одиннадцать. Это было небольшим шоком для моей мамы, но зато это объяснило некоторые странные вещи, случавшиеся со мной, пока я рос. Я бы хотел вырасти в волшебном сообществе, — говорит он задумчиво, и Гарри закусывает губу, чтобы остановить себя от предложения Луи приехать к ним на рождественские праздники. Будучи влюбленным в него три года, он иногда забывает тот факт, что официально они знакомы не больше пяти минут. Когда Гарри ничего не отвечает, Луи вздыхает и говорит: — Ну ладно, Хазза, ты должен внести свой вклад в этот разговор, если мы собираемся стать друзьями. Отношения — это как улица с двусторонним движением, знаешь. Гарри снова игнорирует какое-то странное копошение в животе после слов Луи и выпускает смешок, когда Томлинсон смотрит на него, сверкая глазами. — Я немного знаю о тебе, — выпаливает он случайно. Он ловит себя слишком поздно, широко открывая глаза, но Луи выглядит совершенно восторженным. — Да? — говорит он с ухмылкой. — И что ты знаешь? Гарри снова закусывает губу, прежде чем прошептать: — Ты ловец Слизерина. — Луи кивает, но ничего не говорит. — Хм. Ты дружишь с Лиамом Пейном из Хаффлпаффа. Мой приятель Зейн немного помешан на нем, — говорит Гарри, чувствуя немного больше уверенности в себе. Луи фыркает и Гарри продолжает: — Ты староста, но ты не всегда следуешь правилам. Луи изгибает бровь, и Гарри запинается: — Я просто… я имею в виду, ты… ты нарушаешь их. Луи наклоняется назад и, опираясь руками о траву, говорит ленивым и уверенным голосом: — У тебя нет доказательств. Гарри смеется, и Луи довольно улыбается ему в ответ. Они замолкают на некоторое время, просто смотря друг на друга, и Гарри отчаянно пытается запомнить этот момент и такого веселого и любопытного Луи, почему-то желающего стать его новым другом. Несколько минут спустя, Томлинсон наклоняется вперед, снова упираясь локтями о колени, и рассеяно перебирает в пальцах траву под ногами. — Что ты делаешь на выходных? Глаза Гарри расширяются, и он отвечает, смущенный громкостью, с которой бьется его сердце в груди: — Выходных? Луи кивает. — Я иду в Хогсмид на выходных. Тебе просто необходимо пойти со мной. Возьми с собой этого Зейна, а я притащу Лиама, и мы запрем их в туалете «Трех Метел», сделаем Зейну подарок. Гарри нервно смеется, не понимая, о чем именно просит его Луи. Он уверен, что это не свидание, они ведь, в конце концов, только познакомились, и Гарри даже не знает, нравятся ли Луи мальчики гораздо младше его и мальчики вообще. У Луи была девушка на протяжении почти всего четвертого курса, но опять же, у Зейна тоже была девушка, что не помешало ему влюбиться в парня. Он смущенно рассматривает подол своей мантии, нервно перебирая в пальцах рукава, прежде чем говорит, — Хорошо, конечно. Улыбка Луи настолько ослепляющая, что Гарри на мгновения начинает паниковать, думая, «О, боже, что я наделал», прежде чем мышцы его лица неконтролируемо двигаются, и он широко улыбается Луи в ответ, как дурак. По крайней мере, у него будет причина несколько часов открыто пялиться на Луи и гарантированное развлечение, когда он будет наблюдать, как Зейн крутится вокруг Лиама, практически пуская из глаз сердечки. ~~ К ужину в понедельник вечером Гарри уже обретает уверенность, что он просто случайно заснул на берегу озера и встреча с Луи ему приснилась. Он уныло тащится на ужин, в то время как Зейн и Найл счастливо болтают рядом с ним и, когда рука, не принадлежащая ни одному из них, хлопает его по плечу, он оборачивается только чтобы увидеть Луи, улыбающегося ему стоя рядом с небольшой группкой слизеринцев. Луи ничего не говорит и просто подмигивает Гарри, сразу же исчезая в центре группы, а Стайлс шокированно смотрит ему вслед, все еще ощущая на плече тепло от его ладони. — Это был Луи Томлинсон? — говорит Зейн. Когда Гарри смотрит на него, Зейн и Найл уже уставились на кучку слизеринцев с такими же, как и у него, шокированными лицами. Гарри кивает, и когда Зейн с любопытством поворачивается к нему, он просто пожимает плечами. И если теперь он идет к столу, радостно подпрыгивая при каждом шаге, то старается делать вид, что в этом нет ничего особенного. ~~ Неделя проходит мучительно долго, и Гарри умудряется выставить себя полным придурком еще целых три раза, прежде чем наступает суббота. Во вторник Гарри как обычно гуляет по территории Хогвартса, с книгой по Нумерологии подмышкой. Он даже не успевает заметить, как ноги сами приводят его к квиддичному полю, на котором уже летают семь фигур в мантиях, образовывая небольшой круг. Он останавливается и собирается уже развернуться назад, когда из группы игроков, летящих под определенным углом, один игрок, тот, который спереди, поворачивается, и, не обращая внимания на остальных, кричащих ему что-то вслед, летит к нему ближе. Гарри впадает в панику, когда понимает, что это Луи, и что Луи летит прямо к нему. Но, к сожалению, Томлинсон уже достаточно близко, чтобы крикнуть «Гарри», прежде чем у него появится возможность сбежать, поэтому Стайлс прикусывает язык, чтобы не сболтнуть чего лишнего и опускает глаза в землю, пытаясь скрыть свое