Климов 1.1

Кира сидела в гостиной, листая в планшете страницы с фотокамерами в интернет-магазине, присматривая себе, чтобы потом Грачев мог купить то, что подойдет ей и по внешнему виду. Она знала, что профессиональные фотокамеры довольно тяжелые, но вместе с тем с их помощью можно было сделать снимок с самым разным эффектом, не то, что на обычных или на тех же планшетах и телефонах. Кира пила кофе, которое приготовила горничная и уже подобрала несколько вариантов, но хотела посоветоваться с мужем. На диване лежал телефон, она отключила и звук и виброзвонок, Тата звонила почти с утра, хотела поговорить, но Кира уже пообещала Грачеву не общаться с нею хотя бы какое-то время. Ей было неприятно и обидно то, как бабушка обошлась с её Женей, прекрасно зная обо всех страхах внучки. Стоило Кире только признаться, что она боится, как бы у Грачева не случился инсульт, как бабушка тотчас же использовала это, чтобы уколоть его. Кира знала, что Тата не так уж и добра, и сострадательна, напротив же – она была довольно своеобразной женщиной, которую по большей части волновали собственные удобства, спокойствие и достаток. С детства Кира помнила всех ухажеров бабушки, хотя те были милыми людьми, приносили Кире подарки, сладости, в этом Тата себя никогда не ограничивала, любила мужское внимание и пользовалась успехом у противоположного пола. Внучку Таточка любила, хотя и не всегда понимала, раньше Кира была довольно скромной девочкой, что бабушка не одобряла, а теперь совсем слетела с катушек от любви и это тоже казалось ей не совсем нормальным… Но Кира уже избрала свой путь, она любила и была любима, на все остальное ей было наплевать и если бы пришлось выбирать, она бы выбрала мужа, всегда и во всем… И слово Грачева всегда было для неё законом, она нашла себя в любви к нему и никогда не чувствовала ни от кого такой заботы, такого обожания, как от него. Грачев, открыв дверь, прошел в квартиру, сняв пальто с таким видом, словно только что побывал на какой-то помойке. Кира отложив планшет, взглянула на мужа, у него был как-то странный цвет лица… - Женя, а что с тобой? – встав, она подошла к возлюбленному, с беспокойством окинув его взглядом. - Я в душ… как-то мне нехорошо… - сказал Грачев, ему даже было стыдно прикасаться к Кире после того, что он видел, где сидел и с кем ел. - Нехорошо? Давление? – взяв его за руку, спросила Кира. - Нет, так… побывал на одной свалке… Кирочка, милая… я сначала в душ… - судорожно вдохнув, ещё не до конца поборов тошноту, пробормотал Грачев, затем быстро отправившись в спальню, а оттуда прямиком в душ. Кира пошла следом за ним, встревоженная таким состоянием Грачева, она остановилась возле двери в ванную, даже не зная стоит ли ей заходить. Вода в душе лилась долго, затем минут через пятнадцать Грачев вышел, обвязав пояс полотенцем, немного придя в себя после жутковатой встречи с Ермоловым-старшим, но отчасти ещё продолжая находиться под впечатлением от увиденного. Опустившись на постель, он заложил одну руку под голову, другой обняв Киру, притянув её к себе, отчасти уязвленный тем, что его бывшая любовница оказалась настолько неразборчивой и теперь он даже был не уверен, что с ним она действительно и сама получала удовольствие… Хотя он прекрасно сознавал, что деньги для таких девиц играют большую роль, чем все остальное, но ему все-таки было неприятно и как-то мерзковато. - Чего ты там такое увидел, Жень? – спросила вкрадчиво Кира, подняв голову, взглянув на него, сама закинув одну ногу между его ног. - Тебе лучше не знать, - усмехнулся Грачев, поглаживая её рукой по плечу: - Этот черт такой жирный… такой… голый… и жрет… и мне пришлось попробовать его этот холодец… Но, думаю, скоро подпишу с ним контракт на выделение земли… с хорошим откатом. Какой же он жирный и грязный… - Бедный мой генерал-губернатор… - представляя теперь, что довелось увидеть Грачеву, поговорила она: - Мой любимый, сексуальный, предприимчивый Женечка… давай я подниму тебе настроение… - Детка, от твоей коленки оно уже поднялось выше некуда… - опустив руку с её плеча к пояснице, он указал взглядом на свое полотенце: - Кира, а я… тебе правда нравлюсь? - Что это за вопрос? - удивилась она, положив ладонь поверх его полотенца, добавив с иронией: - Ты там с этим боровом наркотиками не баловался? - Я знаю, что ты меня любишь, хорошо, когда тебя просто любят… - проговорил Грачев, рассматривая её лицо: - Совсем иначе… Может, я тебе все-таки куплю новую тиару на маскарад? - Не нужна мне никакая тиара, я же говорила… прекращай меня задаривать всякой ерундой, Женька, лучше