Климов 1.1

Иркутск. Кира временно остановилась в номере, не зная ещё, стоит ли подыскивать квартиру, у неё теперь было три помощника, которые готовы были исполнить любое её поручение, но все это не приносило ей никакого удовольствия. Кабинет у неё оказался просторный, красивый, почти как у самого Грачева, только ещё пустоватый, однако ей почти сразу и принесли какие-то бумаги, планы работы, участие в каких-то благотворительных вечерах, показах мод. Она стала заместителем губернатора по связям с общественностью… Губернатору было лет шестьдесят, на вид он был несколько старше, впрочем, ей было наплевать, но Кира все же улыбалась, общалась со всеми приветливо, а возвращаясь в свой номер, выпивала пару бокалов мартини, чтобы легче уснуть. Нет, теперь она не собиралась запускать себя, превращаться в какое-то чучело, как тогда, когда Грачев бросил её в особняке, наоборот – хотела доказать, что сможет без него, хотя внутренне понимала, что все это самообман. Ей совершенно ничего не хотелось, все происходило как-то на автомате – пробуждение утром, прическа, макияж, поездка в администрацию, различные мероприятия, возле неё постоянно крутились какие-то депутаты, старались пригласить в клуб, на какие-то выставки, но она ходила только по официальным приглашением, в компании своей охраны и помощников… Собравшись на благотворительный показ мод, Кира прекрасно понимала, что этот показ будет идти по центральному каналу и наверняка Грачев не пропустит, поэтому ей хотелось, чтобы он видел, насколько она счастлива и по нему ничуть не скучает… Ей дали красивое красное платье от какого-то иркутского кутюрье, которое должны были купить с молотка на показе, деньги обязались отправить в фонд помощи детям с ограниченными возможностями. Украшения были взяты на прокат, как и остальным моделям для этого показа… Кира неплохо смотрелась на фоне моделей, хотя и была невысокого роста, но платье у неё было узкое и длинное, ко всему же и туфли на огромной шпильке. Она сидела за столиком, ей закрепляли прическу лаком, она попросила сделать макияж поярче, губы сделали алыми, наложили румяна, она как-то печально смотрела в свое отражение, но тут позади неё появился невысокий парнишка лет двадцати трех, в очках и с такой странной интеллигентной физиономией, это был её помощник Аскольд и Кира несколько сомневалась в его ориентации. - Кига Владимиговна, очаговтельное платье… - сказал он довольно сильно картавя и поправив очки, поморщил нос. – Кгасота! - Поменьше «р», - обернувшись к нему, попросила она. - Непгеменно, - чуть не плюясь в неё, сказал парень и Кира поняла, что очень скучает по Зое. – Пога, пога… вас ждут… Стараясь не раздражаться, Кира поднялась, придерживая край платья, чтобы не запутаться в нем. Выйдя на подиум, Кира, отбросив все свои мысли, выпрямив спину и вскинув плечи, пошла вперед… вокруг было столько людей, столько чужих лиц… Москва. Грачев лежал на диване, в кабинете у Петрова, в своем бывшем, глядя с ним вместе показ мод, то, как Кира там ходила по подиуму, как ей дарили цветы какие-то мутные типы, как смотрели на неё депутаты, все молодые, намного моложе их самих. - Вон тот тип мне не нравится, в бабочке… - сказал Петров, сидя в своем кресле, держа в руке пульт. - Яйца бы ему оторвать… - философски заметил Грачев. – Слетаешь? - Яйца отрывать? – переспросил его Петров. - Нет, на разведку… Смотри, какая она довольная… Может у неё там уже кто-то есть… Как думаешь? – поднявшись с дивана, Грачев подошел к нему и присев напротив, серьезно посмотрел. - Ну, конечно, Кира молодая… она… могла увлечься как-нибудь молодым… - невесело начал Петров. - Вера тебе просто мозги выгрызла! – перебил его Грачев. – Петров, ты же раньше нормальным мужиком был и во что ты превратился?! Че с тобой происходит? Ну, ты же любишь Кирюху нашу, я не против того, чтобы мы… я вообще, хочу давно, а ты как-то… Чего ты? - Перестань… сдался я ей… я вообще не понимаю, почему мы это обсуждаем…Ты Киру любишь, а так говоришь… - положив пульт, Петров откинулся на спинку кресла. - Ты тоже её любишь и я