Первый

      Саске никогда не испытывал страха за кого-то. Рядом всегда были любящие родители и заботливый старший брат — и все они защищали его от любых угроз. Но в тот день маленький Учиха действительно испугался, когда любимый нии-сан внезапно пошатнулся и упал на пол, а бледная рука соскользнула с его головы. Родители всё ещё не вернулись с работы, и ребёнок паниковал, не зная, что делать. Он попытался перенести брата в комнату, но слабые ручки не позволяли этого, а на полу Итачи наверняка было очень холодно. От безысходности и бессилия по пухлым щёчкам скатились струйки слёз и дрожащие пальцы набрали номер отца. — Саске, я занят, что случилось? — послышался холодный голос Фугаку.       Младший наследник глухо всхлипнул в трубку, заставив главу клана сменить голос: — Сынок, что с тобой? — обеспокоенно спросил он, уже откладывая бумаги в сторону. — У тебя что-нибудь болит? — Па-апа… — жалобно протянул Саске, продолжая всхлипывать. — Итачи-нии-сан внезапно упал на пол и не двигается… Что мне делать?!       Фугаку соскочил с кресла и рванул из кабинета, сжимая в руках телефон: — Саске, немедленно набери номер Цунаде, пусть она приедет! Я буду через полчаса.       Мальчик положил трубку и начал судорожно искать номер семейного врача в записной книжке родителей. Наконец заветные цифры были найдены, и он вновь схватил телефон. Шли мучительно длинные гудки, но никто не отвечал, отчего Саске чуть не разревелся, но вовремя взял себя в руки и продолжил попытки дозвониться до медика. — Алло? — услышал он твёрдый голос Сенджу. — Цунаде-сама! — почти вскричал маленький Учиха, жадно хватая воздух. — Приезжайте скорее, Итачи-нии-сан потерял сознание! — Это ты, Саске? — уже мягче спросила доктор, собирая всё необходимое. — Не волнуйся, я здесь недалеко — скоро буду.       Женщина действительно приехала быстро, почти за десять минут. Ребёнок пока пытался переместить брата хотя бы на ковёр, но безуспешно. Вскоре в дом влетели родители.       Цунаде без труда приподняла старшего наследника и уложила на диван, немного успокоив Саске, а затем осмотрела Итачи и сделала заключение: — Сильное переутомление и энергетическое истощение.       Микото с трепетом погладила старшего сына по голове и тихо заплакала, уткнувшись в грудь мужа. — Не стоит так сильно беспокоиться, — ровным голосом проговорила Сенджу, вводя в вену пациента стабилизирующий препарат. — Ему просто необходим покой и отдых — через неделю он будет в порядке.       Родители прошли вместе с Цунаде на кухню, а маленький Саске остался рядом с братом. «Нии-сан… Как же так? Ты же обещал, что всегда будешь меня защищать, так почему лежишь неподвижно? Тебе больно, нии-сан?»       Саске осторожно залез на край дивана и прижался к спящему братику. «Почему ты так слабо дышишь… Что же делать? Я хочу как-то облегчить твои страдания…» — Я всегда буду рядом, маленький брат… Всегда буду тебя защищать…       Младший Учиха сам не заметил, как уснул подле аники с влажными от слёз глазками. Микото тихо улыбнулась, увидев эту картину, и накрыла сыновей одеялом, а затем поцеловала обоих в лоб.

