Климов 1.1

Миша заметил кровь на руке Киры, это ещё больше обеспокоило парня. Он поехал со всеми в ресторан, да и появление Грачева ничуть не омрачило свадьбу, все продолжалось в том же духе… За столом сидели одни менты и их жены или подруги. Произнеся несколько тостов, Миша попросил Машу остаться, продолжать веселиться, сам же, сославшись на срочное дело, покинул ресторан, не зная, как скоро вернется. Приехав к отцу, он позвонил в дверь. Открыла горничная, она уже знала его в лицо, потому пропустила без доклада. Войдя в гостиный зал, он увидел Грачева сидящего на полу, под окном, с бутылкой водки в руке. Китель лежал на диване, вместе с галстуком. - Чего надо, сын? – спросил он, отпив немного из бутылки. Миша был растерян, прежде, приходя в эту квартиру, он заставал отца за чтением книги, с очередной любовницей, за просмотром футбола, но никогда не в таком состоянии и не так. - Да я… так… просто пришел… - проговорил медленно парень, подходя к отцу ближе. – По какому поводу пьешь? - А то ты не знаешь! – раздраженно отозвался Грачев. - Ну… Она же… его невеста… теперь жена… - Миша опустился на пол, осторожно глядя на отца, сев возле стены, рядом. – У тебя… да ты можешь любую…, в чем проблема? - Посмотрел бы я на тебя, если бы твою Машу какой-нибудь правильный тип, вроде Климова, имел… - выпив ещё, он достал из кармана брюк зажигалку и почти докуренную пачку сигарет. - Я люблю Машу, это… другое… - смешанно пробормотал Зотов. - А я чё, не люблю?! Что ты там вообще можешь понимать, щенок! – достав сигарету, вложив её в рот, он начал чиркать зажигалкой, но вместо огня появлялись только искры, так резки были его движения. - Любишь? – уже давным-давно привыкнув к такому обращению, переспросил Миша, он забрал из руки отца зажигалку и сам спокойно нажал, огонь загорелся, он поднес его к сигарете. - Не видно разве? Или это ты такой тупой?! – прикурив сигарету и затянувшись, он сквозь дым посмотрел на сына. - Видно, прости, пап… - кивнул Миша, опасаясь, как бы Грачев не ударил его от злости. - Че ты дрожишь, не трону я тебя… Успокойся… - заметив, как побледнел Миша, сказал он, затем выпив ещё и нервно усмехнувшись, качнул головой: - Вот что она в нем нашла? Да и во мне ничего хорошего… И ты тоже, свидетель долбанный, вырастил сына, мать твою. - Это мое дело… Я друг Вадима, понимаешь, это настоящая дружба, а не как у тебя… разве у тебя есть друзья, просто бескорыстные? Ты сейчас один почему-то, где же твои депутаты, прокуроры, а? – не выдержав, проговорил несколько враждебно Зотов. – Можешь меня идиотом называть, можешь ударить, но я тебе правду сказал. - Толку тебя идиотом называть? Ты и так идиот… Че-то мне про друзей втираешь, самый умный нашелся, отца добивать… Иди на свадьбу, к другу… Я тебя вообще не звал… - сжав бутылку, Грачев болезненно зажмурившись, поднес её в губам, держа сигарету в пальцах, и принялся пить без остановки. - Никуда я не пойду… - вырвав бутылку из его руки, Миша сделал глоток, но от непривычки, успев за три месяца отвыкнуть от такого крепкого алкоголя, поперхнувшись, неприятно поморщился. - А как же друг? – с интересом спросил Грачев, взглянув на сына. Миша, молча, протянул ему руку, ладонью вверх, оценив этот жест, Грачев сжал его руку, понимая, что Миша действительно никуда не уйдет и, глядя на сына, он прекрасно сознавал, что не заслужил такого доброго и отзывчивого ребенка за все то, что он с ним делал все эти годы… - Руку ей зачем порезал? – спросил Миша, рассматривая этикетку на бутылке водки. - Сильно порезал? - Прилично… Но тебе же не привыкать делать больно тем, кого ты любишь, ведь так? Встав на ноги, Грачев прошелся по залу, остановившись у колонны, он опустил руки в карманы брюк. Миша не понимал и десятой доли того, что творилось с его отцом, хотя и пытался, но они были практически чужими людьми, их не связывали даже фамилии. Да он и не знал всего, только то, что видел, а потом… понял, что это не просто желание затащить Киру в постель, а нечто большее. - Ты тогда хорошо справился… сделал тест вакцины, записал видео передачи… - он подошел и протянул руку к бутылке, Мише ничего не оставалось, как отдать её: - Ну, так вышло, что мы с ней оказались заложниками ситуации, а она могла бы меня бросить, если честно…. Могла бы уйти в детдом, например. Не ушла… Вытащила пулю…. - Какую пулю? – переспросил Зотов. - Меня же пытались убить… А бронежилет я не ношу… - в бутылке оставалось ещё четверть литра, но он как-то быстро все допил, продолжая: - Целились в сердце… Люди Бекетова. Я потом узнавал, когда все закончилось… В машине оказалось два трупа… это Кира их убила, так просто… ты видел когда-нибудь, чтоб баба завалила двух человек и вместо истерики, она тебе рану зажимала, что ты кровью не истек… видел? Алкоголь постепенно подчинял его разум, Грачев разговорился, говорил не громко, язык немного заплетался, но вместе с тем откровенно, так, как не сказал бы на резвую голову. И потому интонации, взгляд, все… выглядело крайне мрачно, он был опустошен и Миша это видел, теперь видел, отводя на второй план то, что отец тогда скрыл от него правду… опять… - Но ты мог бы по-человечески с ней поговорить… как со мной сейчас… может и свадьбы не было бы… - проговорил с досадой Миша, понимая, что на этот раз его отец действительно что-то чувствовал. - Ты думаешь, я не говорил? Да и трудно признаваться женщине в том, что ты просто подыхаешь при мысли, что она там с другим… А ей прикинь, наплевать, она приходила, а я тут… с одной был… Просто наплевать… - заметив, что бутылка быстро опустела, он подошел к бару. - Дальше что делать будешь? Все, она замужем… поздно, как говорится…, печень отвалилась… - Пить…, бар ещё полон, а ты не мешай, мне, Миш, сейчас очень больно и паршиво… - достав бутылку коньяка, не глядя на сына, отозвался Грачев, надеясь, что на этот раз Миша его поймет.