Климов 1.1

Стоя в коридоре, перед своим кабинетом, в котором уже собрались все, включая Фомина, Зимина пила вино вместе с Измайловой. С Леной она могла быть откровенной почти во всем, а вот с Климовым только частично, у него были слишком высокие моральные барьеры, в особенности, что касалось Зотова, а при всем и её нейтральном отношении к Мише – он был сыном её соперника. И ей просто необходимо было добраться до Грачева любым способом, рамки морали у Зиминой часто исчезали. - Надо за Зотова браться… - проговорила она, посмотрев на Измайлову. - Да он только из больницы вышел, а если ты начнешь с него, то у парня и карьера может его полететь к чертям и здоровье, когда на него журналисты накинутся… - возразила Лена, затем спросив: - Ир, ты, конечно, не обижайся, но ты уверенна, что… ну вот можешь победить Грачева на выборах? - Не знаю, но попытаться стоит… Вадим сказал, что Грачев знает о том, что я иду на выборы… Так что пора уже серьезно как-то по нему ударить. Узнать бы, как он к Кире реально относится, что у них там... любовь или так… - Зимина поставила бокал на подоконник, выглянув в окно. - Мне кажется, любовь… Я же сегодня была на церемонии, она явилась такая… вся из себя… генералы слюни пускали… Грачев её сразу к себе… не думаю, что там только секс… Но если ты хочешь, могу подробней выяснить… А если, предположим, любовь, то ты… что сделаешь? – Лена внимательно посмотрела на Зимину, но та пожала плечами. - Грачев очень опасный человек, Лен, если браться конкретно за него, у меня пока возможностей не хватит, ошибусь и он меня закопает… А вот если не дать ему такой возможности… - задумчиво проговорила Ира. - То есть? - Сердце ему вырвать… Ну, предположим, убрать Зотова это слишком жестоко, да и не стану я этого делать, а вот её… - предположила Зимина, но увидев, как ошарашено на неё уставилась Лена, поспешила все смягчить: - Не убить, конечно, но как-то её изолировать, отрезать от него… По реакции Лены, она поняла, что с ней о таком говорить не стоит. Убрать Киру было бы последним, что Зимина могла предпринять, однако она не исключала, что ей придется это сделать, если не останется никакого другого пути, разумеется, не своими руками, но у неё, с появлением нового любовника – Ветрова, появились более широкие возможности. Зимина помнила то видео, на котором Кира сидела вместе с Грачевым на диване и они говорили о том, что недавно поженились, она заметила их прикосновения друг к другу, тогда-то она и начала понимать, что там не просто секс и даже не просто романтические отношения... Она долго рассматривала их фотографии из штаба, их секс, хоть и чувствовала себя при этом немного извращенкой, но её больше интересовали такие детали, как взгляды, жесты. Ира замечала, что там все было на полном доверии, как они смотрели друг на друга, как говорили, но ей нужно было железное подтверждение, чтобы убрать Киру. Хотя и кроме этого она пыталась достать на Грачева компромат, а зная, что он сейчас обмывает звездочки – отправила купленного фотографа на разведку. Кира лежала в ванной, в объятьях Грачева, в доме все ещё гремела музыка, готовился салют, но в спальне была хорошая звукоизоляция. Так приятно было уйти подальше от шумной попойки, в горячей воде, в которую Кира добавила жидкость для пены, ароматические масла, все это казалось ведьминским чарами, каким-то неведомым зельем. Заворожено рассматривая его руку, пальцы, прикладывая ладонь к своей груди, откидываясь на плечо возлюбленного, Кира говорила о том, что вскоре придется заняться вопросом с Мишей, когда Зимина начнет под него копать. - Нужно будет сделать масштабный ответный удар, обернуть все против неё… как с фотографиями… - сказала она, обернувшись к Грачеву. - Есть какие-то соображения? – опустив другую руку под воду, проведя по внутренней стороне её бедра, спросил он. - Да… Только все зависит от того, хочешь ли ты признавать официально отцовство… - она провела языком по его пальцам. - Почему бы и нет… Когда я стану губернатором это уже никак не отразится ни на его, ни на моей карьере, - кивнул он, зная, что наверняка Кира выдумает, как все это лучше обставить. Взяв с полки стеклянный флакон с ароматическим маслом, Кира развернулась к нему лицом, он тут же подхватил её, медленно проникая внутрь, заставляя её запрокинуть голову от нахлынувшей волны сладострастия. - Не двигайся… - прошептала она, открывая флакон. – Выдержишь? - Постараюсь, - наблюдая за тем, как она выливает на ладонь немного масла, с улыбкой произнес Грачев, плавно опустив её на себя полностью и замерев без единого движения. - Я подготовлю сюжет для того, чтобы твое признание отцовства выглядело как можно более благородным в глазах твоих избирателей… - начиная легкими касаниями втирать в его грудь масло, заговорила Кира. - Не сомневаюсь в твоих способностях, - самодовольно усмехнулся он, чувствуя, как она инстинктивно немного приподнимается на нем и опускается, продолжая нежно касаться его груди пальцами. – Ты моя хорошая девочка…, какая