Климов 1.1

Весь мир оглох, на выдохе вдох, Чужая ложь - гнет правду под нож. Любой ответ заведомо скрыт, От наших бед дух времени сыт, Когда мир в бездну падает… Кукрыниксы.

Узнав о Веронике всю подноготную, о том, что её отец крайне состоятелен, а мать светская львица, Кира поняла, что та наверняка не упустить своего и Грачев для неё более чем выгодная партия. А у Киры ничего этого не было, все, что она имела это была её почти незапятнанная биография и умственные способности. Хотя она не верила в то, что Грачев способен так её обидеть, предать, прельститься на эту девицу, но так продолжалось несколько дней, мысли о том, что он вместо поездок по работе может быть с нею там изводили Киру. И она решила съездить к Семеновой сама, без Грачева, спросить эту девушку напрямик. К Грачеву она не могла подойти с этим, боялась услышать ложь, которую он перед нею почти не умел скрывать… и тогда весь её мир мог рухнуть в одночасье… Прежде, чем поехать в галерею, Кира отправилась в салон, она сделала прическу и макияж, чтобы не выглядеть хуже этой девицы и тогда уже зашла. В галерее почти не было посетителей, Кира пройдя по залам, даже не взглянув на картины, зашла в кабинет Вероники, не спросив и секретаршу. - Добрый день, чем могу быть полезна? – прекрасно зная кто перед ней, спросила Вероника. - Я жена Грачева… - проговорила Кира сжимая в руке клатч. - Жени? Он не говорил о вас… Ну да, я видела ваши фотографии с маскарада, но я политикой совсем не интересуюсь… Так что же вас привело ко мне? – взяв зеркальце, Вероника посмотрев на себя, поправила выбившийся из прически локон. Когда Вероника называла Грачева по имени Кира едва сдержалась, чтобы не врезать ей. - Ну и что у тебя с моим Женей? – стараясь говорить как можно более хладнокровно, спросила Кира. - А на что похоже? Да не переживайте, мы просто с ним спим, больше ничего… Я не претендую на ваше место, по-крайней мере в мои планы замужество пока не входит… - подмигнув Кире, та отложила зеркальце и поднялась из-за стола. – Хотите чаю или кофе? Вместо ответа Кира с размаху ударила её клатчем в лицо, влепив так своеобразную пощечину и просто вышла из кабинета. Только в администрацию она ехать не собиралась, сердце её разрывалось от боли, она шла по залам галереи чуть дыша, зло глядя на все эти картины, прижав ладонь к груди и в какое-то мгновение ей захотелось уничтожить все это… сжечь… Первое желание – попросить все устроить Пилата она подавила, зная, что он может рассказать Грачеву, поэтому она отправилась к Петрову, хотя бы в этом в состоянии положиться на него. Он не отказался с ней встретиться, а увидев в каком Кира состоянии совершенно опешил. Кира зашла в его кабинет, присев на диван, на котором она прежде, когда Грачев был начальником московской полиции, порою была так счастлива, а теперь не справившись с чувствами бессильно зарыдала. - Кира, что случилось? – присев рядом с нею, Петров взял её за плечи, прежде видев её подобном состоянии только когда Грачев был присмерти. - Он мне изменяет… мой Женя мне изменяет… - проговорила Кира, взглянув на Петрова. – Мне нужно, чтобы вы мне помогли в одном деле… он и эта… галерейщица… он спит с ней… Она никак не могла собраться с мыслями, перемежая рыдания с какими бессвязными репликами, наконец не выдержав и уткнувшись лицом в его плечо, замолчала. Петров хотел позвонить Грачеву, не понимая, как тот мог после всего, что было, что сделала для него Кира пойти на измену, да ещё не так давно уверяя, что не сделает этого никогда. Но и Петров знал какой ходок Грачев… Кира попросила не звонить, не говорить с Грачевым об этом, ей просто нужны были люди, которые бы сожгли галерею, это была прихоть униженной изменой женщины. - Ну хорошо хоть ты ко мне пришла…, а не сама кого-то со стороны нашла в поджигатели, - помня чем