Follow Me Down This Time

Гарри просыпается в субботу под тихий стук дождя и серое небо за окном. Он лежит в постели, слушая дождь, и хочет, чтобы его сердце билось в таком же размеренном ритме, но вместо этого оно пытается вырваться из его груди только при мысли об этом несвидании с Луи. Ему удается немного успокоиться, пока остальные мальчики медленно просыпаются, а также у него выходит натянуть одежду дрожащими пальцами и последовать за Зейном в общую комнату, а потом и в Большой Зал. Там уже собралась небольшая толпа студентов, слоняющихся без дела в ожидании сторожа, который должен выпустить их из замка, и Гарри с Зейном от скуки бездумно пялятся на пятно на стене, ожидая Луи и Лиама. Гарри даже не понимает, что он нервно ерзает, пока Зейн не хватает его за руки и не сжимает их. Он выдавливает слабую улыбку, и Малик возмущенно фыркает. — Это просто Луи, Мерлин. Но, тем не менее, он переплетает их пальцы и Гарри откидывает голову на плечо Зейна и закрывает глаза, пытаясь сдержать себя от постоянных оглядываний в поисках Луи. Они прождали всего несколько минут, когда Гарри слышит смех Луи, раздающийся из холла. Все его тело напрягается, и он выпрямляется, сжимая пальцы друга, а затем Луи и Лиам оказываются стоящими перед ними. Луи одет в одутловатую куртку с меховым капюшоном, который почти целиком проглатывает его голову и шапочку, сползшую почти до самых глаз, у Гарри чешутся пальцы, так он хочет поправить ее, но вместо этого он засовывает свободную руку в карман, сжимая пальцы в кулак. Пальцы Зейна до боли сжимают его ладонь, поэтому он поворачивается к Лиаму. Лиам смотрит на Зейна, который смотрит на него в ответ с широко распахнутыми глазами, и Гарри бросает Луи самодовольную ухмылку. Но Луи не смотрит на него; его глаза прикованы к их с Зейном переплетенным рукам, свободно висящим между ними. Гарри прочищает горло и высвобождает свои пальцы из ладони Малика, нервно поправляя волосы. Люди начинают выходить через огромные двойные двери, и Луи подзывает их вперед, и им, наконец, удается выйти из замка на улицу, в серый туман и накрапывающий дождь. Земля грязная и скользкая и Гарри спотыкается, как только ступает на мостовую. Три пары рук сразу хватают его, а одна рука подхватывает его за локоть, удерживая на ногах, и он с удивлением замечает, что это рука Луи. — Аккуратнее, Гарри. Не хочу, чтобы ты вымазал свои миленькие ботиночки, — улыбаясь, бормочет Томлинсон. Приятное тепло разливается по всему телу Гарри, и он немного опирается на Луи, а Томлинсон не отпускает его руку в течение всей прогулки до Хогсмида. — Можем ли мы сначала пойти в Сладкое Королевство? — спрашивает Луи, не спуская с него глаз. — Мне нужно пополнить свою коллекцию сахарных перьев, прежде чем мне придется сидеть на одной из лекций Бинса, а Лиам обещал своей маме прислать ей засахаренных ананасов. Никто ничего не имеет против, тем более все с удовольствием променяют дождь на уютный и теплый магазинчик, наполненный запахом сладкой ваты и разных сладостей. Луи покупает большой мешок конфет, чтобы отправить его сестрам, и Гарри влюбляется в него еще больше. Зейн ловит его с обожанием смотрящим на Луи, и щипает за бок, пытаясь отвлечь, Гарри хмурится и сжимает губы, отворачиваясь прежде чем Луи успевает заметить. После этого они вчетвером ютятся под навесом снаружи Сладкого Королевства, а Луи говорит, — Как насчет Зонко? Лиам понимающе смотрит на Луи и говорит, — Если ты опять собираешься покупать фейерверки, то я предпочел бы не видеть этого, чтобы потом я мог правдоподобно отрицать свою причастность к твоим затеям. — Давай пойдем в Три Метлы, а Луи и Гарри догонят нас, когда закончат покупки, — гудит Зейн. Он с надеждой оборачивает руку вокруг локтя Лиама, и тот с изумлением на мгновение опускает взгляд на тонкие пальцы Зейна, обхватывающие его руку, а румянец расплывается по его щекам, прежде чем он согласно кивает. Гарри весело подмигивает Зейну, а затем они спускаются по ступенькам с крыльца и исчезают в плотной стене дождя. Луи автоматически закидывает руку на плечи Гарри, когда они натягивают свои капюшоны и спускаются со ступенек вслед за Зейном и Лиамом, сворачивая в сторону лавки волшебных штучек. — Ты ведь… — говорит Гарри, и когда Луи вопросительно смотрит на него, его ресницы ловят капельки дождя. — Не собирался покупать фейерверки? — уточняет он. Луи хохочет и говорит, — Конечно, нет! Ты думаешь, я покупал бы фейерверки в месте, в котором бы искали в первую очередь? — он оглядывается на Гарри и добавляет, — Не то чтобы я делал что-то такое. — Конечно, — повторяет Гарри, в его голосе слышится улыбка. — Ты знаешь, — говорит