Климов 1.1

Похищенных девушек быстро перевезли в безопасное место, вызвали родителей, врачей для осмотра, а Петров перебудил всю полицию, чтобы сразу же по горячим следам и накрыть всю банду. Девушки давали показания, рассказывая где и как их похитили, а Аиду сразу передали Аслану, он был благодарен и, конечно же, от себя обещал хорошо заплатить за это, хотя Грачев хотел только смерти Милюкова, который стоял за нападением на него и Киру… Теперь дело было не в вознаграждении, а в том, что эти отморозки сделали и с охраной и могли сделать с Кирой. А Аня осталась одна, за девушкой никто не собирался приезжать, Петров зная это забрал её с собой, решив, что ей будет лучше в его кабинете, прийти в себя после всего ужаса и, пока бойцовский клуб не был накрыт, возвращаться в свой городок ей было опасно. О том, что её мать погибла – он говорить не решался. Сделав ей чай, и укрыв пледом на диване, Петров присел на минуту рядом с нею. - Ты здесь переночуешь, пока тебе домой нельзя, хорошо? – спросил он, взглянув на девушку. - Да, я… останусь… - кивнула ещё немного испуганно Аня, она так странно смотрела на Петрова, помня, как он открыл вагон и вытащил её оттуда и потом в скорой подошел, забрал с собою. – Спасибо вам, Григорий Павлович… - тронув его за руку, проговорила тихо она. - Ну… это моя работа… - улыбнулся смущенно Петров, заглянув в её глаза. - Вы же начальник полиции и сами искали… Вы герой… - она увидела на его руке обручальное кольцо, проследив за её взглядом, Петров совсем покраснел и обернулся к Грачевым, те стояли у двери, собираясь уходить. - Ты посиди, я сейчас приду… - сказал ей Петров, затем поднявшись и кивнул Грачеву на дверь, заметив с какой издевкой тот ухмыльнулся. - Че такое? – выходя с Петровым в коридор, оставив Киру присмотреть за девушкой, спросил Грачев. - Слушай, надо ей сказать, что мать её же… убили… - пытаясь снять кольцо с пальца, проговорил Петров, почему-то ему теперь хотелось поскорее избавится от него. – Не снимается… - Ну-ка, - Грачев дернул за кольцо, тут же сорвав его с пальца Петрова так, что тот чуть не вскрикнул от боли. – Держи! – вложив ему в руку кольцо, как какую-то награду, усмехнулся Грачев. - Так ты скажешь ей? Это же при тебе убили её мать… - посмотрев на свой красный палец, спросил Петров. - А я тут при чем? Я что ли её мать убил? Вот эти мне плаксивые девочки только и нужны… меня самого чуть не пристрелили, так что знаешь иди сам и говори… и утирай сопли, - взглянув на того, хладнокровно произнес Грачев. - Понял, в очередной раз решил показать, какая ты… - начал было Петров, на что Грачев его резко схватил за грудки и прижал к стене. - Ты достал меня, определись уже Петров, кто я… Сам идти к этой девчонке, я и так на нервах, хочешь, чтоб меня инсульт разбил?! Да ты хоть знаешь, какое у меня давление?! – зло прошипел Грачев, не желая, чтобы его слышала Кира. Отпустив Петрова, он открыл дверь и позвал Киру, та послушно вышла к нему и вскоре они покинули коридор. Слова Грачева как-то испугали Петрова, он стоял у двери растерянно глядя им вслед, понимая, что не вовремя сказал и как-то глупо себя повел, сейчас, после такой бойни, когда лучше было и вовсе не трогать… Виновато почесав затылок, Петров вернулся в кабинет. Присев на диван возле Ани, уже без кольца, спрятав его в карман брюк, Петров мрачно взглянул на неё, представляя, какой у неё будет реакция, когда он скажет о её матери… Аня так странно смотрела на него, рассматривала его лицо, с какой-то полуулыбкой, так словно видела в нем что-то… чего, может быть, не замечал он сам. - Григорий Павлович, а… вы… я вам точно здесь не мешаю? – спросила она, после некоторого молчания. – Может мне лучше домой и… я хочу позвонить маме… она… волнуется… - Анечка… - взяв чашку из её рук и поставив на стол, Петров тяжело взглянув на неё, даже не зная, как начать, глядя на эту девчонку, совсем юную, промерзшую в этом вагоне, милую и трогательную, он долго не мог нарушить молчания, а она все смотрела на него. - Что-то с мамой? – вдруг поняла она. - Те люди, которые тебя похитили, они узнали каким-то образом, что твоя мать собирается к губернатору и… когда она пришла было нападение… её убили… - взяв девушку за руку, произнес Петров, видя, как глаза девушки наполняются слезами. Аня только замотала головой закрыв лицо руками, словно отказываясь в это верить, а потом, уткнувшись в его грудь, заплакала. Приехав домой, Кира тут же достала мазь, чтобы помазать спину Грачеву, однако он вместо того, чтобы раздеться по пояс, снял с себя все и когда Кира в сорочке вышла к нему, увидев, что на нем совсем нет одежды, поняла, что он рассчитывает не только на массаж. Да и сама она хотела продолжить после массажа, хотя они вернулись домой на рассвете, но спать ей совершенно не хотелось…. - Сначала я помажу тебе