закончился Верин поджег детского дома, проговорил Петров. – Я найду нужных людей и все сделаю, если тебе это действительно нужно, но… как же ты теперь будешь? - Пока не знаю… я ничего не знаю… Я его люблю… я очень его люблю…, а он меня – нет… - вытирая слезы, проговорила Кира, отведя взгляд в сторону. - Грачев просто… любит волочится за…, но это не означает, что он тебя не любит… - сам не понимая собственных слов, проговорил, чтобы как-то утешить её Петров. - И вас Вера не любит… не обманывайтесь… если бы любила, то не прыгала бы в постель к каждому встречному… Но вы же с ней как-то живете и вы любите её, потому что умрете без неё, разве нет? Разве вы не любите её до такой степени, что готовы это все терпеть? – судорожно дыша, спросила Кира, взглянув на Петрова. - Да… я люблю её, наверное точно так же, как и ты любишь своего Грачева, - признался вдруг он. – Может немного меньше, за столько лет измен, но… без неё я не смог бы… однажды попытался и ничего хорошего из этого не вышло… От Петрова Кира поехала в администрацию, увидеть Грачева, посмотреть на него теперь, после того, что сказала Вероника. Она уже немного успокоилась и зашла в кабинет возлюбленного, когда у него был один из заместителей. Присев на диван, Кира, не собираясь мешать, просто смотрела на Грачева, не понимая, отчего в нем самом совсем ничего не изменилось, считая, что он все-таки предал её… Заметив, что у неё красные от слез глаза, Грачев поскорее спровадил своего заместителя и, встав с кресла, подошел к Кире. Он был точно такой же, как и всегда и точно так же смотрел на неё, Киру это как-то даже цепляло, в её взгляде казалось, что изменив, он продолжает вести себя как и всегда, сам же предав… - Ты плакала? Что произошло? – приобняв Киру, Грачев склонил её голову к себе на плечо, сам же так взволнованно заглядывая в её глаза. - Ты мне скажи, что произошло… - вдруг произнесла она, взяв его руку в свою. – Ты разлюбил меня? - Я тебя не понимаю… Я никогда тебя не разлюблю и сколько я тебе говорил, не ревнуй меня, милая… Ну что тебя так расстроило? Расскажи мне… - проговорил Грачев, но Кира только сбросила туфли и забралась на диван, положив голову на его колени. – Хочешь сегодня пойти со мной на один прием в посольство? - У меня сегодня много работы… - задумчиво ответила Кира. – Ты давление мерил? - Нет, я потом… - сказал было он, но Кира тут же поднялась, подойдя к его столу, она взяла тонометр и вернувшись на диван, закатила рукав его рубашки, надев манжету. Не смотря на то, что была так обижена, Кире не хотелось, чтобы с ним что-то случилось. Она уже не знала, правду ли сказала та девица или соврала, но ей была гораздо важнее жизнь Грачева, чем ревность и собственные обиды. Давление было немного повышено, Кира попросила его выпить таблетку на всякий случай, перед поездкой в посольство. А вечером, когда он уехал, Кира, отпустив охрану, отправилась к полыхающей галереи. Она сидела в машине, будучи сама за рулем и смотрела как постепенно помещение охватывает пламя, представляя, как сгорают там эти бездарные картины, как горит и кабинет Вероники… Утром к Грачеву приехала сама Семенова, галерею не удалось спасти, все сгорело дотла, а полиция почему-то не нашла никакого намека на поджег, словно сговорившись, выписав ей даже какой-то штраф о каких-то нарушениях и в том, что огонь разгорелся по её собственной вине. Кира видела автомобиль Вероники, как она подъехала к зданию администрации и как зашла в кабинет губернатора. Присев в свое кресло, Кира набрала номер Петрова, он собирался в какую-то рабочую загранпоездку на пару дней во Францию, договориться по обмену опытом, проведению совместных учений, что-то настолько мелкое неважное, казалось он просто ищет предлог, чтобы уехать и отдохнуть от Веры. - Можно я поеду с вами? – спросила она. В компании