знаю, что ты чувствуешь, поверь… тебя это изводит, ты её хочешь и ничего не можешь с этим сделать, с ума сходишь… и жить не хочется без неё… Ну и к чему тебе страдать, если мы могли бы вместе…, да и тебе не мешало бы к кому-то прибиться, семья у тебя такое дерьмо... Прекращай устраивать трагедии, тебе не идет… Петров! – заглянув в его лицо, как-то совершенно испуганно выпалил Грачев. - Да ты философ…, но какой-то… развратный…, - взглянув на него, Петров услышал шум в приемной и в дверь вломилась Вера. Она была в огромных солнцезащитных очках и платке, хотя уже было и достаточно тепло, да она всегда водила авто. - Ты заблокировал мои счета! Гриша, верни мои деньги! – выпалила она, стукнув ладонью по столу. - Это не твои деньги, Вера, а мои… - сказал он, развернувшись к ней. - Верни мне деньги, старая развалина, иначе я расскажу все Грачеву! Ты знаешь, что я могу о тебе ему рассказать! Ты ещё пожалеешь, он тебя вкатает в асфальт! – зло прошипела Вера. Грачев слегка озадаченно посмотрел на неё, прежде не видев, чтобы она настолько по-хамски себя вела, хотя всегда была слишком язвительна и порою с перехлестом, но сейчас… - Вер, иди от сюда… - понимая, что она имеет ввиду, спокойно проговорил Петров. - Грачев, ты должен знать, он любит Киру… вот так! – сняв очки, воскликнула ехидно Вера. - Ох ты мать моя! – уставившись на неё, выпалил Грачев. У Веры было что-то жуткое с лицом, она была в клинике, сделав ботекс, вколов в лоб, однако потом, когда ей сказали, что все её счета заблокированы и расплатиться за процедуры она никак не может, а потому все прервали посредине. Ботекс не успел застыть, когда её брови поднялись от удивления и так и остались, а наморщенный лоб растянуло и приподнялись даже волосы, то что уже отросло. Глаза же стали настолько широко раскрыты, что казалось сейчас повыпадают глазные яблоки. - Убей его! – решив, что это была реакция на её слова, довольно проговорила Вера. Петров сам так шокировано посмотрел на лицо Веры, даже не находя слов. Сообразив, что Вера настроена на свое, Грачев быстро сориентировался, хотя трудно было отвести взгляд от её лица, настолько ужасающим оно было. - Петров! Да как ты посмел влюбиться в мою жену! Подлец! Ну ты и оборзел! Я убью тебя, вот из этого пистолета! – схватив со стола отстегнутую кобуру, Грачев достал пистолет, поглядывая на Веру. - Не надо, Грачев! Не стреляй, прости, друг! – выпалил Петров, сам немного приободрившись. – Я встану на колени! - Умри! – трагически воскликнул Грачев, затем добавив с иронией: - Пиф-паф… ну как-то так… - положив пистолет, он посмотрел на Веру. – Все? Я старался… Какое же ты уродище, - захохотал он. – Тебе в ужастиках сниматься! - Это ботекс! – закричала она с обидой. – А вы что… все… все знаете друг о друге? - Это не ботекс, Вер, это похоже на кожную болезнь… - рассматривая её брови, проговорил Петров. – Но денег я все равно не дам…, тебе так будет лучше… - вспомнив, как она ему всегда говорила, ухмыльнулся он. - Когда он трахнет Киру, ты ещё прибежишь ко мне, Грачев! – надев снова очки, сказала она. - Зачем?! Не вижу логики… - продолжая смеяться, выпалил Грачев, затем обернувшись к Петрову. – Может ей в мозги ботекс попал? Ударив сумочкой по столу, Вера развернулась, быстро покидая кабинет, понимая, что у неё нет ни одной карты против Петрова. Иркутск. Сутки спустя. Допив очередную бутылку вина, после показа и банкета, закрывшись в номере, Кира раздраженно листала план работы на ближайшие две недели… Постель у неё была перемята, она валялась на ней в одежде, в коротком платье, в туфлях, которые ей лень было сбрасывать… В дверь постучали, но она только замахнулась бутылкой, расплескав на себя вино, стук, однако, продолжался… - Достали! – поднявшись с постели, она зло распахнула дверь, но увидев Петрова, тут же захлопнула, прямо перед его носом. – Глюки… А может и нет… - открыла снова, она убедилась, что это на самом деле он. - Ты пьяная? – увидев, насколько Кира всклокоченная, ко всему с бутылкой вина в руке, спросил он. - Нет, просто вином обливаюсь… - вздохнула она.