Климов 1.1

Заехав в отдел утром, Зотов взял текущие дела к себе на дом, хотя это и запрещено было делать, но опера составили ему копии некоторых бумаг, в основном то, с чем не справлялся Савицкий, а Мише попросту хотелось чем-то себя занять на больничном. Перед тем, как уходить, он решил зайти к Вадиму, после церемонии он долго думал над тем, к чему может повернуть Климова эта нездоровая любовь к Кире и не мог оставлять все так. Кира стала женой его отца и теперь Миша некоторым образом имел право в это вмешиваться, но уже полностью будучи на стороне Грачева. - Занят? – открыв дверь, опираясь на трость, Миша прошел в его кабинет. - Даже если занят, разве это что-то меняет? – Вадим сидел в кресле за столом, в мундире, с новыми погонами полковника, но не слишком радостный, скорее даже наоборот, хотя это в последнее время было обыкновенным его состоянием. - Вадим, у меня, знаешь, начало появляться желание тебе хорошенько вломить…. – оставив трость у двери, Зотов прошел к столу и, выдвинув стул, присел. - В ответ не боишься получить? – исподлобья поглядев на него, спросил негромко Климов. - Мы здесь все не ангелы, но скажи, ты реально сейчас ударишь в ответ? Если – да, то у тебя большие проблемы с головой, и я это давно замечаю, - пристально посмотрев на него, без всякой враждебности, сказал Миша, даже не произнося то, что именно закрыв Дашу, он оказался в таком положении: - Кира от тебя ушла, все, сколько времени прошло, ты продолжаешь вот эту мозгодробилку! Заколебал уже всех, это твое личное, оставляй его за порогом отдела. Не хочешь или не можешь, ну лечись, блин! Она любит моего отца, это я тебе точно могу сказать… - А он? – вдруг спросил сдавленно Вадим. – Любит её? - Да, он её любит. Просто пойми это… - на мгновение Зотову показалось, что Вадим начинает признавать свою ошибку, пытается разобраться, но он поторопился с выводами. - Ничего ты, Миша, точно сказать не можешь… Он её не любит, да и она, когда поймет это… опомнится. А на одном сексе отношения не построишь… - перебил его Климов, цепляясь за слова Зиминой, отказываясь слушать Зотова. - Ты просто больной… И я говорю тебе это как твой друг, кроме меня тебе правды никто не скажет… - поднявшись из-за стола, мрачно отозвался Зотов, понимая, что этот разговор просто бесполезная трата времени. Услышав шаги, Измайлова отошла от двери, все это время прислушиваясь к их разговору, теперь ей не надо было выспрашивать Мишу, все, что нужно было – она услышала. В обед, в особняк Грачева, приехали Петровы… За это время, персонал успел прибрать все после банкета, оставив только наново накрытый стол в зале для гостей. Фотографа забрали, Грачев приказал немного подержать его в камере, состряпать небольшое дельце, так чтобы теперь этот тип был на крючке и даже не помышлял о сотрудничестве с Зиминой, а его камеру Кира уничтожила вместе с флешкой. Зайдя в зал, Петровы, увидели Киру и Грачева на диване. Кира лежала в объятьях возлюбленного, листая вместе с ним томик стихов Блока, и время от времени целовались, увлекаясь, пребывая в возбужденном состоянии, все же пытаясь сосредоточиться на чтении стихов. Но они были одеты, Кира в легком платье, Грачев – в серых свободных брюках и футболке с коротким рукавом, в которой просматривались очертания его мускулатуры, что ещё больше заводило его супругу. - Мы не помешали? – поставив на пол коробку, обернутую подарочной ленточкой, спросила с улыбкой Вера. Отложив книгу, Кира позволила Грачеву подняться и сама живо вскочила на ноги, подходя к Вере. - Поздравляю, Грачев, опять ты в дамках, - усмехнулся Петров, пожимая ему руку. – Но, на этот раз вполне заслуженно. - Не удержался без колкостей, Палыч, - хлопнув его по плечу, с иронией заметил генерал. – Выпьем, или тебе нельзя? Вина… - Вина можно… - согласился тот, подходя вместе с Грачевым к столу. - Антиквариат, китайская ваза… - постучав ладошкой по коробке, сказала Вера Кире, когда они расцеловались. – Вместе с Гришей выбирали… - Спасибо… Хочешь, поплаваем? – предложила ей Кира. - Не откажусь, но, сначала выпьем… Наливайте и нам, мужчины… - крикнула им Вера, снимая полушубок. Кира вернулась к Грачеву, казалось, она не может без него и нескольких минут. Остановившись позади него, она обхватила его грудь ладонями, прижавшись щекой к его спине, пока он наполнял бокалы. - Жень, мы пойдем с Верой в бассейн, а потом… - мечтательно протянула она, на что Грачев, понимая это «а потом», поставив бутылку, обернулся к ней. - Поплавайте… часик…, а большего я не выдержу… - он