он, дразнясь, — ты именно тот студент, за которым префекты* должны наблюдать каждую секунду свободного времени. Я понятия не имею, как ты вообще умудрился стать старостой. Луи негодующе ахает. — Да как ты смеешь! Люди любят меня! Я образцовый студент, Гарри, и я просто возмущен твоими словами! — Луи слабо толкает его в плечо, и когда Гарри смотрит на него сверху, и тот улыбается, сверкая глазами от сдерживаемого смеха. Луи ничего особенного в Зонко не нужно, но он настаивает, что они должны дать Лиаму и Зейну немного времени наедине (сопровождая свои слова соответствующими движениями бровями), так что они бродят мимо переполненных прилавков, обсуждая плюсы и минусы разных волшебных приколов. — Чихательный порошок не очень хорош. Поначалу это смешно, но потом ты попадаешь под его действие вместе со всеми, потому что просто невозможно вовремя отбежать или закрыть нос руками и чихаешь как припадочный, вместо того чтобы потешаться над остальными. Клыкастые фрисби* довольно забавные, но это только до того момента, пока ты не вспоминаешь о существовании перчаток. К тому времени, когда они обходят весь магазин, Гарри, честно говоря, уже держит несколько магических приколов в своих руках, и, когда они добираются до Трех Метел, неся покупки в руках, Лиам и Зейн ждут их уже больше часа. Но, несмотря на это, они, кажется, даже не замечают их. Они нашли столик в самом далеком и темном углу паба, и сидят, близко наклонившись друг к другу, словно разговаривая. Луи останавливает Гарри, показывая на переплетенные руки Зейна и Лиама, и они довольно переглядываются. — Думаю, в ближайшее время нам придется планировать свадьбу, — бурчит Луи. Гарри смеется и говорит, — В этом нет необходимости, Зейн все спланировал еще три года назад. Они по-прежнему приближаются столу, и когда Зейн замечает их, его глаза оказываются блестящими, а щеки очаровательного розового оттенка. Луи плюхается на сиденье рядом с Лиамом и целует того в щеку, а Пейн со смехом отпихивает его рукой. — Здравствуй, любовь моя! — вопит Луи. Когда Гарри садится на четвертый стул, Зейн счастливо улыбается ему и толкает к нему через стол бокал со сливочным пивом. Они проводят в Трех Метлах еще несколько часов, пьют сливочное пиво и весело болтают. В какой-то момент, Луи под столом пихает своей ногой его лодыжку, глядя на него сквозь ресницы, как всегда делает, и когда он улыбается и слабо толкает его ногу в ответ, Томлинсон так и оставляет ее, прижимаясь к лодыжке Гарри своей. К тому времени, когда они решают вернуться в Хогвартс, Гарри вдоволь напился сливочного пива и насладился вниманием Луи, по телу разливалось приятное тепло, а улыбка не сползала с лица. Дождь идет еще сильнее, чем раньше, когда они шагают на улицу, и Зейн сразу же предупреждает Луи, — Тебе наверняка придется придерживать его, — указывая на Гарри. — Хей, — протестует Стайлс, но Луи только смеется и переплетает их руки, медленно ведя его к замку. Гарри весь вымок и так замерз, что стучит от холода зубами. Зейн и Лиам идут в Большой Зал на обед, но они с Луи останавливаются у дверей. Глаза Луи критически осматривают Гарри, а затем он достает свою палочку из заднего кармана и шагает к нему ближе. Он так близко, что Гарри сможет посчитать его реснички, если только захочет. Несмотря на то, что его зубы и правда громко стучат, он все равно может расслышать заклинание, которое бормочет Луи. Он очень старается не пялиться на губы Луи, а затем его одежда вдруг высыхает. Гарри с облегчением выдыхает, и как только Луи прячет палочку обратно в карман, тихо шепчет, — Спасибо. Луи просто улыбается и говорит, — Конечно, приятель. Не мог позволить тебе заработать переохлаждение. Напомни мне потом наложить импервиус* на твое красивенькое пальто. Они заходят в Большой Зал когда обед только начинается, и почему-то никто не говорит и слова, когда Луи следует за ним за стол Рейвенкло. Гарри чередует пережевывание пищи со смехом и разговорами с Луи, время от времени поглядывая в свою тарелку, пытаясь скрыть от слизеринца глупую счастливую улыбку, которая, кажется, прилипла к его лицу навсегда. Прямо перед тем, как Гарри собирается направиться в башню Когтеврана, неохотно попрощавшись с Луи, тот кричит ему, — Хей, Гарри, подожди, — уже стоя на своей лестнице в подземелье. Гарри останавливается на нижней ступеньке мраморной лестницы, ожидая пока Луи подойдет к нему. Томлинсон оттаскивает его в сторону, нервно подергивая пальцами, а затем говорит, — Хочешь, помогу тебе с астрономией? Дождь закончится, и я могу сегодня встретиться с тобой на Астрономической Башне, ну, если ты конечно хочешь. Гарри закусывает губу, чтобы остановить