По первому снегу

Я родился и вырос в Москве и был рад этому обстоятельству до чертиков. Общение с себе подобными в сети убеждало в этом раз за разом. Одинокие геи в маленьких, а то и не очень, городах влачили жалкое существование, не имея той свободы выбора, которую предоставлял мегаполис. Имея неплохую работу, отдельную квартиру не в самом дальнем от центра районе, я чувствовал себя вполне уверенно и комфортно. Жизнь текла так, как я и хотел, – встречи с друзьями для души, аккаунты на паре специализированных ресурсов для общения на менее возвышенные темы и собака, чтобы встречать с работы и выдавать необходимую дозу обожания. Для себя я давно решил, что заводить постоянные отношения не буду. Однообразие и ответственность не для меня. По крайней мере пока. Сейчас хотелось нагуляться вволю, и получалось, на мой взгляд, неплохо. Попытки захомутать или как-то привязать были. Кто-то действовал нахрапом, откровенно навязывался, кто-то же, наоборот, пытался приручить исподволь, присылая каждый день по сотне сообщений, отчего мне начинало казаться, что приходится общаться с девушкой. И те и другие отношения я рвал без раздумий, не хотел привязывать к себе людей, а привязаться сам не мог в силу слишком свободолюбивой натуры. Встречи ради секса пару-тройку раз в неделю меня вполне устраивали. Изредка, когда попадались исключительно удачные партнеры, мы продолжали общение и могли встретиться больше одного раза. Наученный горьким опытом, когда один очень упертый товарищ вдруг решил, что мы пара, я старался больше не приводить к себе партнеров. А наличие дома собаки давало отличный повод не слишком задерживаться в гостях. Тем не менее, мысль, что когда-нибудь я все-таки встречу человека, с которым мне будет комфортно, время от времени всплывала. Заставляла заинтересованно вглядываться в лица, торсы и то, что ниже, но при ближайшем знакомстве в очередной раз оказывалось, что это снова «не то». Огорчать меня это не огорчало, да и расстраиваться я не видел причин – какие наши годы! Будет и на нашей улице праздник. Все же я считал, что постоянные отношения нужно завязывать только тогда, когда никаких сомнений в правильности такого шага нет. В любовь я верил, а еще верил в идеальное совпадение характеров, увлечений и вкусов, чтобы, как говорится, смотреть в одном направлении, чтобы не тяготиться обществом друг друга и чтобы была возможность поговорить так, чтобы понять друг друга. Без обид, без дерганий друг друга за ниточки, чтобы вынудить поступить так, как хочется другому. Возможно, кто-то бы сказал, что такое неосуществимо, но когда перед глазами пример почти идеальных отношений, размениваться на меньшее уже не хочется. Эта пара в нашей тусовке была известна всем и каждому. Их приглашали, их зазывали, им завидовали, наконец. Потому что в глубине души каждому хотелось тепла и семейного очага, даже таким циникам, как ваш покорный слуга, хотелось хотя бы просто прикоснуться к чужому счастью, увериться, что оно возможно даже для таких, как мы. Велимир и Серафим, сбежавшие когда-то из своего родного городка на берегу Волги, нашедшие в себе силы противостоять мнению общества и родительским препонам, жили вместе уже больше десяти лет. Мир был полноват той рыхлой и нездоровой полнотой, которая возникала при сидячей работе, недостатке движения и вкусной еде. Через несколько лет при таком же образе жизни она грозила превратиться в проблему, но лезть в чужую жизнь с советами было бы глупо. Если их все устраивало, то кто я такой, чтобы вмешиваться? Серафим же был полной противоположностью своего бойфренда. Худощавый, тонкокостный и белокожий, он скорее привлекал к себе внимание не спортивной фигурой, которой не обладал, а открытой улыбкой и легким характером. И что бы ни казалось несведущим, но ведущим в этой паре был именно он. Дело не в постели, а в жизненной позиции – Велимир был слишком инертен, чтобы принимать решения и брать на себя ответственность. Пятничным вечером я сидел дома в одном из чатов, перебирая фото кандидатов, которые могли мне скрасить завтрашний день. Собака лежала на полу, положив голову мне на ступни, грела. Общение в чате шло вяло, ни один из парней не заинтересовал настолько, чтобы тащиться не менее полутора часов на другой конец города. Один вообще зачем-то выложил чужие фотографии и спалился на этом. Естественно реальный он не был и вполовину так хорош, как мальчик-модель, внешность которого он пытался позаимствовать. Я уже было решил окончательно плюнуть на безнадежное дело поиска партнера, когда пришел месседж от Серафима. «Не спишь?», – писал он. «Если видишь меня онлайн в чате, чего спрашиваешь?», – ответил я. «Чего хотел-то?», – отправил вдогонку. «Мы с Велимиром хотели предложить тебе быть третьим», – пришло в ответ. Я несколько растерялся, настолько это предложение не вязалось с привычным образом идеальной пары. Прикинув, чем мне это может грозить, и решив, что ничего не теряю, в крайнем случае извинюсь и уйду, согласился и записал адрес – ребята отважно пригласили меня на ночь. Жили они не так далеко от меня, где-то в получасе езды по прямой ветке метро. Оставлять уютное кресло и тащиться на улицу не очень хотелось, но любопытство брало свое, и я, одевшись потеплее, вышел из дома. Поздний ноябрьский вечер встретил колючим ветром. Прогноз погоды обещал