Климов 1.1

Утром Грачев уехал на работу, оставив Киру с бабушкой, ему казалось, что им необходимо поговорить как женщина с женщиной, без его участия, он думал, что так его возлюбленной будет легче сказать возможно то, что она не могла рассказать ему самому, какие-то переживания. Но Кира ничего от него не скрывала и в сущности не было ничего, чего бы не знал он сам, наоборот – ему ей было проще что-то говорить, все, что её тревожило – он знал, а с бабушкой она ужа давно не была так близка, как в детстве, да и жили они далеко друг от друга… Без Грачева Кира скучала, она даже проснулась раньше, хотя ей никуда не нужно было идти, чтобы позавтракать с ним вместе, а потом, проводив его, зашла в детскую комнату. Алина спала в своей кроватке, а Паша обиженно посматривал по сторонам, сидя в манеже и без всякого интереса толкая ручкой небольшую игрушку под присмотром няни. Увидев Киру, мальчик тут же заинтересовавшись стал её рассматривать и улыбнувшись, бросил в её сторону игрушку, так, вероятно, проявив к ней свое внимание. Киру это развеселило, мальчик был забавный чем-то напоминал по выражению лица своего отца, когда тот грустил. Она совсем не знала, как обращаться с этой детворой, но все-таки подошла к манежу и взяла мальчика на руки. - Привет, - проговорила она, чувствуя себя при этом ужасно глупо. Мальчик дернул её за нос и засмущавшись как-то своеобразно хихикнул. Даже не обладая материнским инстинктом, Кира глядя на этого мальчишку искренне не понимала, отчего Маша так странно обходилась не только с Мишей, но с детьми, не пытаясь помириться с Грачевым или хотя бы с мужем. Да и причин по-сути, на её взгляд, чтобы бросать семью, у Маши не было… Кира судила со своей стороны – не находя ничего ужасного ни в действиях Грачева, ни в поступках Миши, даже учитывая, что он держал бордель и брал взятки, ведь саму Машу он никогда не обижал, а её родственники вели себя хамовато, не понимая, что в этом доме свой жизненный уклад, а Грачев имеет полное право посещать свой особняк с женой и делать там все, что ему заблагорассудится. Он сам строил этот дом, тратил на него деньги, а какие-то люди, даже учитывая, что побочно они являлись родственниками – решили, что имеют право навязывать свои правила обзывая Киру проституткой и осуждая её развязное поведение, когда он просто выпила с мужем и занималась сексом… Это было как-то диковато слышать подобные упреки. Посадив Пашу обратно в манеж, Кира вышла из детской, спустившись вниз, Тата вышла из своей комнаты в длинном красивом платье с шалью на плечах и подошла к внучке, когда та присела на диван. - Кирюша, как у вас с Женей? – спросила её Тата, приобняв внучку за плечо. - С Женей хорошо… давление у него только, боюсь… он на работе, зря я решила отдохнуть… как-то не отдыхается без него, там просто один навязчивый тип… Дмитрий… сынок олигарха, редкая сволочь… - пробормотала Кира, вспоминая этого мерзкого смазливого парня, который доставил ей столько проблем. - Кирюш, а помнишь как ты боялась Нефедова? Ты никогда не ходила на ту квартиру, пока мы не решили, что пора от него избавится… Ты его убила и тебе стало легче, правда? – взглянув на неё, спросила Тата, пытаясь таким подойти к вопросу о Климове. - Да… стало… Я не хочу убивать Дмитрия, он сволочь, но от его отца зависит репутация Жени, он там реставрирует усадьбы, просто… - положив голову на плечо бабушки, Кира посмотрела на её браслетик: - Ты любишь изумруды… - Кто же их не любит… - небрежно проговорила Тата, затем все-таки продолжив: - Я не про этого Дмитрия… Твой Женя мне рассказал… - Убить… Климова… - теперь поняла Кира, поднявшись с дивана: - Хочешь, чтобы я пошла к нему и убила? Знаешь, это просто два разных человека тот, за которого я выходила замуж и потом, что он начал делать…, но так только кажется… просто я не замечала, а он был… уже тогда… и я с ним спала… как это могло быть со мной? - Ты должна его убить… - убежденно проговорила Тата, глядя на то, с каким болезненным недоумением и растерянность говорит её внучка и какой жутью наполняется у неё взгляд. - Наверное… - согласилась Кира: - Только я не хочу больше говорить об этом… это… не так просто… пережить, но я почти пережила, а больше всего меня волнует то, что… у Жени с каждым разом давление… и эти приступы сильнее… На остальное мне наплевать. Я ему позвоню… - вдруг опомнившись, Кира отправилась в спальню за телефоном. Тата давно не виделась с внучкой, но короткого разговора хватило, чтобы понять – Кира изменилась, очень… Это была уже не та девочка, которая приезжала к ней с мужем последний раз, ещё когда Грачев поссорился с сыном. Казалось бы не так много времени прошло, немного больше полугода, но Кира стала другой, она думала только о Грачеве, не казалась несчастной, даже наоборот – в присутствии возлюбленного с ним она просто светилась от счастья, но вместе с тем пребывала в тревоге о его здоровье… однажды почти потеряв его, готовясь пустить себе пулю в висок. И она любила только свою семью, сына Грачева, внуков, любила и бабушку, но ко всему остальному омертвела… совсем, стала холодной, как лед и в глазах её не было прежней теплоты. Кира даже