же ты хорошая… - Я очень плохая… - она опустилаголову, порывисто его поцеловав. – И хорошая только для тебя… Грачев поднял руки к её груди, на несколько секунд остановив, затем коснулся плеч и, наконец, дошел до её лица, скользнув пальцами по щеке. Кира приоткрыла рот, одной рукой взяв его запястье, прижав к своим губам кончики его пальцев, целуя. Ночь продолжалась, стрелки часов словно замерли… Кира стояла в халате у окна, наблюдая за салютом, а её возлюбленный супруг спал на черных шелковых простынях, расслабившись после горячей ванной. Заметив какие-то странные вспышки со стороны небольших домиков, на участке, перед домом, там хранились инструменты садовника, какие-то мелочи, Кира присмотревшись, поняла, что это работает фотокамера. Подойдя к шкафу, Кира достала оттуда сумку и, взяв кожаные брюки, чтобы не бродить по морозу в юбке, быстро оделась. Ей так не хотелось выходить из спальни, она готова была провести вечность, рассматривая своего спящего прекрасного принца, но перспектива попасть в очередную газетную статью в не самом приглядном виде её не обнадеживала. Спустившись в зал, она окинула взглядом коллег Грачева, которые совершенно пьяные развалились на диванах, одни дрыхли, другие что-то друг другу доказывали, и быстро вышла на улицу. - Сюда, - кивнула она одному из охранников, стоявших у забора. – Ты что же это, тварь, спишь на работе?! Оставив его в недоумении, она быстро прошла к домикам и через мгновение уже вытаскивала оттуда папарацци. - Ты, сука, куда смотрел?! – бросив фотографа в снег, перед домом, несколько раз ударив его носком сапога в лицо, выпалила она охраннику. - Извините… не… не заметил… - пробормотал тот, став подзывать и других охранников. Выхватив у фотографа фотоаппарат, Кира начала пересматривать снимки, которые он успел сделать, среди прочих было и то, как Искандеров дарил Грачеву саблю, а это могло плохо отразиться на рейтингах. - Мои знакомые знают, куда я поехал и если со мной что-то случится, они… - начал, выплевывая кровь на снег, фотограф. - Достаньте его документы, телефон, - продолжая рассматривать фотографии, не обращая внимания на его лепет, кивнула охранникам Кира. - Я в прокуратуру напишу… - выпалил папарацци, когда охрана начала шарить по его карманам. - Отведите его к прокурору, он, кажется, в бильярдном зале… Пусть посмотрит на этого идиота… - устало вздохнув, Кира взяла его бейдж. – Роман Валентинович Портов… Все Романы, наверное, дибилы, я вот одного Романа знаю, такой же придурок… - Нет, не надо к прокурору! – вдруг закричал, сознав свою глупость, фотограф. Из дома вышел тот генерал, которому прежде Кира подогнала стриптизершу. Он был пьян в стельку, шатался в разные стороны, в рубашке навыпуск, но увидев фотографа, подошел к нему. - Че за хрен?! – приглядываясь к Портову, спросил он: - Ты кто, карикатура?! - Фотограф это… хотел компромат, вероятно, найти на Женю… ну, и на вас всех… - решив немного схитрить, проговорила Кира. – Что с ним делать, ума не приложу… Она прекрасно знала, что будущее горе-фотографа теперь весьма туманно. Только редкий идиот мог полезть в дом, набитый полицейскими, да ещё и грозить им прокуратурой… - Ты… меня… боевого генерала… - выхватив из кобуры охранника пистолет, взревел генерал, наставляя дуло на фотографа. – Пристрелю, как собаку! Заметив в окна эту сцену, из дома повыходили и другие полицейские, все они, окружив фотографа, стоя перед ним, кто в кители, кто в рубашке и брюках с красными лампасами, привели парня в истерику. - Ну, что, дегенерат, кого ты ещё хочешь? – наклонившись к нему, спросила Кира: - Выбирай любого?! Ты не понял, что ли к кому ты в дом влез?! Наконец из дома вышел Грачев, все же до него донеслись отдаленные вопли пьяных генералов, из окна. Надев теплы й махровый халат и домашние туфли, он спустился с крыльца. - Жень, что будем делать? – спросила его Кира, закрывая халат на его груди, чтобы он не простудился. - Это ты его так? Молодец… - улыбнулся он. – Да, что с ним делать… в дом его, спишем потом, незаконное проникновение… - Посмотри… - она протянула ему мобильный фотографа, открытый на телефонной книге, где был номер Зиминой. - Дергается ещё… сука… - взяв телефон, он опустил его в карман халата, затем приказав охране забрать фотографа. Зайдя в дом, он присел на диван, набрав номер Зиминой с телефона фотографа. - Да, ты все сделал? – раздался голос Ирины Сергеевны. - Ты как-то слишком обнаглела, сбавь обороты, - сказал просто Грачев, затем отключив телефон. – Даже обидно, что мне в конкуренты выбрали это… Хотя… - он протянул руку к Кире и она покорно села на его колени. – Если бы не ты, то, пожалуй, эта тварь доставила бы нам большие проблемы… - Я очень полезная… - довольно протянула Кира, замечая, как в дом возвращаются его сослуживцы. – А ты, товарищ генерал-полковник, иди в постель, после горячей ванной на улицу… в одном халате… - Беспокоишься… - польщенный словами Киры, он, улыбнувшись, обхватил руками её талию и прижался щекой к её груди.