Климов 1.1

Он не станет мне милым мужем, Но мы с ним такое заслужим, Что смутится Двадцатый век. А. Ахматова.

За руль села Вера, она выпила не так много, как Кира, да и закусывала конфетами, в отличие от подруги. Кира хотела сесть рядом с ней, но Грачев заставил её остаться с ним на заднем сидении. Веру изумляли эти отношения, казалось, Грачев вел себя как обычно, как ему и пристало – самовлюбленно, отчасти грубо, но вместе с тем, продолжая говорить гадости и пошлости, он как-то по-особенному смотрел на Киру, даже когда, схватив нё за руку – посадил ближе к себе. Кира была слишком пьяна, чтобы включать гонор и показывать характер, а ко всему, пережив такое…, она просто не хотела отталкивать его или отвечать колкостями, как обыкновенно это делала. - Да не переживай, приедем, я к тебе и не подойду… - проговорил он, закинув руку на спинку сидения, коснувшись пальцами плеча Киры. – Чтоб твой Климов на меня не набросился… Если твоя подруга, конечно, не проболтается… - Это ваши проблемы… Я не сплетница, - отозвалась грозно Вера. - Ой, да ладно, не сплетница… Помню я, как ты припиралась со своим Петровым на приемы в министерство и давай рассказывать генеральским женам с какими бабами я трахаюсь. Ангела не включай только, - небрежно бросил он. - Отличный выбор, Кир, вот просто загляденье… - подняв глаза к зеркалу, Вера посмотрела в салон. Кира не ответила, только перевела взгляд на Грачева, он ухмылялся, довольный тем, что все-таки нашел, чем уколоть Веру. - Напрасно ты так, Вера вообще-то приехала ко мне, зная, что я к тебе чувствую… Она… - начала Кира, но Грачев перебил её, заинтересовавшись. - Просвети-ка, что ты ко мне чувствуешь? А то Вера знает, а я как-то ещё не в теме… - сказал он весьма оживленно, сжав руку на её плече и склонившись к ней, сдвинувшись на край сидения так, что практически навис над бедной полупьяной Кирой. - Любит она тебя, придурок! А он ещё удивлялся, в кого у него сын такой идиот, гены! - отозвалась Вера, в тот же миг пожалев о том, что сказала. Это и в самом деле было её не касалось. - Вера! – выпалила Кира. - Ну, извини, блин, достали вы меня… - нервно ударив по рулю, Вера опустила стекло и достала сигарету. - Любишь? – вкрадчиво спросил Грачев. - Не знаю…, но… когда ты был там… когда ты уехал… и Вера рассказала… мне захотелось быть… в той машине, с тобой… - призналась Кира, чувствуя его дыхание, она коснулась пальцами верхней пуговицы на его рубашке. - Дурочка… - улыбаясь её словам, вздохнул он. Вскоре машина доехала до особняка, Вера подошла к воротам, постучав. Там, за забором шла пьянка, вернее пил только Климов с Антошиным, поражаясь, как в Дениску влезает столько алкоголя. Зотов все посматривал на телефон, не понимая, почему до сих пор нет связи. Они по-прежнему были во дворе, включи фонари, вышло вполне уютное освещение. Петров открыл дверь, Вера кивнула на машину, из которой вышел Грачев. - Живучий гад, - пожав его руку, произнес облегченно Петров. - Что поделать… - усмехнулся Грачев, проходя во двор. Миша обернулся, увидев отца, поднялся, но заметив на его щеке порез, насторожился. Грачев подошел к сыну, не зная с чего начать, а рассказать все равно бы пришлось, новости ещё долго могли провисеть в интернете, да и на службе кто-то мог бы проболтаться, хотя в СМИ уже начали давать опровержение. - Что это с тобой? – спросил Миша. - Так… небольшая операция по задержанию оборотня… палача… - взяв сына за плечо, он отвел его в сторонку. – Ничего, мелочи… Но птицу крупную поймали. Так что, с храмом все решено… - Не понял, а что за операция? Почему я ничего не знаю? Это же мое дело… - он достал из кармана телефон, начиная догадываться, - Пап, а… Я здесь по твоему желанию? Почему? Стой… Тебя убить пытались? Это все из-за… Ловля на живца, да?! - Смотри-ка, ты умнеешь, молодец… Ну, ты так не нервничай, все живы… Видишь, царапиной отделался… Так надо было, ситуация была под полным контролем, а ты если что-то там про это прочтешь… не переживай, я же в порядке… Ну, чего ты, Миш? – он взял сына за оба плеча, стараясь говорить с ним мягко и снисходительно, что ещё больше пугало Зотова, отец никогда не разговаривал с ним подобным тоном. - Значит, тебя могли убить… А я в это время… Почему ты так решил? – мрачно спросил Миша. – Я, что… по-твоему совсем кретин, что мог завалить всю операцию?! - Да, поторопился я с выводами, как был ты дибилом, так и остался. При чем здесь – «завалить»? Я о тебе беспокоился, ты же лечишься… Мне что тебе цветочки потом на могилку носить? Ты думай головой, тогда проблем меньше будет! – с досадой произнес Грачев, а заметив, что Миша от его