с Кирой ему было бы значительно веселей да и Петров понимал, что заставляет её покидать Москву, рейс был на вечер, он не отказался взять её с собой. А стоило ему только закончить разговор, как на экране телефона высветился номер Грачева, он просил срочно приехать. У Петрова уже был какой-то враждебный настрой, когда он подъехал к администрации, он зашел в кабинет Грачева и зло на него взглянув, даже не думал присесть. - Садись, чего ты… - предложил ему Грачев, пройдясь по кабинету: - У меня к тебе одно дело, есть одна девочка Вероника Семенова, кто-то поджег её галерею… - Этого дела никто не станет открывать, даже не надейся, Грачев, - сказал с ожесточением Петров. - То есть? – остановившись напротив него, Грачев взглянул на бывшего напарника, отогнув полы пиджака и опустив руки в карманы, немного даже удивившись столь враждебному тону и нежеланию помочь. - И я не советую тебе пытаться найти поджигателя. А ты лучше бы женой интересовался, а не какими-то там Верониками… Все ясно? – в том же духе ответил Петров. - Это она? Зачем? – осекся Грачев. - Будто ты не знаешь! – больше не в состоянии говорить с ним, Петров надел фуражку и покинул кабинет, оставив Грачева в недоумении. Вздохнув, Грачев опустился обратно в кресло, пытаясь понять, чем Кире так не угодила эта Семенова, но на ум приходили только те фотографии и никакого повода для такого поджога в них явно не было. Кира собиралась уехать домой прямо сейчас, не дожидаясь вечера, чтобы вместе с Петровым улететь из Москвы, ей было все равно куда ехать, но она хотела предупредить Грачева, не думая сбегать, хотя теперь ей казалось, что исчезни она просто так – без предупреждения – и он уже не умер бы без неё. - Кира, как черта ты натворила?! – ворвавшись в её кабинет, выпалил Грачев, когда она уже стояла у шкафа, чтобы взять шубу. - Ты это о чем? – надев шубу, она, стараясь сохранять спокойствие, подошла к столу и взяла сумочку. - Не надо придуриваться! Кира! – видя, что она его игнорирует, Грачев схватил со стола горшочек с кактусом, швырнув его в стену: - Ты подожгла галерею! Ты в своем уме такое творить?! – резко развернув Киру к себе, не снижая тона почти закричал он. - Интересно, а что бы ты сделал если бы я тебе изменила? Желаю счастья с Вероникой! – оттолкнув его, выпалила Кира. - Вот как тебе это все в голову пришло?! У тебя от ревности крыша поехала! Не спал я с этой девчонкой, ты просто бредишь! – изумился он. - У меня крыша поехала?! Да чтоб ты знал, это твоя любовница мне поведала, между прочим! - Знаешь что, у меня только одна любовница и это, черт возьми, ты! – схватив её за руки, не давая возможности уйти, нервно проговорил он: - А что она тебе сказала я ещё разберусь. Я тебе не изменял… - Шлялся с нею, я все видела… ты приезжал в её галерею. Ну иди, я даю тебе полную свободу, и чтобы там не умер, хотя я уже очень сомневаюсь, что что-то значу для тебя, говорю - вечером я улетаю с Петровым во Францию, и нет – я тебе не собираюсь с ним изменять, но и терпеть твое хамство тоже не намеренна… Отпусти… - проговорила, понизив голос почти до шепота, Кира, так разочарованно и обиженно глядя на него. - Подожди… не надо так, Кира… - при мысли, что она куда-то уезжает от него и смотрит так уничтожено, Грачев в мгновение переменился отпустив её руки, он перевел взгляд на разбитый кактус, понимая, что не сдержал гнева о чем успел тут же и пожалеть. - Как? Ты же об меня ноги вытираешь… На этот раз ты превзошел сам себя… И я тебе не верю… - она приблизилась к нему, заглянув в его растерянные глаза, затем почти неощутимо поцеловав его, добавила: – Не пытайся меня остановить… Отойдя от него Кира достала из сумочки кошелек и вытащила оттуда кредитные карточки, которые принадлежали ему, вернее, которые он сделал для неё, оставила их на столе, затем покинув кабинет.