Климов 1.1

Перед сном, решив лечь пораньше, зная, что до Москвы из области было ехать долго и пришлось бы просыпаться не в восемь, а в шесть, Грачев, приняв с Кирой душ, затем спустился вниз, чтобы сделать возлюбленной соку… Он взял несколько апельсинов, не позвав Сережу, сам очистив их и загрузил в соковыжималку. - Женя, мне кажется, что нам надо с тобой поговорить… - подойдя к столу в кухне и сев за него, произнесла Тата, взглянув на зятя. - Давайте поговорим… - согласился он, налив сок в стакан, затем налив себе обычного, из пакета, яблочного и сделав несколько глотков, подошел к стулу напротив тещи, но не сел, а только поставив стакан на стол, уперся запястьями в спинку стула, чуть наклонившись вперед, сцепив пальцы в замок. - Я начала замечать, что…ты как-то повлиял на то, чтобы моя внучка утратила все контакты с внешним миром, кроме определенных людей, с которыми она пока общается… - не совсем зная, как лучше подойти к главному, заговорила женщина. – У неё даже нет ни одной подруги… она общалась с какой-то Верой и с той перестала… - Наталья Степановна, вы напрасно думаете, что я в чем-то ограничиваю Киру, она полностью свободна в своих действиях. Поверьте, я очень хорошо знаю её, как это для вас может быть ни печально, но гораздо лучше, чем вы…- резонно заметил Грачев, уже предчувствуя, что она ведет к чему-то неприятному. – Кира с вами практически не общается, а со мной… - С тобой она постоянно, - кивнула Тата. – Ты её слишком к себе привязал и я сегодня это видела, ты весь день её возле себя удерживал, приведя в такое состояние, что и понятно почему она… Женя, ты ведь убиваешь её, Кира настолько тобой поглощена, что… и я так поняла, хотела убить себя. - Да, она хотела… И я бы сам не смог пережить, если бы с ней что-то случилось, вы же знаете, что мы с нею любим друг друга… Я не удерживаю Киру возле себя, я её люблю, это разные вещи… - с некоторым ожесточением сказал он, затем оттолкнувшись руками от спинки стула, выпрямив спину, он достал из ящика разделочного стола бутылку вина, затем налив себе в бокал. - Ты мог бы не так привязывать её к себе, ну сам посмотри, у тебя гипертония и Кира боится твоих приступов, инсульта, я все понимаю, но я не хочу потерять свою внучку. А то, что ты сейчас с ней делаешь… вы уже столько времени вместе, но ты… не многовато ли секса в ваших отношениях или это попытка скрыть свои страхи… кризис… - Тата не договорила, Грачев так резко обернулся к ней, держа в руке бокал вина. - Хотите, чтобы я начал отталкивать Киру? Вы хоть понимаете, что вы говорите? Я никогда этого не сделаю, мне по большему счету плевать на все советы, которые даете вы или кто-либо, я уважаю вас за то, что вы вырастили Киру одна, помогли в жизни, но лезть в нашу с ней постель я не позволю даже вам… Более того, - сделав несколько глотков вина, Грачев внимательно взглянул на тещу: - я постараюсь сделать так, чтобы ваше влияние на неё сошло до нуля, хотя… по-моему это уже произошло и вас это раздражает. - Значит, я оказалась права, ты сознательно ввел мою внучку в зависимость от себя… - никак не ожидав такого поворота, такой резкости от Грачева, произнесла Тата: - А ведь она могла бы и заниматься журналисткой карьерой, и иметь подруг, и не сидеть с тобой целый день дома… Но тебя не устраивает, так ты имеешь возможность её потерять, не хочешь рисковать, удерживаешь возле себя… всеми доступными способами… Скорее всего и отгоняешь от неё молодых ухажеров, ведь Кира красивая девочка, не думаю, что она не пользуется успехом у мужчин, скорее даже наоборот… - Как ты могла? – тихо и так сдавленно произнесла Кира, проходя в кухню. – Тата, как ты… как ты смогла это сказать ему… Моему Жене! – почти прокричала последнее она. Грачев поставил бокал на стол, не зная, слышала ли Кира то, что он сам сказал её бабушке, особенно последнее о том, что собирался отрезать её и от Таты. - Кирюша, я просто пытаюсь тебя защитить, - спокойно проговорила Тата. - От кого?! От моей жизни? От моего любимого?! Ты его оскорбляешь, ты… делаешь Жене больно, что ты ему говоришь, какие ухажеры? Подруги, карьера… Да на черта мне это все сдалось?! – подходя к столу, с такой болью выпалила Кира: - Никакого ты на меня влияния не имеешь, бабушка, ты даже не понимаешь, как мы с Женей любим друг друга, что мы пережили… да, я тебе не позвонила, не ответила ни на один твой звонок, когда