слов заулыбался и вовсе отодвинул его в сторону и прошел к столу, чтобы выпить. - Глушитель я выключил… - сообщил Петров, вернувшись из дома. - Надо Кире позвонить… - достав из кармана телефон, Климов отодвинул бокал, пытаясь набрать её номер. - Не надо, она со мн… с Верой приехала… - налив себе водки, сказал Грачев. Прищурившись, Климов взглянул на Грачева, но тот уже выпивал с Петровым за удачное завершение операции, к ним присоединился Антошин с трудом удерживающий рюмку. Однако допив, Денис свалился под стол, вероятно дойдя до своей кондиции. Зайдя во двор, Кира тотчас остановила взгляд на Вадиме. Подойдя к нему, она присела в плетеное кресло, пресекая его попытку налить себе ещё виски. - Ну, что… домой поедем? – взяв её руку в свою, Климов прижал её пальцы к губам. - Можем остаться здесь, не будешь же ты за руль садиться в таком состоянии, да и я… - с улыбкой проговорила она, прижавшись лбом к его лбу. - Вера, ты пьяная что ли?! – раздался голос Петрова позади них. - Ты с Верой напилась? – засмеялся Климов. – По какому случаю? - Так… без повода, да ты сам на ногах не стоишь! – попыталась она перевести все в шутку. - Гриш, вот почему ты мне стихов никогда не читаешь?! – выпалила недовольно Вера, она подошла к столу, Грачев поднял на неё голову, затем перевел взгляд на Киру, но быстро отвел. - Стихи? Вер, какие к черту стихи? Чего тебе в жизни не хватает? – изумился Петров, понятия не имея, откуда ей это взбрело в голову. - Стихи… А я знаю один… – отозвался Зотов, прислонившись к стене дома, глядя на компанию. - Ну-ка, Михаил… расскажите, порадуйте сердце дамы… - произнесла Вера, ядовито поглядывая на мужа, тот только закатив глаза, сел за стол. - Ну вас… Буду я ещё стихи тут читать… - несколько даже смутился Миша, но увидев, как на него посмотрел отец, все же решился, хотя и выглядело это в его собственных глазах крайне глупо. Тогда он подошел к столу и, взяв бокал с вином, сделав несколько глотков, повернулся к Вере: - Я обманывать себя не стану, Залегла забота в сердце мглистом. Отчего прослыл я шарлатаном? Отчего прослыл я скандалистом? Не злодей я и не грабил лесом, Не расстреливал несчастных по темницам. Я всего лишь уличный повеса, Улыбающийся встречным лицам. Опрокинув вторую рюмку водки, Грачев дернул сына за рукав, усадив его рядом с собой, продолжив за него: - Я московский, озорной гуляка. По всему тверскому околотку В переулках каждая собака Знает мою легкую походку… - Ну, это конечно не любовная лирика… - заметила Вера, к удовольствию Петрова, так и не получив что хотела, но Зотов с Грачевым впервые имели хоть какое-то духовное сходства, оба предпочитая Есенина и это даже её немного растрогало. Было решено, что никто никуда не едет в эту ночь… Всем хватило место в особняке Петрова, а сам Григорий Павлович пребывал в каком-то удивительном настроение, сам не понимая, как дошло до того, что у него ночевал Грачев и в этом не было ничего необыкновенного для этой ситуации… К тому же, он знал о том, что происходит между Кирой и его бывшим врагом и молчал, наблюдая, какая идиллия меж тем у неё с Климовым. Отправив Вадима отсыпаться, Кира вернулась во двор. Вера сидела, укутав плечи в палантин, в садовых качелях, легонько их раскачивая, отталкиваясь от земли ногами, наблюдая, как Зотов вытаскивает Дениса из-под стола, чтоб отвести его в дом. Было ветрено, свежо… Чистое звездное небо украшало вечер, укутывая коттеджный райончик глубокой синевой. Присев рядом с Верой, Кира посмотрела на Грачева, тот, как и прежде сидел за столом, наблюдая за сыном, но, не помогая ему справиться с Антошиным. Он уже порядком выпил, чтобы заглушить головную боль продолжавшую терзать его после взрыва. - Генерал… - проговорила Кира, Грачев обернулся к ней. – Налейте мне вина… Уронив Антошина, Миша округлившимися глазами уставился на Киру, представляя, что могло последовать от его отца за такую фамильярность. Но Грачев, покорно поднявшись, взяв бутылку и чистый бокал, подошел к ней и, налив, передал в её руку. - Пап…, а ты мне не на… - начал Миша, но как только Грачев перевел на него свирепый взгляд, потупился и, поставив Антошина на ноги, потащил его в дом. - Интересно, надолго ли палачи после такого утихнут? – сделав глоток бордо, Кира перевела взгляд на Грачева. - На пару месяцев точно… Жаль ребята погибли, охрана моя… Нормальные вроде были… Совсем эти палачи оборзели… надо же, посреди белого дня начальника московский полиции из ПТУРСа… - взяв бокал из её руки, он допил остаток и налил ещё. – До суда этот ублюдок не доживет… и плевать, что сам генерал… - А кем он был? – спросила Вера, не глядя на