Климов 1.1

Поздно что-то менять, время делать выводы, Этот гребаный маршрут уже всю душу вымотал. st1m

«Есть дело. Зайдешь за мной», - прочитав сообщение от Зиминой, Ткачев, вздохнув, поднялся со стула, теперь у него был свой собственный кабинет, который прежде принадлежал Вадиму, в его бытность начальника МОБ. Он не давил на оперов, не пытался поставить себя перед ними как-то по-особому, как это делал Савицкий. Казалось, ничего особо не изменилось, он просто стал получать прибавку к зарплате, а вместе с нею и появилась ответственность за подчиненных и нераскрытые дела, но его это особо не напрягало. С Зотовым он не конфликтовал, Миша знал о том, что Ткачев стучит Кире на Зимину и причины ему были известны, не только должность, звание, гонорары, но и месть, а это многое оправдывало… Закрыв дверь, он сдал ключи и перевел взгляд на Савицкого, тот стоял у окна с операми. После назначения, Рома как-то недружелюбно стал посматривать на друга, считая его предателем. Савицкий не мог и подумать прежде, что не он, а Ткачев займет место начальника криминальной полиции, это его не просто уязвляло, но и пробуждало смешанные чувства по отношении к Паше, почти ненависть… - Ну, как служба, майор Ткачев? – заходя в отдел, весело спросил Зотов, после того, что ему устроила Маша, с его лица не сходила улыбка. Нет, Маша и раньше была вполне достойной боевой подругой, но теперь он мог делать с ней совершенно все, что вздумается и когда вздумается, особенно его впечатлил секс на рабочем месте. - Да, нормально, - ответил Ткачев, на что Савицкий посмотрел на друга ещё более испепеляюще. – Надо… съездить по одному делу… - Ну, давай, удачи, - проходя мимо, Миша хлопнул его по плечу, затем бросив Роме: - Ревнуешь, Роман Иваныч? Выйдя на улицу, Ткачев остановился на крыльце, увидев, как ППСники вытаскивают из машины восемнадцатилетнего парня с рыжими дредами. Тот, судя по его выражению лица, не понимал, какого черта его взяли. Климов наблюдал за этим со стороны. - Внебрачный сын Зиминой? – спросил Ткачев Вадима, глядя на рыжую пепельницу у парня на голове. – Чего он сделал? - Хотел затащить в постель мою дочь… - отозвался Климов, сжав одну руку в кулак, в нетерпении допросить этого Борю. - Не завидую я ему… Ну давай, папаша, действуй… - стараясь не удивляться, сказал Ткачев, представляя, какая судьба ждет этого рыжего парня. Подъехав к подъезду, Паша забрал Зимину не совсем понимая, для чего он понадобился ей среди бела дня. Она называла ему место куда ехать, однажды он там уже бывал – песчаные карьеры. Туда он сопровождал Климова, на встречу с Ветровым. Зимина собиралась встретиться со своим любовником, но не в квартире, не в людном месте, понимая, что за ней может быть слежка людей Грачева, да и машину с её номерами потом могут вычислить, где была и куда ехала, а тот разговор, который между ними должен был произойти – тянул на большой тюремный срок. Она оставила Ткачева в машине и отошла к Ветрову, он приехал к ней один, всего-то с двумя охранниками. - Привет, Леш, - поцеловав его в щеку, сказала Зимина, она отошла на довольно приличное расстояние, повернувшись лицом к машине Ткачева. – Ты знаешь, ну ты видел передачу и понимаешь, что после такого… рейтинги у меня не лучшие… И Грачев меня снял с поста директора детского дома. - Плохо, ну, а что ты можешь сделать? – спросил Ветер. - Если я стану губернатором, то хорошо отплачу тебе за помощь, отдам тебе территории под застройки… Интересно? – спросила Зимина, тот кивнул, и она продолжила: - Но для этого поработать… - Хочешь устранить Грачева? - Да нет, его как устранять нельзя. Он сам устранится, когда я выбью из-под его ног стул… Его жена, он любит её до безумия, я этого не понимаю, но по всем признакам там… какое-то такое нездоровое чувство… Ты же можешь сделать так, чтобы никто и никогда не узнал, кто стоит за её убийством? У тебя же обширные связи в этом плане… - сказала она, коснувшись рукой его пиджака. - А твой друг не стуканет? – обернувшись к Ткачеву, спросил Ветров. - Я ему не говорила зачем еду, а сейчас же он нас не слышит… - усмехнулась Зимина. Ткачев, с трудом скрывая шок, смотрел на Зимину, читая по губам её слова. Он слишком долго страдал глухотой тогда, после расстрела в отделе и затем – убийства Кати, и научился без труда понимать, что говорят на расстоянии, а Зимина была обращена лицом к нему. - Твою же мать… - прошептал он, сжимая руками руль. - Понял тебя, Ир, но на это время нужно, - продолжал Ветров. - Не торопись, сейчас не нужно…. Недельки через две, когда вся эта шумиха от передачи уляжется, вот тогда – вполне можно… - сказала в свою очередь Зимина. Закончив, она села в машину и повернулась к Ткачеву: - Ну, вот и все, поехали… - голос её звучал совершенно невинно, словно она не убийство заказывала, а съела порцию мороженого. - Да, - кивнул Ткачев, заводя мотор. В дороге он переводил время от времени взгляд на Зимину, она улыбалась, как ни в чем не бывало, и Паша едва сдерживался, чтобы достать пистолет и познакомить её мозги с оконным стеклом автомобиля. Отправив её домой, он поехал не в отдел, а к себе, пытаясь пережевать всю эту информацию… Странный заказ… Переосмыслить, прокрутить в памяти ещё раз, убедиться, что ему не показалось, все-таки он читал по губам, а не слышал все это… Зайдя в подъезд своего дома, Ира уже отчасти пожалела, что взяла с собой именно его. На Ткачева ей трудно было положиться, он часто зацикливался на своем, бунтовал, подбивал на бунт Савицкого, и однажды это едва не стоило ей самой жизни. Набрав Фомина, она попросила его последить за Ткачевым… Пройдя в свою квартиру, Ткачев сел за кухонный стол. В глубине души он по-прежнему ненавидел Зимину за то, что она убила его Катю… И вот она хотела снова разрушить чужой мир… чужие жизни… забрать у Грачева любовь… «- Кира, все хорошо… - взяв её под руку, прошептал Грачев, обращая её лицо к себе. – Все, мы уезжаем…, пойдем в машину… Милая… Кира… - Да, да… - она подняла к нему взгляд, прижав ладонь к его груди. – Господи… как это могло закончиться… Проходя к автомобилю, она, взяв мужа за руку, подошла вместе с ним к Ткачеву. - Спасибо… - произнесла она со слезами в глазах. – Спасибо тебе, Паша… - Да… чего там… - смущенно пробормотал он». Налив себе полный стакан водки, Ткачев в несколько глотков осушил его до дна. - Ничего у тебя не выйдет, тварь…- произнес с ожесточением Паша, затем достав из кармана телефон, открыл фотоальбом, там ещё хранились фотографии Кати. Он не любил её настолько, насколько Грачев любил Киру, но чувство было и оно заставляло его порой задумываться, принимать серьезные решения, взвешивать, хотя не всегда он мог пойти до конца, но сейчас… был готов…