не хотела откровенничать с бабушкой, как могла прежде, ей словно и нечего было сказать, не потому, что она боялась осуждения или упреков, или хотела оградить себя от жалости – нет, просто не имела ни малейшего на то желания. И Тата поняла, что она уже не была для внучки самым близким человеком, Грачев полностью заполнил и сердце и душу Киры, оттеснив собою всех, но это ничуть не печалило женщину. И все-таки прежняя Кира была мертва, а другая – эта… почти ничем не напоминала ту простую, отчасти наивную и скромную девочку… Присев на кровать, Кира набрала номер Грачева, он ответил так быстро. - Да, милая… - с каким-то волнением сказал он, понимая, что сейчас она могла уже поговорить с бабушкой и сам не знал, что из этого выйдет. - Мне так скучно без тебя… я больше не хочу быть в отпуске, завтра выйду на работу… - проговорила Кира, так мучительно вздохнув. - Как ты там? - Сейчас собираюсь в министерство, какое-то срочное совещание. Скажи, а ты говорила с бабушкой? – пытаясь понять все же изменилось ли что-то, стало ли Кире легче, спросил Грачев. - Говорила…, я хочу к тебе, Жень… - Кира опустилась на постель, положив голову на его подушку: - Наверное, отвлекаю тебя… тебе надо в министерство… Просто хотела услышать твой голос… - Ты не отвлекаешь, солнышко, я бы сейчас к тебе приехал, но не могу оставить работу, правда, я… совещание очень срочное… - выходя из кабинета, собрав все документы, он и в самом деле собирался на срочное заседание, но услышав то, насколько Кира расстроена своим отпуском, уже и не знал, куда ему лучше ехать, его тянуло в особняк, к ней, а не сидеть часами выслушивая не то выговоры, не то очередные задания. Весь день Кира провела в каком-то пограничном состоянии, блуждая по дому, временами переговариваясь с Грачевым по телефону, а Тата все смотрела на неё, изумленная такими странными отношениями своей внучки и её мужа. Грачев звонил Кире при каждом удобном случае, писал сообщения со своего заседания, а она радовалась, как ребенок… Тата пыталась с ней поговорить, даже затащила на кухню, где с Сережей решила сделать на ужин плов, так, чтобы чем-то заняться. Сережа понравился Тате, она сразу поняла все насчет его ориентации и стала болтать о косметике и даже написала ему свой рецепт омолаживающей маски для лица, а он уже засобирался её сделать, чтобы тут же вместе и опробовать… - Кирюша, хочешь маску для лица? – предложила Тата и ей: - А потом можем сделать каких-нибудь высококалорийных пирожных и немного испортить себе фигуры… - Пирожные с коньяком и вишневым кремом, пальчики оближешь… - закивал Сережа, подбирая ингредиенты к маске. - Нет, я не хочу, - безразлично пожала плечами Кира, за несколько минут до этого ей позвонил Грачев, сказав, что не сможет приехать в особняк на ночь, после совещания ему пришлось готовить очередной доклад и он допоздна сидел в кабинете с заместителями, а после собирался доделать все в их новой квартире, поскольку она была ближе к администрации. – Женя не приедет… работы много… - Кира, ну пусть себе работает, вряд ли он тебе изменяет, скорее и правда работает, - предположила Тата. - Женя один… при чем здесь «изменяет»… - она посмотрела на часы, было около восьми часов вечера, ей не хотелось ни пирожных, ни масок. – Я поеду к нему! - Да куда? Поздно уже, ты часа два будешь только ехать… - возразила Тата, не веря, что внучка способна вот так поехать только для того, чтобы её муж не провел ночь в одиночестве. – Завтра утром он приедет сам… - Все, бабуль, я уехала… - поцеловав её в щеку, даже не прислушавшись к словам бабушки, Кира выбежала из кухни, поднявшись наверх, чтобы переодеться. - Давно это с ней? – спросила Тата у Сережи. - Ой, да постоянно… И Евгений Петрович с нею такой домашний… Такие милашки… - достав миксер, ничуть не удивляясь тому, что Кира решила поехать к мужу, ответил Сережа: - Сейчас масочки сделаем и будем красивыми… Через минут двадцать, приведя себя в порядок, надев шубу и сапожки, Кира бегом спустилась по лестнице и, взяв ключи от автомобиля, вышла из особняка. Она сама села за руль, не взяв с собой охрану, отправляясь в Москву только, чтобы просто лечь рядом с мужем в их постели и уснуть, зная, что он с нею… Её ничуть не тревожило то, как посмотрит бабушка, что потом скажет. Грачев приехал в квартиру и ещё час сидел за докладом, затем только все закончив, отправился в душ и, устало взглянув на часы, а было уже около одиннадцати, опустился на постель. Кира так злилась, попав в пробку и простояв там полтора часа, сама не понимая, как её так угораздило. Открыв дверь, Кира сбросила шубу, быстро пройдя в спальню. Грачев спал и она не стала его будить, сама, раздевшись, легла возле него, придвинувшись как можно ближе. Почувствовав её присутствие, Грачев открыл глаза, увидев Киру, она лежала глядя на него... - Ты приехала… - улыбнулся он, притянув её к себе. – Спасибо… - Не хочу спать без тебя, когда ты здесь один… - коснувшись его губ, шепнула Кира. – Я хочу всегда быть с тобой… - Девочка моя милая… - настолько растроганный её появлением, Грачев взял руку Киры в свою, начиная целовать каждый её пальчик, а она вся подалась ему навстречу.