огненно-красное лицо. — Ты что, шпионишь за мной? — шутит Луи и Гарри показывает ему свою книгу и невнятно бормочет что-то о потребности в свежем воздухе и тишине. Его оправдание звучит так жалко, что он просто поворачивается на каблуках и шагает назад, не уверенный даже, что пробурчал хоть что-то похожее на прощание. В ушах стоит звон, и он может чувствовать взгляд Луи на своей спине, но все равно заставляет себя продолжать идти к замку, даже не оглянувшись. Среда, к счастью, проходит без инцидентов. Гарри видит Луи только во время еды, потому что решает ходить на уроки Чар нормальной дорогой, без риска быть пойманным подглядывающим за слизеринцем теперь, когда тот уже знаком с Гарри. Хотя в четверг, Луи ловит его, когда он выходит из Большого Зала после ужина, выкрикивая его имя и сбегая к нему по мраморной лестнице. — Хэй, Гарри, — говорит он, его глаза сверкают под слабым светом от факелов, и Гарри правда не может перестать смотреть на него. Кожа Луи практически светится в полумраке коридора. Он даже не уверен человек ли Луи, или, по крайней мере, не на половину Вейла. — Ты в порядке? Голос Луи выводит Гарри из оцепенения, и он кивает, но снова забывает, как говорить. Луи просто улыбается ему. — Ты нашел тихое и спокойное место? — когда Гарри просто тупо смотрит на него, не понимая о чем речь, Луи подсказывает. — Прогулка во вторник… ? — О! — Гарри хмурится, когда в памяти всплывает то, как глупо он повел себя на Квиддичном поле. — Да. В конце концов, нашел отличное место на берегу озера, — врет он. Но Луи просто кивает и прислоняется к перилам, скрещивая на груди руки. Гарри очень старается не смотреть, как маггловская рубашка обтягивает его плечи. — Отлично! Успеваешь со всеми этими школьными заданиями? У тебя же СОВ* в этом году? Гарри кивает. — Синистра в этом году как с цепи сорвалась. Экзамен по Астрономии уже на следующей неделе. — Ах, Астрономия! Дурацкие звездные карты и карты лунных кратеров и все подобное дерьмо. Уверен, что ты хорошо сдашь, хотя я все еще думаю, что максимум, что нужно делать со звездами, это смотреть на них. Но скажи мне, если тебе будет нужна рука помощи, я был бы счастлив помочь тебе. Гарри мгновение шокировано смотрит на Луи, прежде чем умудряется кивнуть и сказать слабым голосом: — Да, хорошо, спасибо. — Не переживай. — Луи снова подходит к нему и гладит по руке, а потом говорит: — Ладно, хорошо. Вечерняя тренировка. Увидимся! Гарри смотрит, как Луи вытаскивает свою палочку из заднего кармана джинсов, на кончике которой появляется слабый огонек, и выходит через передние двери, исчезая в вечерней темноте. Однако в пятницу Гарри хочет залезть в яму и умереть. Он сидит на своем обычном месте за завтраком, ест колбасу и так же часто, как и всегда, поглядывает на Луи, когда вдруг, Томлинсон внезапно поднимается со своего места и начинает идти в сторону стола Равенкло. Гарри пытается обратить на себя внимание Зейна, кивая ему головой, и в итоге, это заканчивается тем, что он давится колбасой. Зейн хлопает его по спине, в то время как Луи подходит к ним и плюхается на пустое сиденье рядом с Гарри. Он с беспокойством смотрит на них, — Все в порядке, Гарри? Гарри кивает со слезящимися глазами. Он хватает первый попавшийся кубок тыквенного сока, оказавшийся кубком Зейна, и пьет напиток большими глотками. Поставив кубок обратно на стол, он поспешно вытирает глаза рукавом мантии и затем поворачивает к Луи лицом. Томлинсон крадет кусочек бекона с тарелки Гарри и говорит: — Я просто хотел убедиться, что ты не забыл про завтрашний поход в Хогсмид. Теперь у тебя не получится продинамить меня. Гарри смотрит, как пальцы Луи подносят кусочек бекона к его же губам, пытаясь сформулировать ответ, но кажется, очевидно, что он в отчаянии. Он не может найти подходящий ответ так долго, что, в конце концов, Зейн наклоняется вперед, обнимает его за плечи, и отвечает Луи вместо него. — Прости, приятель, Гарри просто немного не в себе из-за недостатка кислорода в мозге вследствие этого происшествия с колбасой. Он будет там, не беспокойся. Я Зейн, кстати. — Ах, да, друг Лиама! — говорит Луи со злобной усмешкой и Зейн резко одаривает Гарри рассерженным взглядом. Но Гарри слишком занят наблюдением за Луи, чтобы заметить хоть что-то, кроме него. — Ты идешь с нами, правда, Зейн? — смеется Луи. — Да, идет, — выдавливает Гарри, игнорируя локоть Зейна, впившийся в его ребра. — Он просто мечтает пойти с нами! — Замечательно! Тогда увидимся завтра, мальчики, — восклицает Луи и проводит рукой по волосам Гарри, прежде чем уйти, исчезая в толпе студентов, спешащих на свои первые уроки. Гарри роняет голову на стол, как только Луи исчезает из поля его зрения и громко стонет. Зейн снова толкает его локтем в бок и шипит: — Что это блять такое, Стайлс? Зачем я тебе на свидании с Луи Томлинсоном? Зачем мне быть третьим лишним? — Это не свидание! И ты не третий лишний, Боже, — тихо говорит он. — С нами еще будет Лиам. Это не свидание, — повторяет он, но Зейн просто приподнимает бровь и пялится на него целую минуту, прежде чем отобрать у Гарри свой кубок с тыквенным соком.