Климов 1.1

Я скитался небрежно, я искал тебя: где ты, Был мой мир безутешен… Я ломал его стены, истребляя надежды, Ополаскивал кровью золотые одежды. Одиноко и слепо умирал без любимой, Мне казалось, что небо обо мне позабыло. Агата Кристи

Когда Петров закрыл за Сашей дверь, Кира подошла к нему, развернув к себе, положив руки на его плечи. - Я потом заеду в детдом, поговорю со Светой… - сказала она, ощущая, как его руки легли на её обнаженную талию. - Ты все слышала? Если девочек похитили те же люди, не факт, что мы найдем их живыми… На маньяка это, конечно, не похоже, у тех, которых убили… рост, цвет волос – все разное, ничего общего… Ты если сейчас куда-то поедешь, в администрацию, я тебя сам отвезу… - чувствуя, как Кира прижимается к нему, как скользнула её рука с его плеча, по спине, к пояснице, проговорил Петров. - Да ладно, кто меня тронет? – улыбнулась она, опустив руку ниже его поясницы. – И я никуда не собираюсь, ну только в постель… с тобой… там меня никто не похитит… Просто Женя не хочет, чтобы я ехала в администрацию… Мы с тобой отдохнем, потом пойдем в какой-нибудь ресторанчик…, а потом надеюсь Женька освободиться… и решим, что дальше… У него столько проблем на работе, а он не хочет, чтобы я приезжала…, может к вечеру ты сам к нему заедешь, ему передо мной неловко, когда все эти… давят на него, а ты же друг… - Я заеду, может чем-то смогу помочь… Там не простые люди замешаны, Осинин… редкий идиот, но у него, кажется, мать депутат Госдумы…, я наводил справки… с Женей вместе, пока ты была в Иркутске…- он немного отстранил Киру, взглянув на неё настолько вожделенно. - Пошли в спальню… только рубашку сними…. – и без того зная, что он давно возбужден, усмехнулась Кира. – Хорошо, что теперь вы с Женей помирились… вместе нам лучше и когда я не могу ему помочь, ты можешь… - Он ведь и тогда… в деле с Карповым, когда мы поссорились, не хотел, чтобы я лишался должности…. А чего-то… сглупил… - расстегнув рубашку и сняв её, Петров последовал за Кирой, однако остановившись в зале, когда она скрылась в спальне, набрал Грачева. - Да, - ответил Грачев, он сидел за столом в кабинете, а перед ним сконфуженный Осинин, подсунувший липовые документы о недостачи, забыв поставить на них личную печать Грачева, а без неё ничего не имело веса. - Жень, ты там как? – спросил Петров. - Ты знаешь, ничего… Этот придурок мне липовые документы опять подсунул, - уже не выбирая выражения, глядя на Осинина, ухмыльнулся Грачев. - Вы хамите опять, я при исполнении, - пробормотал Осинин. - Ты рот закрой там, урод, позвоню сейчас твоей мамаше с вот этими бумагами! – раздраженно выпалил Грачев, вырвав из его рук документы, которые тот пытался поспешно спрятать в свой портфель. - У вас ещё налоговая… - все более потупившись отозвался Осинин. - Слышу весело у тебя там… Мы тут с Кирой, она волнуется…- сказал Петров, заглянув в спальню. – Я к тебе после обеда заеду…. - Давай сразу к нам… ко мне… ну ты понял, - несколько приободрившись, Грачев откинулся в кресле, хотя при Осинине он не стал говорить прямым тексом. Закончив разговор, Петров положил телефон на диван, заходя в спальню. Кира опустившись на колени на кровати, схватила его за ремень брюк и, расстегнув его, сама раздела окончательно, утаскивая прямо на себя. С нею Петров уже полностью пришел в себя, ощутив себя любимым и желанным мужчиной, понимая, что просто прежде был не с той женщиной, тратил время, жизнь на пустое существо. А оглянувшись назад, не увидел ничего, за что можно было ухватиться, прошлое только подавляло его, а все, что делало его счастливым, было только в настоящем. Сейчас он действительно почувствовал, что такое нормальная человеческая