коснулся её губ коротким поцелуем, словно пробуя на вкус, затем, на мгновение оторвавшись, поцеловал снова, но более страстно, глубоко, прижимая Киру к себе. Вера подошла к столу, взяв бокал, замечая, насколько отношения Киры и Грачева, отличались от того, что было с Вадимом… Перед ней и Петровым была действительно счастливая пара, настоящие влюбленные и это настолько явственно бросалось в глаза, что Вера ничуть не жалела о том, что сама отчасти тогда подтолкнула Киру к измене. - Гриш, а ты не поцелуешь меня? – обернувшись к мужу, требовательно произнесла Вера. – Я, может, тоже хочу романтики… - А прижизненного сборника стихов Есенина тебе мало? Ты же хотела стихов, - сказал с улыбкой Петров, но увидев, что это ничуть не развеселило Веру, он мягко взял её за локотки, и поцеловал, конечно, не так, как Грачев целовал Киру, а более просто, но и этого было достаточно, чтобы не выглядеть в глазах жены бесчувственным глупцом. - Вот все за тебя делать надо, - отпив немного вина, Вера поставила бокал на стол и, схватив мужа за воротник пиджака, поцеловала его по-взрослому, так жарко, что он, сам от себя не ожидая, ответил ей в том же духе. - Палыч, может вам комнату показать? – поглядев на них, засмеялся Грачев. – Или нам выйти? - Думаю, даже если бы мы занялись сексом прямо при вас, это ничуть бы тебя не смутило, Грачев, - оторвавшись от мужа, Вера кивнула Кире, чтобы та вела её к бассейну. Взяв по бокалу вина, Грачев с Петровым сели в кресла, друг напротив друга. Выпив за звание, Грачев достал коробку с шашками, прежде они с Петровым часто играли, потом их дороги разошлись и вновь сошлись из-за Миши. Все-таки Грачев любил сына и не был таким уж отъявленным подонком, Петров изменил к нему отношение, увидев в больнице… Ранение сына было слишком большим ударом даже для такого стойкого человека, как Грачев… - Значит, Зимина идет на выборы вместо меня… - сделав первый ход, глядя на черно-белую доску, проговорил Петров. – У неё есть на тебя существенный компромат? - Она собирается топить меня через сына… С его матерью я жил в гражданском браке, ну ты помнишь… Расскажет, как я ушел от неё, сына не признал, но проталкивал по карьерной лестнице… - проговорил негромко Грачев, сделав ответный ход. – Миша тоже на меня обижался за то, что я расстался с его матерью, но смысл тратить свою жизнь на женщину, которая тебя больше не привлекает? Да я её и не любил… - Да, помню, как ты ночевал в кабинете, не хотел идти к ней… Бабы… Ну, а я чем-то могу помочь? – вдруг спросил Петров. - Ты хочешь мне помочь? Петров, не узнаю тебя… Здорово ты сдал, если предлагаешь мне свою помощь… - Лучше ты, чем Зимина… Из двух зол выбирают меньшее. Она не так проста, как кажется. Не знаю, зачем Климов поставил её директором детдома, нам мужикам проще…, а вот женщина способна на многое ради достижения своих целей. Она ведь стучала тебе на него… - подняв глаза на Грачева, Петров сделал ещё ход и взял бокал. - Жаль, что я не могу её убить, иначе не видать мне губернаторского кресла. Да и чернуха это… об такое руки пачкать. Но я рассчитываю на Киру, она сможет дать Зиминой отпор, - откинувшись на спинку дивана, с довольной улыбкой Грачев покосился на доску, понимая, что Петров снова делает неверный ход. – Палыч, а ты играть так и не научился… - Никогда не видел, чтобы… ты так влюблялся… - заметив, как его взгляд изменился, когда речь зашла о Кире, сказал Петров. - Я не влюбился, я её люблю… очень сильно. И боюсь, что Зимина может… через неё меня достать, за сына боюсь и за Киру… вот так, - признался Грачев, затем сделав ответный ход: - Я в дамках… - Хочешь выяснить, способна ли Зимина на убийство? Способна. Даже своими руками… Я с Мишей в прошлом году проводил достаточно много времени, он часто наведывался ко мне, когда мы устраняли Купцова. Он сказал, что… между Зиминой и её друзьями было что-то… раскол…, она убила кого-то из отдела. Ткачев, опер, хотел её убить… Там, какие-то личные мотивы были, - понимая, что так или иначе придется помогать Грачеву, рассказал Петров. Он умел с достоинством проигрывать, ему уже было не выборов, ну а отдавать кресло взбесившейся бабе, когда она только ставила палки в колеса и Зотову и Климову прежде, означало бы допустить большую ошибку. - Ткачев… да, он приходил ко мне, но мы так и не поговорили тогда. Он собирался сдать Зимину, что-то имел на неё, компромат… - припоминая встречу с Пашей, кивнул Грачев: - Я возьму его в разработку. Посмотрим, есть ли у него на неё реальные доказательства, а не слова.