он был ранен, потому что мне было плевать на всех, кроме него… и я не нашла бы в тебе поддержки, и когда Климов пытался меня изнасиловать, разве тебе рассказала? Я рассказала только Жене, что со мной было… Единственное, что я сказала, о своем страхе… и после этого ты смеешь говорить о давлении…, когда я сказала, что боюсь… рассказала тебе… и ты так… поступила… Слушая её, Грачев понял, что она с самого начала была поблизости, знала о чем они говорили, просто в какое-то мгновение не выдержала, вмешавшись. - Но ведь так нельзя… Ну что это за любовь такая, Кира! – на этот раз взорвалась и Тата, встав со стула, она рассерженно и как-то отчаянно взглянула на внучку. – Ты молодая, красивая, у тебя вся жизнь впереди… - Хватит! Я больше не хочу этого слышать! – задыхаясь, закричала Кира, прижимая руку к груди, у неё вдруг закружилась голова: - Я хочу, чтобы от нас все отстали! Мы счастливы, просто счастливы и нам ничего больше не надо… Она отошла от стола, ощутив, как Грачев положил руки на её талию, затем в какое-то мгновение подхватив, Кира потеряла сознание прямо на его руках. То, как она говорила… напомнило ему срыв, который случился с нею, когда Зотов упомянул о Даше Климовой, в доли секунд ему показалось, вернее он явственно ощутил, что сейчас с ней произойдет, успев подхватить, не дав упасть. Нет, Грачев не собирался прислушиваться к советам бабушки Киры, зная, что та уже совершенно не знает внучку, так они отдалились друг друга. Слова Киры – то, что она сказала, даже слышав как резко он говорил с её бабушкой, ещё больше утвердили его в мысли о том, что ни отпускать от себя возлюбленную, ни отстранять он никогда не станет, наоборот – сейчас он хотел ещё большей власти над нею, зная, что она слишком уязвима после всех стрессов и только с ним сможет окончательно прийти в себя, а он жил одною ею… Грачеву было неприятно, отчасти даже обидно слышать слова тещи, но она настолько заблуждалась и желание защитить внучку он понимал, только все это было ошибочно. Он не хотел и не мог допустить, чтобы кто-то диктовал ему как жить с любимой женщиной, а Кира… она была в таком глубоком шоке, сама не так давно пережив такую жуть… встретившись с Вадимом после ангара, а потом… ещё прошлым вечером перепугавшись из-за давления Грачева. Он быстро вынес её из кухни, положив на диван, сам присев возле неё, проверяя пульс, понимая, что у неё самой зашкалило давление, а ко всему участилось и сердцебиение. Выбежала за ним и Тата, она никогда не видела, чтобы такое случалось с внучкой. - Что с нею? Что с Кирюшей? Она… - в ужасе прошептала Тата. – С ней никогда такого не было… - Было… А как вы хотели, у неё и так нервы на пределе, она только со своим страхом справилась и тут вы… Её мужик чуть не изнасиловал, такое с ней творил, месяца не прошло, вы не видели, в каком я состоянии её нашел, она чуть жива была. Вы что думаете, это так просто можно пережить? Её вообще сейчас трогать нельзя, - зло проговорил Грачев, затем быстро выйдя за аптечкой, он сам страшно волнуясь, но пытаясь держать себя в руках, достал нашатырный спирт и вернулся к возлюбленной. - И все-таки… - уже и сама не зная, что теперь думать, глядя на то, как Грачев приводит Киру в чувства, проговорила рассеянно Тата. – Ты… тебе слишком нравится настолько держать её под контролем… при себе… тебе нравится, что она зависима от тебя настолько… - Ваша внучка в обмороке…, а вы продолжаете обсуждать то, что даже не подлежит обсуждению… - как-то даже удивившись её словам, Грачев поднес ватный диск с нашатырем к лицу Киры, она начала приходить в себя. - Женя… - открыв глаза, Кира немного недоуменно взглянула на него, не понимая, как очутилась в зале, хотя по тому, как был взволнован Грачев, она поняла, что упала в обморок. – Женечка… - Сейчас немного полежишь и я отнесу тебя в спальню, - он отложил аптечку и присел с другой стороны дивана, приподняв Киру и положив её голову к себе на колени. – Не волнуйся… Утром уедем, будешь со мной… отдохнешь у меня в кабинете, чтобы была под моим присмотром… - Я согласна… - слабо, но все же счастливо улыбнувшись, ещё не отойдя от обморока, проговорила она. – Буду с тобой… Тата смотрела на внучку, а затем подняла глаза на Грачева, почему-то ожидая увидеть на его лице торжествующую, победную улыбку или ухмылку, но он даже не взглянул на тещу, все его внимание было приковано к Кире.