жизнь и жалел о том, что под влиянием эмоций едва не покончил с собою, тогда просто доведенный Верою до точки, он мог просто лишить себя возможности пожить в свое удовольствие, испытать ответную любовь, такую нежность и заботу – то, что давала ему Кира… И он хотел жить…. - Как там Женя? – спросила Кира, ощущая, как Петров целует её шею, опускается к груди, не так безумно делая это, как Грачев, но как-то по-своему приятно и трепетно. - Разобрался с какими-то липовыми бумаги… поедем потом к вам… - на мгновение, остановившись, ответил он, затем продолжив. - Подожди… - Кира мягко оттолкнула Петрова, заставив его лечь на спину, сама желая поцеловать его. – Я тоже хочу тебя целовать… - коснувшись губами его груди, Кира подняла голову, заглянув в его лицо. – Сейчас доберусь до главного… - спускаясь дорожкой из поцелуев вниз, она, намеренно не притронувшись, обогнула его и прошлась пальцами по низу его живота, так мягко поглаживая и только потом скользнула языком по его… - Иди сюда, - взяв её за плечи, заставив подняться, Петров так крепко прижал её к себе, Кира даже растерялась. – Кирочка…, я даже описать не могу, как я с тобою счастлив… Я тебя люблю, я так тебя люблю…. Ты стала смыслом моей жизни, девочка, любимая… - Ты что…, Гриш, ты чего… Что я сделала? – чувствуя в его голосе дрожь, она подняла руку, коснувшись его щеки, и едва не отдернула, ощутив, как кончики её пальцев увлажнились. - Ну, что ты… Пожалуйста, не надо… я не хочу, чтобы ты… чтобы тебе было больно из-за меня… - Мне не больно… Мне хорошо, Кира, очень… просто… нервы за последние годы как-то… не те уже, прости… - он осторожно перевернул её на спину, накрывая собой. – Ты и Грачев… я… я просто не понимаю, как это вышло… Полина выросла, у неё своя жизнь, Вера… готова убить, я же им всю жизнь отдал, а нужен тебе и Жене… И ты мне стала дороже всех… - Я тебя никому в обиду не дам… - поцеловав его, Кира сама ощутила то, что он испытывал, понимая, насколько все это жутко, то, что происходило в его жизни до неё. – Ты мой… Она опустила руку вниз, обхватив его ладонью, направив сама, и не сводя глаз с его лица, ощутила, как он медленно проник. Кира смотрела на него, приподнимаясь навстречу, чувствуя, как он только наращивает темп, но не торопясь, уперевшись обеими руками в подушку. Руки её скользили его плечам, по спине, ей все в нем нравилось, и она не понимала, отчего в Вере к нему такое отвращение, отчего такая злоба, даже ненависть, которую та скрывала много лет, только ради собственной выгоды. Позже Кира лежала в руках Петрова, положив голову на его плечо, рассеянно блуждая пальцами по его груди. - Ты спи… - шепнула она, поцеловав его в щеку. – Спи, ты всю ночь был на выезде…, а я полежу так… - Потом обедать пойдем? – накрыв её обнаженное плечо шелковой простыней, с такой умиротворенной улыбкой взглянув на Киру, спросил он. - Пойдем… - отозвалась она, обернувшись к окну, начинался дождь, майский, сильный с грозой, поежившись, Кира сильнее прижалась к Петрову. В своем автомобиле поблизости от дома сидела Вера, рассматривая прозрачный флакон с жидкостью, которую ей дал аптекарь. Она знала, что после смерти Петрова все перейдет к ней, все движимое и недвижимое имущество, хотя при этом она лишится статуса жены начальника московской полиции, зато будет новый не менее ценный для неё статус – генеральской вдовы. Вера даже не задавала самой себе вопроса – жалко ей убивать почти уже бывшего мужа или нет… ибо жалости к нему она не испытывала, ни капли, наоборот считала заслуженной его смерть сейчас, когда он отбился от её рук, хотел всего лишить, она считала это несправедливым. К трем часам, Кира с Петровым вышла из дома, под