улыбку, норовящую расползтись по лицу, и кивает. — Да, хорошо. Это звучит отлично, спасибо. Луи кивает, а затем они стоят у основания лестницы, просто смотря друг на друга еще несколько минут, пока толпа гриффиндорцев не выходит из Большого Зала за ними, громко разговаривая и вырывая Луи из оцепенения. Он отводит глаза в сторону, пытаясь скрыть свое покрасневшее лицо. Гарри не может отвести от него глаз даже когда гриффиндорцы проходят мимо них, немного толкая его в сторону, пытаясь поскорее добраться до своей общей комнаты. — Да, — громко говорит Луи, его голос эхом отдается от каменных стен замка. Он кашляет и говорит гораздо тише, — Ну, ладно. Я… тогда увидимся вечером. Гарри кивает, а Луи снова бормочет, — Хорошо. Ладно. Тогда увидимся, — и шагает прочь. Гарри смотрит ему вслед и не может глупо не улыбнуться, показывая ямочки на щеках, когда Луи оборачивается и бросает на него быстрый взгляд, прежде чем свернуть за угол подземелья, направляясь прямо в гостиную Слизерина. Он счастливо напевает всю дорогу к башне Рейвенкло, и падает в кресло рядом с Зейном в общей комнате, пока тот с подозрением поглядывает на него. — Почему ты поешь Селестину Уорлок*? Ты заболел? — его глаза на мгновение сужаются, а затем он шокировано ахает. — Ты и Луи целовались? Гарри хихикает. — Нет! Он просто поможет мне с астрономией немного позже, вот и все. Зейн шокировано косится на него. — Приятель, я предлагал тебе помощь с астрономией годами. Ты имеешь в виду, вы будете целоваться и обниматься на Астрономической Башне, но никак не учиться. Гарри закатывает глаза. — Нет, он помогает мне с подготовкой к моему экзамену во вторник. — Да-да, а потом вы будете целоваться. — Когда Гарри рассержено смотрит на него, Зейн только поднимает в защиту руки и говорит, — Эй, я видел вас двоих сегодня. Все мы знаем, что ты хочешь поцеловать его, но теперь я уверен, что он хочет того же. Просто сказал. Его желудок нервно сжимается и он закусывает губу, стараясь не думать слишком много о том, что сказал Зейн. ~ Он пытается сделать хоть какие-нибудь уроки до ужина, но не может перестать думать о том, что сказал Зейн, продолжая вспоминать поход в Хогсмид и стараясь разглядеть то, что увидел Зейн. Когда приходит время ужина, он написал только шесть дюймов из необходимых восемнадцати своего эссе по Трансфигурации об «опасности безмолвных заклинаний». Найл уже ждет их у основания мраморной лестницы перед входом в Большой Зал, и обнимает его за плечи, пока они идут к своему столу. Найл ест за столом Равенкло несколько раз в неделю. На них по-прежнему иногда бросают странные взгляды, но никто никогда ничего не говорит. Гарри скользит на скамью между Зейном и Найлом, и толкает последнего в бок, когда тот начинает строить Зейну рожицы, кося глазами на Гарри. — Так как там ваш поход в Хогсмид? — Найл ухмыляется и двигает бровями, и Гарри толкает его в плечо. — Удачное первое свидание, — усмехается Зейн, положив руку на бедро Гарри, чтобы не упасть, когда он наклоняется через него к Найлу. — Они провели целый час вдвоем в Зонко, и держались за руки всю дорогу обратно, — ябедничает он. — Оооох, — ухмыляется Найл. — Похоже, что это настоящая любовь. Гарри закатывает глаза. — Это не было свиданием. — Выражение его лица вдруг становится озорным, и он добавляет самодовольным голосом. — Но ты бы видел Зейна и Лиама, Найл. Они так близко прижимались к друг другу в Трех Метлах, и выглядели как парочка из той рекламы из «Ежедневного Пророка» про ведьму, предоставляющую помощь в романтических знакомствах, — воркует он, щипая Зейна за щеку. Зейн хмурится и отмахивается от его руки. — Мудак, — злобно бормочет он, но когда Гарри осторожно толкает его своим плечом, то замечает, как уголки губ Малика дергаются вверх. Луи сидит к нему лицом на ужине, так что Гарри старательно даже не смотрит в его сторону, пусть даже чувствует, что Луи смотрит именно на него. Вместо этого он вклинивается в беседу Найла и Зейна. Он слишком нервничает, чтобы нормально есть, и Найл хмурится, посматривая вниз на его тарелку, все еще наполовину полную, в то время как огромные золотые блюда уже начали пустеть. — Ты в порядке, Гарри? Ты почти ничего не съел. Гарри поджимает губы и кивает, но Зейн отвечает за него, — Он сегодня встречается с Луи на Астрономической Башне. Бедный мальчик нервничает. Найл понимающе гудит и забирает жареный картофель с тарелки Гарри, запихивая его в свой собственный рот. — Не мог бросить тебя в беде, — говорит он со ртом, полным картофеля. — Отвратительно, — бурчит Зейн. Гарри резко опускает голову на стол, закрывая ее руками, и громко стонет, — Мне нужны новые друзья.