спину… - сняв с себя сорочку, под которой совсем ничего не было, весело заявила Кира. - Это будет прелюдия… - усмехнулся Грачев, покорно перевернувшись на живот, прикрытый по пояс шелковой простыней. Сбросив с него простыню совсем, Кира забралась на него сверху, набрав в руки мазь, затем начиная растирать его спину, зная, что после такой драки у него болят мышцы, не только там, куда попали монтировкой. Она нежно касалась его плеч, опускаясь ниже, стараясь не только втереть мазь, но и сделать приятный и расслабляющий массаж. - Жень, а что с Петровым? – спросила она, склонившись, коснувшись его плеча губами. - Разводится с Верой, да и по-моему он на ту девчонку запал… - проговорил Грачев, вспомнив, как тот начал снимать с себя кольцо. – Может на этот раз включит мозги и перестанет заниматься самобичеванием… - Петров никогда на такое не решится… - пройдясь рукой по его позвоночнику, опустившись к пояснице, Кира не удержалась и завела ладонь к низу его живота. - И будет редким идиотом… Хотя эти его принципы дурацкие, они когда-то в могилу сведут, а Вера попрыгает на его гробу… - прикрыв глаза, Грачев ощутил, как Кира скользит по его возбужденному… - Мне жалко его… Когда я жила у него, за ним ухаживал Денис, а Вера… она тоже как-то вроде бы заботилась, но не так… знаешь, как с чужим, как будто ей было… неприятно что ли… - как-то задумчиво проговорила она, опустив и вторую руку к низу его живота, затем полностью прижавшись грудью к его спине, взглянула на возлюбленного. Грачев лежал, подложив скрещенные руки под подбородок, открыв глаза, он отчего-то вспомнил, как Кира ухаживала за ним в больнице, как страдала от того, что ему было больно, с какой любовью она и меняла повязки и делала все, чтобы его пребывание в клинике было не таким мучительным. И то, что она осталась с ним – даже не думая просто приезжать и навещать, это было так необычно, вряд ли какая-то другая женщина на такое бы решилась, а она даже не раздумывала, просто была с ним, а иначе и быть не могло… Кира стала не просто частью его жизни, но и его сердцем и душой. У Петрова же все было совсем иначе и не удивительно, что он находился сейчас в таком забитом состоянии… Вера порою беспокоилась о нем, но что её волновало больше – безбедная и удобная жизнь генеральской жены или сам Петров… было большим вопросом. - Неприятно?– переспросил как-то совсем невесело Грачев. – Сколько она лет с ним прожила… Ну, конечно, она же такая брезгливая… если ей в моей палате запах не понравился… - Я помню… Петрову не повезло с женой… - коснувшись губами плеча возлюбленного, Кира стала его целовать. – Как твоя спина, проходит? - Проходит… - он поднял голову и подхватив Киру, перевернулся на спину, затем усадив её сверху, так, что она опустилась медленно прямо на его… тут же сильно сжав его внутри. – Тебе так будет удобно? - Мне уже очень удобно, - положив руки на его грудь, ответила Кира, начиная медленно скользить на нем. – Ты такой… ты смелый, Женя, очень смелый… Она осторожно отлепила повязку от его груди, порез был не глубокий, нежно проведя пальцами кожи вокруг раны, Кира заметила, как очарованно на неё смотрит Грачев. Опустив руки на её бедра, он стал помогать ей приподниматься и опускаться уже более стремительно. Разгоряченная, она так вожделенно смотрела на него, ощущая внутри пульсацию, начиная постанывать от усилившегося ритма, с каждым оборотом все громче и громче. Скользнув рукой по её бедру, Грачев поднялся выше – к талии возлюбленной, затем к груди, чувствуя, как сокращаются её мышцы, делая каждое движение таким сладострастным… Кира все более ускоряла темп, продолжая упираться ладонями в его грудь, неотрывно глядя в глаза Грачева, его откровенный и столь наглый взгляд заставлял её все больше возбуждаться, она чувствовала себя настолько раскованно, уже не сдерживая криков, приближая разрядку теперь настолько часто приподнимаясь на нём, извиваясь двигаясь вперед и отклоняясь немного назад. - Быстрее… - почти прорычал Грачев, сам будучи уже на пределе. – Ещё… быстрее… Кира напомнила ему сейчас одержимую ведьму, она так неистово двигалась прогибая спину, скользя на нему вперед, продолжая с силой сжимать его внутри, затем ослабляя совсем и через мгновение снова сжимая, поднимаясь как заведенная, доводя Грачева до безумия. Скоро сама дойдя до оргазма, она ускорила ритм до невозможности уже конвульсивно инстинктивно двигаясь так, словно в неё вселился бес… и она знала, как звали этого беса… и так любила его. Грачев, больше не сдерживаясь остановив её, так сильно прижав к себе, положив вновь обе руки на её бедра, излился в неё со стоном затем повалив на кровать, заключив в объятья. - Детка, ты моя богиня… - задыхаясь от испытанных ощущений, горячо прошептал он. - А ты мой бог… - опьяненная им, Кира страстно впилась в его губы.