поцелуй… - прошептала она, сжимая ладонь на полотенце, проводя пальцами то вниз, то вверх, ей так нравилось чувствовать под рукой его твердый, крепкий… - Я тебя же ещё не целовал, как зашел… Иди-ка сюда, - запустив руку в её волосы, ближе к затылку он заставил Киру склониться и тут же накрыл её губы поцелуем, начиная впиваться так страстно, горячо, затем перевернув её на спину, оказался сверху. Кира нетерпеливо отбросила его полотенце, затем так широко раздвинув ноги, согнув в коленях, чувствуя, как он тут же проникает в неё одним рывком до основания. Оторвав её спину от постели, он усадил Киру на себя, сам выпрямившись, так что она касалась грудью его груди. Но он не давал её сделать ни одного движения самостоятельно, сам начиная приподнимать её и опускать на себе, не полностью выходя, то ускоряясь, то замедляясь, чувствуя, как Кира близка к разрядке, намеренно затем останавливаясь, ощущая, как она истекает все сильнее. Совершенно безумная, полностью пребывая в его подчинении, Кира смотрела в глаза Грачева, ощущая его в себе так остро, постанывая даже когда он просто медленно опускал её на себя, до упора, чувствуя при этом такой неописуемый восторг. Её взгляд стал таким дурманным, ведьминским, руки судорожно скользили по его плечами, но в какое-то мгновение она просто сжала пальцы и даже перестала дышать, а сердце едва не вырывалось из груди. Охвативший оргазм накрыл её такой сладострастной волной, она почувствовала как и Грачев одновременно с нею дошел до разрядки, Кира прижалась к нему конвульсивно содрогаясь, рассеянно проходясь пальцами по его затылку, почти в полуобморочном состоянии. - Женя, я так тебя люблю… так люблю… - зашептала она, прижимая его к своей груди: - Мой хороший… милый… - Я знаю… - с пьяной от страсти улыбкой произнес он, медленно опуская её на кровать, вновь накрывая собой: - Я умру за тебя, девочка моя… будь со мной всегда… - Я с тобой навсегда… даже не сомневайся… - коснувшись ладонью его щеки, как-то серьезно и даже болезненно произнесла она, ей стало страшно от того, насколько он её любил, о таком она даже не мечтала. – Мне никто не нужен кроме тебя, никто… только ты… я сама за тебя умру, любимый… В особняке, оставшись в такой растерянности от того, как закончился разговор с внучкой, Тата теперь даже не знала, что делать, ей казалось, что Кира находится под огромнейшим влиянием Грачева, практически став его вещью, потеряв свою личность. Уезжая утром, Кира вышла из спальни с мужем, держа его за руку, они завтракали вместе сидя за столом, так близко друг к другу, Грачев постоянно её целовал, гладил, не отпуская ни на минуту от себя, а с бабушкой она даже не заговорила. И теперь весь день Кира не брала трубку, хотя Тата ей звонила и все это настолько уже не тревожило, а даже пугало женщину… Зотов проснулся в половину второго с похмелья выйдя из своей спальни в халате, ополоснувшись холодной водой, помятый и сонный, затем выпив аспирину, сел в гостиной на диван, морщась от яркого солнечного света, какой-то хмуро глядя перед собой. Он рассеянно поздоровался с бабушкой Киры и начал усиленно тереть глаза. - Миша, а ты… хорошо знаком с Кирой? Какие у неё отношения с твоим отцом? – спросила его Тата, начиная и в самом деле думать, что плохо знает внучку, особенно отдалившись от неё за последний год. - Ну любит папа её, а она его любит, кто бы меня любил… - неохотно заговорил с нею Зотов, больше сконцентрированный на своих семейных проблемах: - А что? Спросите у неё сами… - Я бы спросила, но твой отец полностью пытается оградить её от меня. Он ведь имеет на неё сильное влияние? – она внимательно посмотрела на Мишу. - Да, он не любил раньше ни одну женщину, мой отец редкий эгоист, но её любит до смерти, не советую вам влезать в их отношения, папа не станет этого терпеть, поверьте, - повернув голову к ней, усмехнулся Зотов: - Вы не знаете Грачева, поверьте и лучше вам не знать на что он способен. Он хороший отец, я это понял не так давно, но человек он плохой, очень плохой… и он не любит когда что-то выходит из-под его контроля… и способен на все, чтобы добиться своего… А ваша внучка полностью под его контролем, но ей это нравится… - Нравится находиться в его подчинении? – не слишком-то время в такое, переспросила изумленная словами Зотова Тата. - Да, она довольна всем… вообще никого не замечает кроме него, а папа все ревнует к каждому столбу её, но Кира хорошая, добрая к нам, ко мне, к отцу, а так… не надо её злить, только хуже будет… - проговорил Миша как-то странно. – Даже не пытайтесь разобраться в их отношениях, у них там свой собственный мир…