осадки, оставалось утешать себя, что вот этот ветерок и нагонит тучи, из которых просыплется на мерзлую землю первый снег. Укроет прелые листья и неряшливо застывшие грязевые комья. – Проходи, – открывший дверь Серафим был убийственно серьезен. Ни следа от привычной, чуть озорной улыбки, – Мир! Паша приехал! – крикнул он в открытую в коридор дверь. Велимир настороженно выполз из комнаты. Кивнул и пригласил на кухню. Обстановка не располагала не то что к сексу, а даже к простому общению. Все-таки решение пригласить третьего к их устоявшемуся дуэту далось им непросто. Интересно, чья это была идея? Пришлось брать инициативу в свои руки. Просить чаю, рассказывать про собаку и исподволь выяснять, что у них происходит. Спустя полчаса они достаточно расслабились, чтобы переместиться в спальню. В душ никому, слава богу, идти было не надо, а то бы вся затея однозначно провалилась. Кто-нибудь из них накрутил бы себя снова, и нервозность передал другому, а второй раз выступать психотерапевтом я бы не стал. Плюнул бы да ушел. В постели они сначала никак не могли решить, кто будет где. Сверху-снизу. Для меня вопрос не стоял, я был всегда только сверху, и об этом знали в общем-то все. В конце концов, Серафим, чмокнув Мира в губы, лег и раздвинул ноги. Для меня это был наилучший вариант, не уверен, что смог бы трахнуть Велимира – слишком далек он был от моих представлений о прекрасном. Я плавно опустился сверху, провел рукой снизу вверх по боку Серафима, невесомо поцеловал его в подрагивающие губы. Мир смотрел напряженно – не хватало еще ревности с его стороны. Нужно как-то отвлечь, чем-то занять. – Перевернись, – попросил я Серафима и не дал ему улечься на живот. Стоя на четвереньках, приподняв неплохо очерченную задницу вверх, он оказался лицом к лицу с Миром. Оставалось надеяться, что как взрослые мальчики они сообразят, чем заняться, пока я буду трудиться сзади. Я гладил напряженную спину Серафима, чувствуя, как расслабляются мышцы под моими ладонями. Кружил пальцами вокруг ануса, не рискуя протиснуться внутрь, ожидая удобного момента. Велимир подал мне пузырек со смазкой и протянул упаковку презервативов. Похоже, они готовились к моему приходу и закупили все новое. Пленку с упаковки пришлось срывать зубами, чтобы не прекращать ласкать едва-едва успокоившегося Серафима. Велимир стоял на коленях в изголовье кровати и с нечитаемым выражением лица наблюдал за нами. Я мысленно пожал плечами – еще не поздно отказаться и сказать мне, что приглашение было ошибкой, но Мир отвел глаза, потом и вовсе опустил их вниз, где Серафим пока еще не очень активно вылизывал мошонку. Ну что ж, раз выбор сделан, то так тому и быть. Я занялся подготовкой своего партнера вплотную – тянуть смысла не было, а то я начал уже чувствовать как мой собственный энтузиазм испаряется. Серафим оказался отзывчивым на ласку, но сказать, что мне с ним было ах как хорошо, все же нельзя. Люди вообще очень странные в плане удовлетворения сексуальных потребностей животные. Я не знаю, как отличается секс с любимым человеком от секса просто с приятным мужчиной – не любил – но среди симпатичных и желанных мне объектов были весьма памятные встречи. Причем иногда выбранный на вечер парень, будучи на фото и в жизни весьма симпатичным, в постели оказывался чуть лучше бревна, и ни о каком удовольствии с ними речи уже не шло, просто физиологический акт. Разрядка. На финальной стадии Серафим стал постанывать и даже увлеченно подмахивать. Я немного помог ему рукой, и он мощно кончил с членом Велимира во рту. От спазмов внутренних мышц я соскользнул в оргазм следом, Мир от меня отстал буквально на несколько секунд. В целом, все получилось не так уж плохо. Надеюсь, что и парням тоже понравилось. После душа оказалось, что ехать домой уже поздно, и меня оставили ночевать на диванчике. Я честно пытался заснуть, но ребята еще долго о чем-то шептались буквально в паре метров от меня – обсуждали, наверное. Заснуть толком в чужом доме так и не удалось. Поэтому едва дождавшись позднего по этому времени года рассвета, подорвался домой. Удерживать гостя зевающие хозяева не стали и пошли досыпать, едва только за мной закрылась дверь. Ночью действительно выпал снег. Немного, сантиметра два-три, не больше. Он прикрыл город белоснежным покрывалом, делая улицы чистыми и светлыми. Я шел по нечищеным еще тротуарам в сторону метро, оставляя после себя цепочку следов. Было даже немного жаль портить девственную снежную целину, пусть даже она в городе и не могла продержаться долго. Я шел и думал про Велимира и Серафима. Думал, что по всей видимости это была попытка спасти отношения, избавиться от рутины или перейти на новый уровень. Я даже очень живо представлял себе, как один из них предложил такой вариант, как второй не слишком охотно согласился. Обсуждения. Варианты. Выбор третьего. Кому из них в голову пришла моя кандидатура и почему – не суть важно. Главное, что они осуществили задуманное и, скорее всего, разочаровались. Я бы мог сказать им сразу, что это начало конца их отношений. Мог, но не сказал. Зачем? Не хочу, чтобы потом говорили – накаркал. Возле вестибюля метро было грязно из-за растаявшего снега, я с усилием открыл тяжелую дверь и вошел внутрь. До дома полчаса езды, и там меня ждет Джета, с которой хорошо будет погулять по первому снегу.