руку, он держал над нею зонт, затем усадив в свой личный автомобиль, без водителя, сам сел за руль. Вера немного выждала, выпив из фляжки виски, уже и так набравшись, чтобы не струсить в последний момент и доделать все до конца. Она боялась не убить, а попасться… это её немного тормозило. Приехав в ресторан, который был неподалеку, они зашли, выбрав столик в отдалении, где было меньше света. Заказав красное вино, салат Цезарь и мороженое на десерт, как захотела Кира, Петров долго смотрел на неё, не сразу опомнившись, когда им принесли заказ. - Любишь мороженое? – спросил он, взяв бокал. - Не особенно, но захотелось…, погода мерзкая, мороженое улучшит настроение…, не люблю дождь…, напоминает, как я… встретила Климова, надеюсь, я его больше никогда не увижу… - произнесла она, впрочем, уже не так мрачно, как прежде, свыкнувшись с пережитым. – Жаль из памяти нельзя стереть отдельных людей, я бы стерла его и Зимину… - Да жаль, я бы тоже некоторых стер… - однако стоило это ему произнести, как он увидел Веру, та пошатываясь, подошла к их столику и села на диванчик рядом с Петровым, толкнув его под руку так, что он быстро поставил бокал на стол, чтобы вино не расплескалось на него. – Опять ты! - Уже и по ресторанам водишь её, Гриша…, - ехидно поглядев на бывшего мужа, она словно бы хотела взять его бокал в руку, но остановилась над ним, вино было налито почти до краев, Петров даже не заметил, как его стало немного больше, а Кира и так сидела, отведя взгляд в сторону, чувствуя, что та готовится устроить скандал на людях: - Хорошо пристроилась, Кира, с одной стороны сексуальный муж, а с другой этот доходяга… готовый за секс купить тебе, наверное, все что захочешь? Бизнес мой за услуги предложил? - Вера, заткнись! – выпалил Петров, схватив её сжатую в кулак руку с уже пустым флаконом, он оттолкнул её в сторону, она чуть не упала с диванчика. - Я заткнусь… Только вот что, знаешь, ты настолько мне был омерзителен, а ей, думаешь, нет? Да я когда спала с тобой, вообще Грачева представляла, ты ужасен, Петров, да какой женщине ты можешь понравиться, этой? – махнув рукой на Киру, усмехнулась Вера. – Не смеши, её трахает Грачев, а ты думаешь, она на тебя такого прельстилась? Бизнес мой ей захотелось… только теперь это уже неважно…, какой ты мерзкий… фу… - Ты сама напросилась… Ничего не получишь… - зло взглянул на неё Петров. – Сволочь… Как я жил с тобой все эти годы… - Я все получу, больше, чем ты можешь представить… - тихо проговорила Вера. - А ты всех по себе судишь, Вера? – напряженно на неё глядя, Кира сжала в руке нож, заметив, как побледнел от слов Веры Петров. – Не все такие твари как ты… - Ну-ну… ты же когда ему даешь, тоже Грачева представляешь? – глядя на то, как Петров схватил бокал с вином, но не то для того, чтобы выпить, а не то, чтобы плеснуть в неё, Вера спрятала флакончик в карман платья и положила ладонь на стол. Взглянув на нож, Кира ударила между пальцев Веры распластанных на столе, в то мгновение, когда Петров уже пригубил вино, но от того, что она сделала, поставил бокал обратно, увидев, как скатерть обагрилась кровью, лезвие все же оставило небольшой порез. Вера вскрикнула и свалилась на пол. Встав, Петров и так желая быстрее уйти с Кирою, вышел из-за стола, почувствовав, как сердце странно и неприятно забилось… - Пойдем, Кирочка…- попросил он, смутно взглянув на неё. - Тебе плохо? – встав, спросила Кира, взяв его за руку. – Гриш, плохо? - Нет, так… - положив руку на её талию, он ещё обернулся и бросил на стол деньги за обед. Уже у выхода, Кира обернулась, заметив, как Вера, поднявшись с пола, намеренно опрокинула бокал, из которого пил Петров, это выглядело как-то странно…