***

      Итачи очнулся на следующий день с первыми лучами солнца. Осторожно открыв глаза, стараясь не шевелить головой, ибо она раскалывалась на мельчайшие кусочки, он увидел светло-голубой потолок своей комнаты, куда его заботливо перенесли родители. Слегка подвигав рукой, он почувствовал что-то лежащее рядом с собой и, заглушая боль, медленно повернул голову вправо. Прижавшись к нему и свернувшись калачиком, мирно посапывал Саске, чем вызвал у Итачи бурю умиления. Слабость и лёгкая тошнота сразу отошли на второй план, как только он увидел своё любимое маленькое чудо. Худая рука осторожно опустилась на голову братишки, пальцы начали перебирать мягкие чёрные прядки. — Мой глупенький котёнок… — беззвучно прошептали тонкие губы молодого альфы.       Пролежав в таком положении неопределённое время, старший наследник слегка пошевелился, надеясь встать с кровати не разбудив отото, но младший всё-таки проснулся, сонно распахнув невинные глаза: — Нии-сан! — увидев, что брат очнулся, Саске мгновенно соскочил с кровати и бросился в родные объятия. — Ты хорошо себя чувствуешь? Что-нибудь болит? — ребёнок заботливо осыпал старшего вопросами, от которых Итачи невольно улыбнулся. — Всё в порядке, Саске, — прошептал аники, вдыхая любимый запах ещё невинной омежки. — Не волнуйся, маленький.       Он аккуратно отстранил от себя братика и, слегка пошатываясь, на ватных ногах поплёлся в ванную. Родители ушли на работу, но дома был дядя мальчиков, который должен был позаботиться о них, пока старший болеет.       Итачи облокотился двумя руками на раковину и заглянул в зеркало. На него смотрел худощавый тринадцатилетний подросток с усталым взглядом чёрных глаз. Длинные волосы цвета вороньего крыла были спутаны, на шее выступали тонкие косточки. «И это альфа?» — мысленно усмехнулся наследник Учиха.       Быстро умывшись холодной водой, он вышел в зал, где сидели Мадара и Саске. — О, Итачи, ты в порядке? — заботливо спросил дядя, поднимаясь с дивана и подходя к племяннику. — Так что случилось, как ты заработал истощение? — тяжёлая рука легла на худое плечо, слегка сжимая его. — Всё в порядке, — последовал тихий, но твёрдый ответ, — я просто немного не высыпался…       Младший братик тоже слез с дивана и подбежал к аники, обвивая его торс ручонками: — Нии-сан, больше не делай так! — пролепетал Саске, уткнувшись носом в грудь брата.       Итачи слабо улыбнулся и прижал малыша к себе: — Прости, маленький…       Мадара невольно залюбовался увиденной картиной: вспомнился день, когда Итачи точно также беспокоился о совсем крохотном Саске, который внезапно заболел. — Помнишь, Итачи? — тихо спросил мужчина, погладив обоих мальчиков по волосам. Старший наследник вопросительно перевёл взгляд на дядю. — Когда Саске было около трёх месяцев и он простудился… Ты ведь очень беспокоился за него и весь день заботился о нём.       Итачи усмехнулся, вспоминая, как сильно маленькое чудо напугало его в тот день, а братишка с удивлением поднял глаза на старшего: — Нии-сан, это правда? — Не болей, Саске, — два пальца ткнули ребёнка в широкий лоб. — Иначе мне становится очень больно, даже больнее, чем когда болею я.       Большие чёрные глаза увлажнились, и Саске просто повис на брате, со всей силы сжимая его в объятиях, отчего Итачи вновь пошатнулся. В глазах резко потемнело, и, если бы не Мадара, он бы снова отправился в мир сновидений. — Хватит, Саске, — холодно заметил мужчина, отрывая младшего племянника от брата, и поддержал одной рукой старшего, не дав тому потерять равновесие. — Итачи, идём завтракать, иначе ты снова грохнешься в обморок.       Наследник молча кивнул и последовал за дядей на кухню.

***

      Во время трапезы Саске сидел почти неподвижно, боясь вновь причинить любимому брату неудобства. Съев свою порцию, Итачи удалился в комнату, чтобы немного отдохнуть и восстановиться.       Мадара быстро убрал все тарелки со стола и сунул их в посудомоечную машину, а затем направился в комнату старшего племянника, приготовив для него лекарство. Но его остановил Саске, с любопытством заглядывая в стакан. — Это лекарство для Итачи, — пояснил Мадара, уже собираясь пройти, как детские пальчики выхватили из рук сосуд. — Я сам! — выкрикнул Саске, бережно сжимая в руках заветную кружку.       Мальчик помчался в комнату брата, но случайно споткнулся на ходу, благо, жидкость не выплеснулась. Виновато опустив глаза, он уже медленнее продолжил свой путь и открыл дверь: — Нии-сан? — поинтересовался он, спит ли брат. Услышав тихое хмыканье, подошёл к кровати. — Вот, выпей лекарство.       Итачи привстал, откинув одеяло и приняв из рук отото стакан, залпом осушил его, не отрываясь глядя на братика: — Спасибо, Саске, — прошептал он, откладывая кружку на столик рядом с кроватью, а затем поманил младшего к себе.       Саске мигом запрыгнул к брату, но, спохватившись, испуганно посмотрел на него, боясь, что снова сделал что-то не так. А Итачи ласково обнял братика, вновь вдыхая родной аромат, а потом слегка отстранился и лёг на спину, укладывая малыша рядом. — Котёнок, я давно хотел тебе кое-что сказать… — проговорил старший, чуть прикрывая глаза. — Мм? — Понимаешь, в этом мире существуют альфы и омеги: каждый из них хорош по-своему, — решил он начать издалека. — К примеру, я являюсь альфой, а мой брат Шисуи — омегой… — Я всё это знаю, нии-сан! — возмущённо вскинулся Саске, недовольный, что его считают глупым. — Я тоже буду альфой! — Саске, ты ведь умный мальчик, — Итачи устало вздохнул, сильнее прижимая к себе черноволосое солнышко. — Я всего лишь хотел попросить, чтобы ты не расстраивался, если вдруг окажешься омегой. — Но я буду альфой! — уже с меньшей уверенностью выпалил ребёнок, обиженно надувая губки. — Я хочу быть альфой… Как ты, нии-сан… — гораздо тише добавил он, пряча лицо в одежде брата.       Аники грустно улыбнулся, и братья продолжили совместное лежание, пока оба не уснули. "Даже если ты омега, я всегда буду любить и защищать тебя… Мой глупенький маленький брат…"