него. - Третий человек после начальника… Да, теперь это уже не важно… Завтра такие разборки начнутся… Головы полетят… Но меня это уже не касается… - отдав Кире вновь наполненный бокал, он поставил бутылку на траву и, опустив руки в карманы брюк, прошелся по двору, в голове ещё немного мутилось, вернее шумело эхом, после взрыва, но уже меньше. - Пойду я спать… Второй час ночи… - проговорила Вера. Сняв с плеч палантин, она коротко посмотрела на Киру, оставляя её в компании Грачева. Остановившись возле гаража, он повернулся к Кире, но не подходил, так – смотрел, словно и не испытывая никаких эмоций. Вскинув плечи, Кира не спеша подошла к столу, поставив бокал, ощущая на себе его взгляд. Она не знала, стоит ли к нему подходить, сейчас…, когда только один поцелуй помутил его рассудок, когда он с её приближением хотел только одного… В окнах спальни Петровых выключился свет. Кира, вздохнув, подошла к нему. - Боишься подойти ко мне? Я такой страшный? – с иронией спросил он. - Нет, не страшный…, похотливый… - приложив руку к его груди, улыбнулась она. - Что я могу сделать? Тебя это отталкивает? – он накрыл её руку своей, другую заведя за талию, прижал к пояснице и дернул к себе. – Не бойся, окна спальни твоего жениха выходят на другую сторону. Ну давай, оттолкни меня… Но Кира стояла, прижатая к нему, чувствуя на спине его ладонь, юбка, блузка… все было из шелка. Ощущение сводило с ума, через ткань юбки, через его брюки в неё упиралась твердая пульсирующая плоть. Он не отпускал, но и больше ничего не делал, даже не пытался поцеловать, только смотрел в глаза, а этот взгляд трудно было выдержать даже после их тренировок, больше напоминавших прелюдию в эротическом фильме. Она оглянулась, сделала шаг назад, но он вернул её в исходное положение, грудь его часто и сильно вздымалась. - Прекрати… - прошептала она, глядя на то, как он опускает её руку от своей груди вниз. – Пожалуйста… - закрыв глаза, она инстинктивно, противореча своим словам, прижалась к нему плотнее. - Прекратить? – казалось, теперь он больше контролировал себя, чем она. – Ты хочешь, чтобы я прекратил? – он опустил руку, которой держал её за талию, только Кира не отстранилась, но другую не отпускал, уже доведя до пояса своих брюк. - Это черта… ты понимаешь? Так нельзя… - уткнувшись лицом в его плечо, мучительно произнесла Кира. - У меня с моралью проблемы… не знала? – с животным вожделением глядя на неё, он снова положил руку на её талию и прижал Киру к воротам гаража. – Ты не поняла, с кем связалась… - С кем же? – она подняла на него глаза, попытавшись резко высвободить руку, но, взамен того он, превосходя Киру в силе, просто опустил её ладонь ниже ремня. Кира, понимая, что не вырвется из его рук, да и не испытывая перед ним никакой опасности, решила изменить тактику, вернее так себя уверяя, а попросту просто подчинилась. Ладонь от прикосновения даже через ткань словно обожгло, она смотрела на него туманным, опьяненным взглядом, чувствуя, как подкашиваются ноги… - Да ты сама этого хочешь… - удерживая Киру, он заглянул в её растерянное лицо. – Ведь хочешь… - Ты этого не сделаешь здесь… - с мольбой глядя в его глаза, произнесла она. - В самом деле? Да мне плевать на твоего Климова и на Петровых, я могу это сделать там, где захочу... - Женя… Не делай так, чтобы… ведь все тогда закончится, обещаю, я больше никогда не подойду к тебе, если ты сейчас… - она отрицательно качнула головой. - А если я тебя отпущу… Что тогда? – сглотнув, спросил он. Вместо ответа, она легко коснулась его губ. Он разжал руки, отступив на несколько шагов и уперевшись одной рукой в перекладину крыльца, немного согнувшись, выпустил рубашку из брюк, болезненно усмехаясь, глядя на Киру. Она быстро скрылась в доме, не заметив Мишу, стоявшего за прозрачной дверью. - Иди спать, - смерив сына взглядом, жестко произнес Грачев. Ничего не сказав отцу, Миша, шокированный его поведением, ушел. Присев в плетеное кресло, возле стола, Грачев с трудом закинул ногу на ногу, через несколько минут к нему вышел Петров. - Что, Григорий Павлович, не дают? – усмехнулся ядовито Грачев. - Вера обижается…, стихи ей какие-то понадобились… - устало присев напротив него, с недоумением проговорил Петров. – Да тебе тоже не дают, как вижу. - Сидим тут с тобой, как тогда… Не забыл? Последний раз тогда по-человечески говорили… Ты с тех пор нихрена не изменился. Говорил я тебе год назад, хватит бухать… сердчишко-то подпортил… - У меня хотя бы совесть есть, а ты тоже не меняешься, прешь как танк… - Ну, зато противотанковая установка меня не взяла, значит не такой уж и плохой танк… - засмеялся Грачев.