Климов 1.1

Обхватив рукой края матраса, Климов приподнялся на постели, было уже утро… рассвет… Он пытался удержать рассудок, рассудочность, осознавать, что происходит, где он… Но сознание подводило его, ночью к нему снова приходили, что-то вкололи и до утра грезились страшные картины, которые он старался забыть. Открывающаяся в ванную дверь, белый кафель… забрызганный кровью… женская рука… Он не хотел это вспоминать, видеть… Но все возвращалось… А затем вереница жутких обрывков из недалекого прошлого… младенец в морозилке, труп Вали на кровати… упаковка успокоительных… собственное отчаянье… упаковка снотворного. Горсть таблеток в собственной ладони, звонок палачам... Петля… Все кружилось, забирая его в прошлое, заставляя стать не просто наблюдателем, но и участником, вновь… Он только поднялся с постели, только подошел к окну, как дверь открылась… Утренняя доза безумия явилась в знакомом виде… Развернувшись к человеку в белом халате, Климов поднял на него туманный затравленный взгляд, но сил у него не осталось, он с трудом мог бы кое-как сжать руку в кулак после всех уколов. - Не надо… - проговорил он, понимая, что эти слова ничего не изменят. - Ты сам виноват в том, что происходит… - услышал он в ответ, и руку пронзила боль, игла прошла не глубоко, но препарат, словно толченое стекло разбавленное водой, приносило мучение. Упав на колени, он увидел только полоску свет из-за двери и ботинки врача, покидавшего палату. И все остановилось на одной фразе… «Ты сам виноват в том, что происходит». Только голоса, пришедшие к нему, произносили эту фразу на разный манер… «Климов, ты сам виноват», - говорила Оксана, небрежно перекидывая копну своих волос с плеча на плечо. «Вадь… Вадь… ты разве не понимаешь, ты сам виноват…ты виноват», - мертвая Валентина, поднимаясь с кровати, в той же одежде, в которой он её нашел, обращалась к нему, держа в руках флакон с успокоительными. «А ты разве не понимаешь, что ты виноват, в том, что происходит, Вадим?», - прохаживаясь по палате в форме полковника, говорила Зимина, опустив руки в карманы кителя. - Я не понимаю…. В чем я виноват? – рассеяно шептал он. «Не понимаешь? Ты идешь против системы… Против нас….», - раздался над ним голос Грачева, тот с усмешкой смотрел на него, качая головой. «Они всегда так говорят, я бы не советовал верить», - донесся до него голос Зотова, тот стоял за его спиной. Климов оглянувшись, прижал обе ладони ко лбу, убеждая себя, что все это лишь галлюцинации, но они были столь реальны. «Сын, ты, может, не будешь вмешиваться?!», - выпалил Грачев. «Ну, вот, посмотри, что ты наделал… Климов, теперь ты видишь, что ты виноват?!», - продолжая расхаживать на заднем плане, заметила Зимина. «Меньше их слушай, ты же знаешь, я всегда был на твоей стороне, Вадим. Ты меня слушай…», - произнес Зотов, заставив Климова все же прислушаться к его словам. - Что? Что это такое… - спросил его Вадим. – Тебя здесь нет… «Да, меня здесь нет. Но их тоже нет… Их нет. Ты просто бредишь… Ты – бредишь. Это препарат, тебе вкололи его и ты видишь чертей…», - объяснил Зотов. «Вот спасибо, Миша! Я ещё и черт?! А сам-то ты кто? Ангел?!», - напустилась на него Зимина. Закрыв глаза, Климов отполз в угол, подальше от постели, на которой сидела Валентина и, прижав колени к груди, закрыл руками уши, пытаясь избавиться от навязчивых галлюцинаций. Их голоса раздавались не так громко, но стоило ему только открыть глаза, как он видел Зимину, Грачева, Зотова и эту чертову Валю. - Хватит! Хватит! – закричал он, не в состоянии себя контролировать, выдерживать этот бред. – Вас нет! «Правильно… Нас здесь нет…, - присев рядом с ним, заметил Зотов, - Так что не грузись… Ни в чем ты не виноват. А они тебя вытащат…». - Кто? – посмотрев на Мишу, хотя и понимая, что его нет, спросил все-таки Климов. «Я, например. Может и эта рыжая метелка поможет чем… Да, и про Киру не забывай… Не забывай!», - последнее Зотов почему-то прокричал настолько громко, что все остальные галлюцинации замолчали, уставившись на него. - Кира… - прошептал Вадим, как-то безразлично посмотрев на своих «палачей». «Вадим… я знаю, ты бываешь несдержан, я ещё не научилась полностью тебя понимать, но я постараюсь… Только не говори, что поздно… Я тебя люблю, люблю… Я не могу сделать так, чтобы ты… верил мне, доверял… Это не твоя вина… Я не могу стереть из твоей памяти то, что ты пережил… И мне очень больно от этого», - на этот раз видение из прошлого было не таким ужасным, скорее наоборот… Он остановился на её словах, на словах Киры… Увидел её, подходящую к нему, склонившуюся… Голос её повторял…- Это не твоя вина… ЭТО НЕ ТВОЯ ВИНА. - Не моя… - повторил он.